ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Как ни странно, это ни было, но мобы почему-то не спешили «переходить им дорогу». Может ещё не успели мигрировать на данные территории, а может, чувствуя энергетику власти и силы, предпочитали обходить группу за несколько километров.

Люди встречались, но не так часто, как хотелось и не настолько близко, чтобы удалось без потери времени добраться до них и вступить в контакт. Сначала Веган заметил группу из двух мужчин и женщины, которые в паре километрах к югу от них уверенно двигалась в сторону леса. Потом, перед следующим «рывком», заметил на холме парня, двигающегося куда-то на север. Увы, но с ним тоже пересечься никак не удавалось. Ещё Веган видел ковыляющую куда-то старуху, но Росомаха, презрительно скривившись, заметила, что если они сейчас прихватят старуху, то с её скоростью передвижения они вернутся обратно в форт к послезавтрашнему вечеру. Резон в её словах был. И был убийственно очевидным. Старуха сейчас была бы очевидным балластом. Хотя была бы она бесполезным элементом для форта или нет, сказать сейчас, наверное, не смог бы никто.

Помимо карабина Росомаха также выцыганила у «дьяволов» бумагу с ручкой и сейчас старательно фиксировала весь их путь — сколько по их прикидкам они прошли, где какие ориентиры, как расположены холмы и рощи и прочая в том же духе. Даже похвасталась, что Беспределье ей за это дало навык картографии. И это подтверждает один принцип: хочешь получить новое — делай что-нибудь необычное или непривычное. Сильно навык не прокачивался, остановился пока на 2 %, но для Росомахи и это было праздником.

Группу из шести человек Веган заметил перед тем, как разведчики собрались делать очередной «рывок». Последний из числа запланированных, после которого намеревались поворачивать назад, если только не заметят явных и очевидных признаков нацистов. В таком случае следовало продолжить движение и собрать побольше информации.

Разглядывая путешественников, которые находились от них примерно километрах в трёх, Веган отметил, что они вооружены, пусть и холодным оружием, и гружены вдобавок немаленькими такими заплечными мешками, да и сами одеты относительно прилично, хотя вещи, судя по всему, из стартовых пакетов. Веган махнул Росомахе, Викки и Лилипуту, мол идите сюда, есть кое-что интересное. Бинокль по очереди переходил из рук в руки.

— Это не нацисты. — изрёк Викки. — Видимо беженцы, хотя группа странная, чисто мужская. Считаю, что их нужно перехватить и расспросить, вполне возможно, что они могут о нацистах кое-что знать. И если это так, то наша задача на сегодня будет выполнена.

— Группа движется прямо к нам на встречу, поэтому есть смысл просто идти вперед, соблюдая определенную осторожность и возле той рощи обозначимся им. Жаль, что нет белой ткани, помахали бы им в знак миролюбивости наших намерений.

Первым негритёнка заметил АлеКрей. Остановившись он помахал Вегану рукой, затем обернулся к своим боевым товарищам.

— Стойте. По ходу мы тут встретились с другой группой. Дайте сюда тряпку какую-нибудь, мы вроде у урок из лагеря ткани взяли. Сейчас соорудим флаг, да помахаем им, а то мало ли за кого они нас примут.

— Древка у нас нет. — Гельмут тоже заметил негритёнка. — Не на сабле же ты флаг повесишь. Не поймут.

— Да хрен с ним с древком, рукой махать буду, всё равно заметят.

Гельмут скинул мешок, вытащил ткань, быстро орудуя шашкой отрезал приличных размеров кусок и протянул АлеКрею. Тот скинул мешок, уронил на землю нагайку и широко расставив ноги стал активно махать импровизированным символом нейтральности намерений. Негритёнок в ответ тоже помахал руками и двинулся к ним в компании здоровенной коротко стриженной блондинки. За их спинами АлеКрей заметил ещё двоих крепких мужиков, которые грамотно расположившись, взяли всю их группу под наблюдение. Ещё он заметил, что вся эта группа была вооружена и вооружена огнестрелом.

— Приветствую, путники. — оттеснив негритёнка перед АлеКреем сотоварищи встала блондинка, внушительно выпятив невыразительную грудь. — Меня зовут Росомаха, я командир разведывательной рейдовой группы. Мы ищем людей для нашего форта и следы одного нацистского подразделения. У нас есть еда и вода, если у вас с этим затруднения, то мы готовы поделиться.

— Спасибо за предложение. — Петруха прищурившись уставился на Росомаху. — С водой и харчами у нас пока порядок. А про форт это интересно. Вы я гляжу в этом форте кучеряво живете, все при огнестрельном оружии, хоть и прошлого века. Оружие-то явно вермахтовское, ужель сумели нацистов побить?

— Трофейное оружие. Союзники помогли. Сама-то я с нацистами не сражался, но Веган. — кивнула она на негритёнка. — вместе с капитаном с одной группой столкнулись. Серьезная была группа, дюжина диверсантов, им потом союзники помогли, быстренько всех постреляли.

— Дюжина диверсантов, серьезная группа. — заухмылялся Петруха. — Да тут девушка если километров 30 на запад махнете, то увидите действительно серьезную группу нацистов. Рыл этак под двести, ну или чуть меньше.

Росомаха обрадованно залыбилась. Задача выполнена, можно обратно домой. Она обернулась и махнула рукой оставшимся у рощи «дьяволам». Те поспешно подбежали, видимо догадавшись, что дело пахнет нацистами. Петруха, подбоченившись, неторопливо, со значением пересказал им про все злоключения группы, начиная с момента как урук-хаи «срисовали» нацистский лагерь и заканчивая казнью трибуналом лагерных «капов» и других предателей. Слушавшие рассказ Петрухи Викки и Лилипут гневно сверкали глазами, сжимали до побеления кулаки и всяческим иным образом демонстрировали ненависть к предателям и коллаборационистам. В их немудренных программных «мозгах», по-видимому, всё смешалось и Нинка-Зинка из пособников аполитичных урук-хаев превратились в верных нацистских клевретов, привилегированный лагерный актив. И всё из-за употребленного Петрухой слова «капо», которое иных ассоциаций вызвать и не могло.

— Ну и что с урук-хаями-то в итоге случилось? Неужели вся полусотня полегла за нефиг делать? — Росомаху разбирало любопытство.

— Пока за нами никто не гнался. А идём мы, ни много ни мало, а уже второй час. Хотя если кто после атаки уцелел, то может и пустился сейчас в погоню. Так что вам может выпасть счастливая возможность лицезреть верховых урок. Опасности для вас, конечно, никакой, с автоматов мигом покрошите, да ещё и опыт капнет.

— А что, много опыта дают? — явно заинтриговалась Росомаха.

— Много — немного, но за двоих пару уровней получил. Так что для вас, считай, халява халявная. Знай себе стреляй, да очки опыта считай.

— Ээх, уровни — это хорошо, но не за ними мы тут. Значит говоришь знаешь, где этот лагерь нацистов располагается? И показать сможешь?

— Ну кое-что запомнил, если снова на том месте окажусь, то и указать смогу.

— Это хорошо, тогда пошли с нами. Нам до вечера нужно до форта добраться или вы ночевать под открытым небом собрались?

— Допустим ночевать под открытым небом нам не привыкать. А вот идти с вами или нет — это вопрос, требующий обсуждения. Я лично так и не понял, ни кто вы такие, ни что вы хотите, ни ваших планов да и взглядов на жизнь вообще?

— Это как? — Росомаха с отвисшей челюстью захлопала бесцветными ресницами. В её оцифрованных мозгах произошло то, что интеллектуалы называют «когнитивным диссонансом», а люди попроще «разрыв шаблона». Считая себя великодушной спасительницей, дарующей людям шанс обрести безопасное место в опасном и непредсказуемом мультимире Беспределья, она ждала чего угодно — слез радости, слов благодарности, но только не холодного и трезвого расчета уже битых Беспредельем людей.

— А вот так. — Петруха из веселого простака, роль которого он успешно отыгрывал в самого начала, превратился в матерого и прожженного ветерана. — Мы самостоятельная группа, проверенная в драке с вооруженным противником, у нас есть припасы, которых если растягивать хватит на неделю, да и защититься есть чем, в обиду себя не дадим. Резон стать частью чего-то большего лично у меня есть, но нужно понимать, что это за большее, что за люди, чем дышат, что на руках имеют, какие планы на жизнь. Я человек простой, но абы с кем связываться не буду, да и товарищи мои, уверен, тоже. Так что если хотите быть с нами в одной обойме, то будьте любезны просветить нас по сим значимым вопросам. А там мы уж порешаем, что нам делать.

30
{"b":"574964","o":1}