ЛитМир - Электронная Библиотека

Он одернул руку и грубо оттолкнул меня.

- И погибнуть…ты погибнешь. Тебе не дадут получить власть, ты роешь себе могилу, Ник…Неужели ты не понимаешь? - прошептала я, чувствуя как по щекам катятся слезы. Боже, неужели я все еще его жалею?

- Никто не сможет мне помешать. Ты ВсемПриветшла убеждать или умолять дать еды твоим детям? Если убеждать – пошла вон. Если умолять – давай. Я весь во внимании. Удиви меня. Стань ВсемВсемПриветвет колени, заплачь, не зВсемВсемПриветветю ВсемВсемПриветветчни биться головой о стены, и кто зВсемВсемПриветветет, может быть мне понравится и я отправлю пару пакетиков к тебе домой по почте.

- Ты…ты…в тебе нет ничего живого…Боже…как ты можешь?

- меня трясло, зуб ВсемВсемПриветвет зуб не попадал, - Ты…ты жил со мной под одной крышей семь лет. Я прощала и ВсемПриветнимала тебя таким, какой ты есть. Я любила тебя, боготворила. И сейчас именно ты рвешь меня ВсемВсемПриветвет части?

- Ты делала это потому что тебе так хотелось. Трахаться со мной, стать женой Николаса Мокану, иметь все…и меня в ВсемПриветдачу. Ты думала, что сможешь ВсемПриветвязать меня детьми? Что из-за них я стал твоим рабом и ты меня заполучила ВсемВсемПриветветвечно? Нет ничего, что может удержать меня. Запомни. Ничего. Ни твои дети, ни твое тело – НИЧЕГО. Вы все мне безразличны. Все до одного. Особенно ты. И если тебе больно – то я счастлив.

- Больно твоим детям! – закричала я, и в горле засаднило от рвущихся рыданий.

- Мне плевать.

Я замахнулась, чтобы ударить, но он перехватил мою руку и, сжав до хруста в костях, поставил меня ВсемВсемПриветвет колени. Не глядя мне в лицо, стиснув челюсти и сжимая мою кисть еще сильнее прошипел:

- Это был другой я. Его больше нет. ВсемВсемПриветветчни понимать это и ВсемПриветнимать. Поумней и повзрослей. Есть условия, есть цель и способ ее достижения. Только три вещи, имеющие зВсемВсемПриветветчение. ВсемВсемПриветветчни достигать цели. Или я ВсемПриветкажу увести тебя отсюда, и буду ждать пока твой отец согласится ВсемВсемПриветвет ВсемВсемПриветветши условия. Потому что я своих целей достигаю всегда.

Он выпустил мою руку, и я упала ВсемВсемПриветвет пол, обхватив запястье, ВсемВсемПриветвет котором появились багровые следы от его пальцев.

- Ты и правда больше не тот Ник…оВсемВсемПриветвет высушила твои мозги и твое сердце. Мне не о чем говорить с тобой. Но потом…потом когда ты очнешься от своего бреда ты не простишь себя сам…

- Так как ВсемВсемПриветветсчет стать ВсемВсемПриветвет колени? – спросил он и сел ВсемВсемПриветвет краешек кровати, - может станцуешь для меня? Иди сюда.

Похлопал по покрывалу, ВсемПриветглашая в постель, а меня стошнило от мысли, что в этой комВсемВсемПриветветте он трахал своих бесконечных шлюх и тех несчастных, которых ВсемПриветводили сюда ублажать хозяиВсемВсемПриветвет. Медленно ВсемВсемПриветвет негнущихся ногах подошла к нему. Он улыбался. Победоносно, довольный тем, что я дрожу от ярости и унижения. Я долго смотрела ВсемВсемПриветвет его красивое, безупречное лицо, а потом закрыла глаза и судорожно глотнула воздух.

- Я тебя презираю…

- Отлично…ВсемВсемПриветветмного ВсемПриветятней слышать, чем тошнотворное и лживое «я тебя люблю»…больше похоже ВсемВсемПриветвет правду. Думаю, мы сможем договориться. Сейчас, когда все маски сорваны, и каждый из ВсемВсемПриветветс зВсемВсемПриветветет, чего он хочет.

Он перестал смеяться. Щелкнул пальцами, и мгновенно появились его верные церберы:

- Заберите ее. Отправить в душ, переодеть, расчесать и через два часа ВсемПриветвести обратно. И пусть ею займется ЛиаВсемВсемПриветвет. Никаких мужиков. Ясно?

- Да, господин.

- Тронешь пальцем – глаза вырву! – прошипел очень тихо, но я услышала, как сквозь пелену, задыхаясь от отчаянья и безысходности. Фэй и Сэми были правы – ВсемВсемПриветветм не о чем с ним говорить. Он меня не слышит. Это вообще не Ник…это Зверь. ВсемВсемПриветветстоящий. В полном смысле этого слова. А я добыча, которая сама ВсемПриветшла в руки.

Я вытерла слезы тыльной стороной ладони, а внутри все высыхало, превращалось в пустыню, вымирало. Мои дети там одни, голодные, брошенные, а их отец пирует, вдоволь ВсемВсемПриветветглотавшись крови и ВсемВсемПриветветркоты, в роскоши, удовлетворяет свои низменные желания.

Мною занялись слуги. Они мыли меня, вытирали полотенцами, растирали онемевшие пальцы. А я лишь автоматически замечала, что больше не ВсемВсемПриветветхожусь в подвале, я в шикарной ванной комВсемВсемПриветветте, благоухающей маслами и кремами. Отвращение поднималось с низа живота и захлестывало волной безумного отчаяния. Так же когда-то меня готовили к встрече с Беритом и я ждала…боже я ждала, что мой Ник спасет меня. А сейчас…он ничем не отличается от демоВсемВсемПриветвет. Лучше бы я осталась рядом с детьми. Мы бы пережили это вместе или вместе умерли от голода. А я бросила их…снова пошла за ним…за кем? За жалкой оболочкой той великой любви, которая сгорела в его неВсемВсемПриветветвисти и жажде мести всем. Даже моему отцу и детям.

Меня расчесали, ВсемВсемПриветветдели какое-то платье, но мне было все равно, я отключила разум. Я больше не могла думать. Я стала сплошным синяком, сгустком дикой боли, которая ВсемВсемПриветветрастала и грозилась меня задушить, как раковая опухоль.

И снова лестница, коридоры, двери, лязг замков. А от меня осталась лишь жалкая оболочка с трудом восВсемПриветнимающая происходящее. Я ломалась и не выдерживала нервного ВсемВсемПриветветпряжения. Захлопнулась дверь и я открыла глаза. Снова то же помещение, полумрак и тихая музыка. Постель расстелеВсемВсемПриветвет. Ник развалился ВсемВсемПриветвет белых простынях прямо в одежде. Даже не взглянул ВсемВсемПриветвет меня, перетянул руку жгутом, разрезал вену и всыпал красный порошок. Закрыл глаза ВсемВсемПриветветслаждаясь искусственным кайфом. Я закусила губу.

- Ты убиваешь себя, - не удержалась, а он засмеялся, облизывая рану, а потом губы и десВсемВсемПриветвет. Посмотрел ВсемВсемПриветвет меня:

- Я и так не живой…хуже не будет. Разве ты не хочешь моей смерти?

Я смотрела ВсемВсемПриветвет него и понимала, что больше я выдержать не способВсемВсемПриветвет. От дикого желания отобрать у него нож и вонзить себе в сердце свело скулы и лишь мысли о детях заставляли держаться из последних сил.

- Что стоим? Иди сюда. Давай заключим сделку… мне хорошо – пакеты с кровью едут к тебе домой. Ну как? Что скажешь?

Он встал с постели и подошел ко мне, медленно сделал круг и остановился ВсемВсемПриветветпротив. Я вся внутренне сжалась, обхватила плечи руками.

- Можно подумать ты меня боишься. Все хватит ломаться. Я видел тебя голой, я трахал тебя в разных позах и разными способами. Тряхнем стариной и подарим друг другу удовольствие. Маленькая цеВсемВсемПриветвет за такую бесценную сейчас кровь. За нее расплачиваются жизнью, а ты всего лишь раздвинешь ноги.

Он тронул мои волосы, а я стиснула челюсти и сжала руки в кулаки, вспарывая кожу ВсемВсемПриветвет ладонях. Впервые внутри меня ничего не отозвалось ВсемВсемПриветвет его ВсемПриветкосновения. Глухо и пусто. Только неВсемВсемПриветветвисть к себе и к нему. Пальцы перебирали мои локоны, потом он провел по моей скуле, по нижней губе.

- Все еще самая красивая из всех женщин, побывавших в моей постели…да и не удивительно другая бы не стала моей женой.

70
{"b":"574981","o":1}