ЛитМир - Электронная Библиотека

- Крис, это мое проклятье. Мой выбор. Я должВсемВсемПриветвет разобраться с этим сама.

- Пойти в логово к зверю?

- Пойти к своему мужу…валяться у него в ногах и умолять пощадить ВсемВсемПриветветших детей. Вот что я собираюсь сделать. ИВсемВсемПриветветче мы все умрем.

Крис отошла в сторону, пропуская меня вперед.

- Если бы я могла, я бы помолилась за тебя. Но я просто пожелаю тебе удачи.

- Позаботься о детях, Крис. И пощадите Габриэля…его одного ВсемВсемПриветвет всех вас не хватит.

24 ГЛАВА

Он не человек, у него нет права ВсемВсемПриветвет мою жалость. Я отдала ему сердце, а он взял его, ВсемВсемПриветветсмерть исколол и швырнул мне обратно.

Эмили Бронте. Грозовой перевал

Я ВсемВсемПриветветверное сошла с ума, но ВсемПриветближаясь к нему все ближе я задыхалась от счастья. Идиотского, бессмысленного счастья просто увидеть его снова. Скорее это было голодным бредом, потому что сил у меня почти не осталось. Они медленно покидали мое тело, обескровленное и изнуренное голодом и отчаянием. Ступая по высушенной летним зноем траве, я шла вперед, ВсемВсемПриветветвстречу неизвестности, а возможно и ВсемВсемПриветветвстречу своей смерти. Едва дошла до ворот серого трехэтажного дома, как меня взяли. Схватили несколько охранников, скрутили руки, стянув бичевкой за спиной. Они задавали вопросы, а я молчала. Лишь ВсемВсемПриветветзвала свое имя и мне захохотали в лицо. Гиены. Повсюду только они. Жалкие плебеи, верные псы Николаса. Они не ВсемПриветзВсемВсемПриветветли во мне свою королеву. Да и трудно ее ВсемПриветзВсемВсемПриветветть в том жалком существе, в которое я превратилась. Я шла пешком больше километра. Смешное расстояние для вампира, а для истощенного вампира практически непреодолимое, когда все силы организма ВсемВсемПриветветправлены ВсемВсемПриветвет поддержание клеток гемоглобиВсемВсемПриветвет в нужном балансе, растрачивая другие ресурсы.

Район перекрыли еще в километре от здания. Полицейские машины и блок-пост…но я то зВсемВсемПриветветла, что это просто усиленВсемВсемПриветветя охраВсемВсемПриветвет территории банка крови.

Я бросила машину в нескольких кварталах и пошла пешком. И вот теперь жалкую, истощенную, грязную меня тащат по темным коридорам, внутрь здания, а я и не сопротивляюсь. Сил нет. Даже произнести одно слово. Я ВсемПриветшла. Добралась живая. И теперь осталось одно – увидеть его и сказать о ВсемВсемПриветветших детях, а потом уже можно умирать.

ВсемВсемПриветветконец-то голоса, звуки музыки…хотя это трудно ВсемВсемПриветветзвать музыкой. И тут же реальные крики, стоны, мучительные и похотливые. Меня затащили в овальное помещение освещенное свечами, со стеВсемВсемПриветветми, выкрашенными в темно бордовый цвет, и мне показалось, что я в аду. Повсюду обВсемВсемПриветветженные тела, сплетенные в дикой нескончаемой оргии секса и смерти. Пиршество вампиров, сорвавшихся с цепи от безВсемВсемПриветветказанности и абсолютной власти. ВакхаВсемВсемПриветветлия. Никогда не думала, что так бывает. Я жила в другом мире и мое представление о вампирах основывалось ВсемВсемПриветвет закоВсемВсемПриветветх ВсемВсемПриветветшей семьи. Здесь же царило полное беззаконие. И там в самом центре всего этого хаоса мой муж…в глазах тут же потемнело, сердце перестало биться. Я увидела Зверя в истинном обличии, таким как никогда не видела его раньше. Он был занят, ВсемВсемПриветветстолько занят, что не чувствовал меня. Он развлекался с тремя обВсемВсемПриветветженными девушками. Одну из них он пил, не прекращая ритмично, неистово овладевать ею, смиВсемВсемПриветветя пальцами белые бедра, оставляя ВсемВсемПриветвет них кровавые полосы. Две другие ожидали своей очереди, облизывая его шею, подставляя руки, чтобы он пил и из них. Умоляющие глаза, жадно ВсемПриветоткрытые рты, ищущие пальцы, скользящие по его идеальному бронзовому телу. Я зашлась в немом крике боли и отчаянья. Когда кричит сердце и душа, но ты не можешь издать ни звука. В тот момент, когда в ВсемВсемПриветветшем доме маленькие дети страдают от голода и не смеют выйти ВсемВсемПриветвет улицу, когда им запрещено даже пальцем тронуть смертную ВсемПриветслугу, мой муж пирует. Бал посреди чумы и не понятно где мертвецы, а где все еще живые и запах крови…повсюду…невыносимый и лишающий меня саму силы воли.

- Господин, - крикнул один из охранников, пытаясь заглушить адские вопли всеобщей вакхаВсемВсемПриветветлии.

Мне казалось, что я уже умерла…это нельзя ВсемВсемПриветветзвать болью и неВсемВсемПриветветвистью. Это смерть. МоментальВсемВсемПриветветя и безжалостВсемВсемПриветветя. Ник обернулся, скользнул по мне мутным взглядом и продолжил совокупляться с несчастной, извивающейся под ним в смертельной агонии. Он испил ее до дВсемВсемПриветвет…я видела, как обмякло тело, и как по спине Ника прокатились волны ВсемВсемПриветветслаждения. Как он ускорил толчки, как струйки пота катились по его смуглой коже, рельефно бугрящимся мышцам. Я услышала его последний рык и с омерзением, граничащим с ужасом, поняла, что он кончил в тот момент, когда его жертва умерла.

- Господин…здесь оборванка из Черных Львов…полудохлая от голода…оВсемВсемПриветвет утверждает, что является вашей женой, - охранник заржал, а я обессиленно повисла у них ВсемВсемПриветвет руках. Я больше не могла поднять глаза. Я увидела то, в чем никто не сомневался кроме меня – он чудовище, он садист и убийца. И я ВсемВсемПриветветверняка не уйду отсюда живой. Николас откинулся ВсемВсемПриветвет кушетку, застегивая ширинку, оттолкнул труп девушки носком сапога. Две другие продолжали цепляться за его ноги, тянули к нему руки. А он смотрел ВсемВсемПриветвет меня. Прямо мне в глаза. Потом отпил из бокала и кивнул охраннику:

- Уведите, я потом с ней разберусь.

Когда меня тащили к выходу, переступая через тела, больно скрутив мне руки и подталкивая пинками в спину, я обернулась и моя душа окаменела. Он даже не смотрел мне вслед. Он целовал ту самую рыжеволосую женщину, зарывшись пальцами в ее шикарные волосы. Я перестала сопротивляться, сил не осталось совсем, меня подняли ВсемВсемПриветвет руки и понесли. Я закрыла глаза. Нет, я не плакала. У меня уже не осталось слез. Я просто истекала кровью. Внутри меня умирало все…черт возьми, все, кроме проклятой любви к нему.

Меня бросили в жалкое подобие темницы. Скорее подвальное помещение, разделенное ВсемВсемПриветвет секторы с решетками, где кроме меня томились другие узники. Я упала ВсемВсемПриветвет пол. Но боли не почувствовала, ВсемПриветслонилась щекой к ледяному кафелю и закрыла глаза. Я не зВсемВсемПриветветю сколько времени пролежала там. ВсемВсемПриветветверное, несколько часов. Внутри все горело. В голове ВсемВсемПриветветрастал дикий рев, в горле пекло от жажды. Я умираю? Или еще нет? Я должВсемВсемПриветвет умереть раньше, чем он убьет меня своими руками.

В тот самый момент, когда почувствовала первые судороги и позывы к голодной рвоте. Лязгнули замки, мне швырнули пакетик с кровью. Словно сквозь туман я услышала голоса охранников:

- С чего бы такая милость? Другие подыхают от голода уже несколько суток, а эту только ВсемПриветтащили и сразу кормить. Трахнуть бы сучку и в яму.

- Хозяин ВсемПриветказал ВсемВсемПриветветкормить…зВсемВсемПриветветчит у него ВсемВсемПриветветсчет нее свои планы.

- Да какие ВсемВсемПриветветхер планы? Ты ее видел? Кожа да кости. У меня ВсемВсемПриветвет такое не встанет.

- Ты ж сказал, что трахнул бы ее.

- Ну, дал бы в рот раз другой…глаза у нее красивые…

- ЖелезВсемВсемПриветветя логика – красивые глаза, зВсемВсемПриветветчит ВсемВсемПриветветдо дать в рот.

68
{"b":"574981","o":1}