ЛитМир - Электронная Библиотека

— Вы очень красиво смотритесь, — подметила я, когда мы вместе направлялись в сторону общежития.

Вокруг стоял галдеж. Студенты народ веселый, особенный. Это будто бы другая страна, со своими законами и менталитетом. И я была счастлива, что получила её гражданство.

— Просто он слишком в меня влюблен, поэтому у нас особая аура, — смущенно улыбнулась мне девушка, стрельнув взглядом на своего парня, который расхохотался.

Все-таки они классные, и межрасовые браки в подавляющем большинстве случаев очень счастливые. Хотя что-то я слишком далеко захожу с мыслями о браке!

Тихо переговариваясь о новых предметах и преподавателях, совсем шепотом о своих соседях, мы дошли до лифтовых кабинок, в которых по утрам была привычная теснота. Тепло после тренировки просто изнывало, но я старалась не думать об этом, лелея мысль о целебной мази. Мысль о прогуле сегодняшних пар была так заманчива, что я уже стала фантазировать на тему причин прогула.

Кто-то из соседей уже был в душе, а я решила пока воспользоваться лекарство. Круговыми движениями быстро втерев мазь на ноги, я надела брюки, после чего, оставаясь в футболке (ведь под ней были эластичные бинты, стягивающие грудь, хотя такие же бинты были и на коленных чашечках), я принялась растирать живот, руки и поясницу. Надо признать, что лекарство помогало отменно.

В комнату зашел Рома, мазнув по мне взглядом и пройдя к шкафу, чтобы в отдельной его части (паровом отглаживании) привести в должный вид рубашку и брюки. Я тем временем растирала себе спину, пыхтя от боли, ибо мышцы на руках не желали поддаваться воле хозяйки.

— О космос, дай сюда, — не выдержал моих попыток Романов, отобрав у меня тюбик с мазью. — Повернись спиной.

— Что? Ты что делать собрался?! — вскрикнула я, вновь прорезались девчачьи нотки. — Не подходи ко мне, извращенец!

Тем временем Рома, железной хваткой удерживая меня за плечо, уложил на кровать и приподнял верх футболки. Сказать, что я была напугана, это ничего не сказать! Вот сейчас он меня и раскроет! Там же на спине бинты проходят!

— Романов, отпусти меня!

— Тигренок, ты еще и фамильничать вздумал? — в голове соседа прорезались рычащие нотки, — лежи спокойно. Поверь мне, я не гей, чтобы наслаждаться процессом массажа мужской спины.

И дальнейшие его слова расходились с делом, по крайней мере, мне так показалось. Я решила расслабиться, подозревая, что моя реакция вызовет еще больше подозрений. Тем временем Рома снял бинты (видимо, подумал, что это я из-за болящих мышц себе спину перевязала, и его совсем не смутило место перевязки), и растерев между пальцами мазь, дотронулся до моей спины. Я вздрогнула, он остановился, видимо, смущенный собственной реакции. Не знаю почему, но мы точно чувствуем, когда дотрагиваемся до противоположного пола, и, видимо, именно это и почувствовал Рома. Я бы хихикнула от мыслей жениха, которые явно были о собственной ориентации, если бы я так не боялась в этот момент быть раскрытой. Он сглотнул, после чего резкими движениями без капли нежности начал наносить мазь, сильно вдавливая меня в кровать. Для меня весь процесс массажа был настолько интимен, что вызвал прилив крови к щекам, а о мыслях Ромки я не хотела думать. Может, устроить ему маленькую месть и влюбить в себе в мужской ипостаси? Хотя о чем это я говорю? Если уж он не влюбился в меня, когда я была красивой и обожаемой всеми блондиночкой, то сейчас он точно на меня не посмотрит.

— А вы что делаете? — мы оба вздрогнули, посмотрев на вышедшего из душа Джона.

Привычно он был в одном набедренном полотенце.

— Массаж, — поспешил оправдаться жених, усерднее втирая в меня мазь, после чего натянул мою футболку вниз. — Всё, — с облегчением ответил Рома, вставая с кровати, и, разворачиваясь в сторону душа, бросил мне, — и всё-таки ты какой-то несуразный.

Я сидела со скрещенными на груди руками, чтобы ни в коем случае мужчины не обратили внимания на грудь, показывающую моё возбужденное состояние. Никогда бы не подумала, что Романов может оказать на меня подобное действие. И от этих мыслей я приходила в гости к другим: почему бы не выйти за него замуж, а там приложить все усилия, чтобы влюбить его в себя? Не приняла ли я слишком поспешное и импульсивное решение?

Рома в душе был не долго, поэтому, как только он вышел, туда поспешила я, прихватив с собой необходимые вещи из шкафа. Романов не удостоил меня даже мимолетного взгляда, чем я сейчас была искренне рада. Всё-таки в моем глупом поступке будут свои плюсы, если Ромка перестанет со мной разговаривать и отдалится от меня. Тогда у него будут меньшие шансы раскрыть меня.

Только вот выдержку ли я его «игнор»?

* * *

Совсем незаметно для меня прошла целая неделя. За это время не случилось ничего удивительного, наоборот, даже как-то все закрепилось и вошло в обыденное русло. Джон вскоре заметил отношение Ромы ко мне, но, как бы у него не выпрашивал причину, мой жених стойко молчал, всякий раз уходя от ответа и продолжая меня игнорировать. Признаться честно, я уже не выдерживала. Я знала его нежность и заботу, я знала его злость и терпела вечные подколки, но с его безразличием я еще знакома не была. И теперь я поняла причину нахождения своих фотографий в его комнате. Какие бы отношения нас не связывали, он не был ко мне равнодушен. Скорее всего, по-прежнему считал меня своей младшей сестренкой, но никак «никем» в своей жизни. И сейчас это его безразличие убивало меня сильнее его отказа в пятнадцать лет. Он резал меня без ножа.

На уроки самообороны я ходила, мышцы уже не болели, и я могла поставить блок защиты. На бокс тренер мне посоветовал пока не ходить, как и моим сокурсникам, и начать посещать его со следующего месяца. Симонов-старший гонял меня на индивидуальных занятиях в третьем корпусе, младший — на лекциях. Всеслав Александрович оказался очень веселым человеком со своеобразным чувством юмора, любящим ставить студентов в неудобные положения. Мои мысли он читал нещадно, подкалывая при каждом удобном случае. У сокурсников сложилось впечатление, что он меня недолюбливает за то, что я якобы увела его девушку. С последней, кстати, я не виделась в посвящения, за что парни в шутку начали звать меня ловеласом. В общем, сплетни о моей фигуре стали понемногу утихать, но вот впереди еще был отбор в команду по аэробордингу, на котором я сейчас и присутствовала.

Аэробординг оказался довольно интересным спортом. Ворота располагались на высоте десяти метров, и по размеру были раза в два больше футбольных. Правила напоминали футбол, только летали тут на досках, варьируя между воздушными потоками. В команде был один вратарь, два защитники и пять нападавших, которые и играли в центре воздушного поля, перекидывая между собой мяч, защищенный специальным магнитным полем от способностей металюдей.

— Не подходишь! — объявил капитан команды очередному участнику, который справлялся довольно неплохо, я даже удивилась, почему его не взяли.

В команде было восемь человек, но обязательно должны были присутствовать два запасных игрока, поэтому сейчас отбирался один дополнительный участник для факультета менталистики. Капитан команды высокий худощавый брюнет с забранными в хвост волосами отбраковывал всех, и я даже не представляла, какой игрок ему нужен, мысленно набирая набор оправдательных штампов для Эмилит, ведь я не то что не выиграю, я даже не пройду в отборе команды!

Впрочем, данный факт меня не удивлял, я и не особо надеялась на положительный исход событий. Да я даже на этой доске никогда не стояла! Не говоря уже о том, чтобы играть на ней.

— Следующий!

От внезапного оклика капитана, я, подскочив, тут же упала лицом в траву. На меня посмотрели все участники команды, переглянувшись между собой. Поморщившись и проверив, в порядке ли мой нос, я медленно поплелась к тренировочным доскам, всё еще чувствуя на себе внимание всего стадиона для аэробординга, который находился за третьим корпусом.

— Живей! — прикрикнул капитан, и это прибавило мне скорости.

33
{"b":"575035","o":1}