ЛитМир - Электронная Библиотека

Обри поднял голову. Его глаза выражали не ужас даже, а полное непонимание происходящего, недоумение – что происходит и как такое могло случиться именно с ним.

- Проси прощения! – Северус, вцепившись Бертраму в волосы, ткнул его в одеяло, приблизительно в место, под которым торчали острые коленки Лили. У нее мурашки пробежали по коже от отвращения.

- Сев, прекрати. Отпусти его. Оставь.

- Он тебя чуть не убил, - зрачки у друга расширились, губы посинели, он выглядел помешанным.

- Я первая начала. Отпусти его. Пожалуйста.

Северус покосился на взлохмаченные кудри Обри и швырнул его на пол. Тот. Скуля, дополз до двери и только там решился встать на ноги. И сразу дал стрекача. Сев повернулся к Лили, она приподнялась, вытянулась… Через секунду хлопнула пощечина.

- За что? – выкрикнул Сев, держась за щеку. Лили, бледная, осела на подушки.

- За то, что ты зверь, - с омерзением проговорила она. – Ты дикарь. В следующий раз, что, голову обидчика мне принесешь?

Черные глаза встретились с зелеными.

- Если ты захочешь…

- Я не захочу! – она ударила кулачком по постели. – Сев, ты думаешь, мне приятно, когда кто-то мучается? Когда кого-то унижают? Извини, я не слизеринка. – И ей припомнились обиды последних дней. – Почему-то ты не спешишь мстить тем, кто называет меня грязнокровкой. Вон даже помирился с Мальсибером, с Эйвери, а с Регулусом Блэком вы вообще не разлей вода! А мне слышать это слово – Сев, пойми – мне его слышать больнее, чем с лестницы падать. Но с ними ты ссориться из-за меня не хочешь, правда?

Северус, потупившись, молчал. Наконец выдавил:

- Прости.

- Прощу, - она раздраженно пожала плечами. – Что с тобой еще делать.

А сама подумала: «Значит, правда».

========== Глава 22. Боггарт и оборотень ==========

Когда Лили выписали из Больничного крыла, оказалось, что вражда Мародеров и Северуса вышла на новый виток. На первом же уроке ЗоТИ он опозорился: наотрез отказался подходить к боггарту, а когда преподавательница приказала подтащить его силой, вырвался и убежал. Бертрам Обри, желая отомстить за недавнее унижение, в красках обсудил занятие с Джоном Долишем на перемене – так, чтобы слышала Пенни-Черри. А что знает Пенни-Черри, то известно если не всей школе, то всему потоку точно. Итак, с того дня Северус стал не только Нюнчик, но и Скользкий трус.

Мародеры выслеживали его и с криком выскакивали из-за разных углов, или швыряли ему под ноги петарды, или обстреливали навозными бомбами, крича: «Трус! Трус!». На спаренных уроках Поттер и Блэк довольно громко обсуждали, каким же может быть его боггарт:

- Может, папашин ремень?

- А может, кишечно-опорожняющее заклинание? Применим на нем как-нибудь, а?

- Да нет, он просто боится обделаться от страха. Боишься обделаться, а, Нюнчик?

Северус мстил, но все-таки справиться с четверыми разом не мог. Итак, Лили решила отложить выяснение отношений до лучших времен и тихо поддерживать друга. Хотя и на Мародеров она, помня о спасении, не заставила бы себя сердиться. Лучше было, хоть и с опозданием, влиться в учебу.

В первый же день Лили попала на ЗоТИ; к счастью, новая преподавательница, мисс Джейн Саверн, вошла в её положение.

- Самое важное, что мы успели пройти – борьба с боггартом. Зайдите после занятий, я вас проэкзаменую по этому поводу и в случае необходимости обучу, потому что этот навык много раз требуется в жизни. А так пока догоняйте материал.

Лили исподтишка рассматривала новую преподавательницу и должна была признаться, что та очень располагала к себе. Невысокая, ладная, крепко сшитая, с гладким пучком темных волос, с голубоватыми смелыми глазами, она держалась с абсолютной уверенностью человека, уважающего себя и других. Скорее всего, то было еще и следствие осознания себя мастером, знающим и понимающим свое дело. Мисс Саверн имела на это полное право: как сообщила девочкам Гестия, новый преподаватель по основной профессии – эксперт при аврорате.

- Дамблдор и глава аврората придумали хитрую штуку. Каждый год они будут выделять кого-нибудь из авроров, чтобы тот нам преподавал. В конце года профессор увольняется, назначают нового. Все-таки там работают проверенные люди, знающие, да и о программе, наверное, они договорятся между собой. Жаль, этот год у меня последний, я не увижу, кто у вас будет после.

Итак, отправляясь к профессору Саверн, Лили уже не боялась её, а о боггарте просто старалась не думать. Она, конечно, прочитала, как его можно победить, да и девочки рассказала, как они боролись со своими: Мери – с акулой, Марлин – с мертвой головой. Справилась даже Алиса, хотя её боггарт мисс Саверн оценила как сложный: безумная взлохмаченная старуха, норовящая уцепиться за одежду. Под общий хохот старуха, щелкая пальцами, пустилась в цыганскую пляску. Но что увидит сама Лили? Она, по совести, и не знала толком, чего боится, не задумывалась над этим никогда. Ей казалось, что самое страшное уже случилось с ней: она лишилась способности летать. Все же прочее – мелочи.

Мисс Саверн, встретив девочку в дверях кабинета ЗоТИ, подвела её к старому шкафу.

- Мисс Эванс, вы знаете ,что надо делать?

- Да, мэм. Представить на месте боггарта что-нибудь смешное и произнести «Ридикулус».

- Хорошо. Теперь пробуйте.

Преподавательница распахнула скрипучие дверцы, и Лили в ужасе зажала рот: на пол выпал труп отца. Джордж Эванс лежал ничком, неловко вывернув шею, откинув одну руку, будто заслонялся от убийцы; в темно-рыжих волосах запеклась кровь. Борясь с приступом дурноты, девочка отступила к стене. Между тем тело на полу стало меняться – и через несколько секунд перед Лили была мертвая мать, лежавшая в той же позе, что и отец, и тоже с кровью в волосах. Трясясь, Лили опустилась на пол рядом с нею, протянула руки – но перед ней была уже Петуния, в остановившихся глазах которой застыл упрек.

Подвывая, девочка до крови прокусывала ладонь. Мисс Саверн вдохнула, подхватила её под мышки, подняла, усадила на стул, сама повернулась к боггарту. Вместо трупа Петунии на полу вырос высокий человек в черном плаще и безобразной маске. «Ридикулус!» - и он вскочил на руки, хлопнув ногами в воздухе; полы плаща свалились на пол, и Лили невольно рассмеялась, увидев, что на верзиле не было брюк; взглядам открылись ношеные трусы в цветочек. Быстрым взмахом палочки учительница загнала боггарта обратно в шкаф.

- Профессор, а кто это был?

- Пожиратель смерти.

- Вы боитесь Пожирателей смерти?

- Естественно, - мисс Саверн присела рядом с Лили. – Если бы вы знали, что натворили они за последние годы, вы бы меня поняли. Увы, сведения об их преступлениях большей частью засекречены. Не думаю, что это правильно – многие молодые люди составляют о них превратное мнение, видят в них борцов с несправедливой властью. Поверьте, это не так. Они в первую очередь кровавые убийцы.

- А правда, что большинство из них со Слизерина? - неожиданно для себя спросила Лили.

- Правда. Ступайте, я вас больше не задерживаю.

- Но я же не справилась…

Мисс Саверн грустно улыбнулась.

- Милая девочка, с таким боггартом, как у вас, справиться практически невозможно. Единственное, что вы могли бы сделать – убедить себя, что трупы ненастоящие, развернуться и уйти. Вы не слабость проявили. А лишь сильную привязанность к близким. Ступайте и не беспокойтесь ни о чем.

В воскресение было разрешено уйти гулять в Хогсмид. Северус, конечно, сослался, что готовится к занятиям, и Лили отправилась с подружками – так, пожалуй, вдвое веселей.

Сказочное ощущение, к которому она ,казалось бы, привыкла, обострилось, еще когда гриффиндорки шли по мощеной булыжником дороге между стрельчатых елей, и охватило Лили, доведя почти до экстаза, когда она увидела, казалось, пряничную или вырезанную из дерева и богато изукрашенную деревушку. Низенькие, но с высокими острыми крышами, усеянными множеством мансард домики купались в золотой и алой осенней листве, и покачивались на ветру, блестя свежей краской на солнце, вывески. «Сладкое королевство», «Три метлы», «Кафе мадам Паддифут»… дорожка уже шла меж домов, чудо было близко – рукой подать, у Лили захватывало дыхание.

37
{"b":"574972","o":1}