ЛитМир - Электронная Библиотека

Дойдя до Хортицы, Зборовский расположился здесь для отдыха и тут не раз видел, как выскакивали в разных местах пустынной степи татарские разъезды и зорко следили за казаками и за тем, чтобы поживиться от них каким-нибудь казацким добром. После ночлега на Хортице Самуил Зборовский поплыл далее, но тут на его отряд налетели тучи саранчи, и от ее смрада стали пухнуть люди, а от ее трупов, поглощаемых вместе с травой лошадьми, пало несколько коней, следовавших по берегу Днепра за вождем. Спустившись ниже урочища Микитина Рога, Зборовский встретил депутацию, высланную ему навстречу от казаков с приветствием и благими пожеланиями во всем предприятии его. Зборовский, выслушав речь посланцев, благодарил войско за оказанный ему почет и радостные приветствия, после чего, в сопровождении казаков, отправился в то место, где они проживали. То урочище называлось Томаковским островом, который настолько был обширен, что на нем можно было проживать двадцати тысячам людей и немалому количеству коней. На том острове было большое, обильное рыбой озеро. Лишь только казаки вышли на берег, Зборовский всеми был радостно приветствован и тут же, при ружейной пальбе, провозглашен гетманом. На следующий день, в присутствии многочисленного собрания казаков, на войсковой раде, Зборовский получил булаву. Вручая новоизбранному гетману булаву, казаки высказали ему, что хотя они очень рады видеть у себя знатного пана начальником своего войска, но выше всего ценят мужественное сердце и славные дела человека: «много мы наслышались о тебе от соседних народов и от собственных братий, – знаем, что Бог всегда помогал тебе против каждого твоего неприятеля». В ответ на речь казаков гетман отвечал им, что он приехал в Запорожье именно для самого дела, а не для того, чтобы стремиться к достижению власти над таким мужественным войском, каким прославили себя низовые рыцари, что он считает себя лишь самым младшим членом всего казацкого войска и с охотой будет следовать его благоразумным во всем советам.

После объявления Зборовского гетманом низовые казаки осведомились о дальнейших его планах и получили в ответ, что, согласно предложению крымского хана, обещавшего предоставить Зборовскому молдавское господарство, он имеет целью снестись с ханом и потом вести казаков на Молдавию. Казаки одобрили план Зборовского, и тогда решено было отправить посольство к хану. Отправляя посланцев к хану, Зборовский просил через них назначить ему место для свидания и переговоров с представителями от хана в каком-нибудь укромном урочище. В ответ на эту просьбу указано было место на левом берегу Днепра, в татарских владениях Карай-Тебень, в котором обыкновенно происходил размен пленных между мусульманами и христианами и которое потому называлось татарским и казацким форумом или рынком.

В назначенный день Зборовский выехал в Карай-Тебень и тут встретил ханских посланцев, с двенадцатью богато убранными конями и с тремя парчовыми кафтанами, присланными для подарка казацкому гетману. Ханские послы надели на Зборовского богатый кафтан, назвали его от имени своего повелителя сыном хана и обещали ему молдавское господарство, прося лишь его о двух вещах – дождаться на Днепре извещения от султана и удержать своих казаков от набегов на татарские селения.

Уговариваясь с ханскими послами, Зборовский высказался перед ними о том, что ему хочется не столько того, чтобы добиться через Мухаммад-Гирея молдавского господарства, сколько того, чтобы получить от хана помощь войском и с ним идти к своему королю Стефану Баторию против московского царя Ивана. На это Зборовскому отвечали, что хан с особенной готовностью исполнил бы просьбу казацкого вождя, но должен идти походом против персов по приказанию падишаха. Зборовский, выслушав сообщение ханских посланцев о предстоящем походе турок и татар против персов и потеряв надежду быть полезным своему королю, нашел нужным, не переговоривши о том предварительно с казаками, предложить свои услуги турецкому султану для похода в Персию. За услуги султану он ничего не просил, а требовал лишь со стороны крымского хана полной неприкосновенности своей личности, для чего просил прислать в условленное место особого поручителя (мусталика), который бы поклялся, что казацкий вождь во все время своего пребывания с татарами не будет никакими средствами изведен ими. Условившись о месте и о времени для свидания с ханским поручителем, Зборовский благополучно отъехал к своему войску, которое находилось в то время на острове, называемом Чертомлык, и объявил рыцарству о том, что вместо похода на Молдавию он имеет намерение повести их на персов заодно с турками и татарами. Услышав такое неожиданное и вовсе не желательное решение со стороны Зборовского, казаки подняли крик и стали доказывать ему, что с турками и татарами казаку, человеку православной христианской веры, связываться вовсе не следует, потому что все они – неверные собаки, никогда не держащие своего слова, всегда жившие обманом и на этот раз думающие лишь об обмане и погибели казаков и самого гетмана.

Только незначительное число казаков согласилось следовать за Зборовским в Персию; масса же, выбравшая себе какого-то атамана и доходившая до трех тысяч человек численности, решительно отказалась идти за ним в Персию и подняла против него такую бурю, что Зборовский потерялся и не знал, как ему прекратить смуту между казаками. Как истый польский пан, привыкший к полному самовластию, он хотел было смирить казаков страхом и послал сказать им, что если они немедленно не усмирятся, то он с остальной частью казаков, изъявившей свое желание идти с ним на персов, силою смирит бунтовщиков. Вместо ответа на это требование казаки собрали раду и на ней решили насыпать песку в пазуху Зборовскому и бросить его в Днепр. Видя такой оборот дела, Зборовский неожиданно явился в раду и показал перед казаками полное смирение, чем и успокоил бунтовщиков; а потом, призвав к себе казацкого атамана, заявил ему, что он никого не принуждает идти походом в Персию и каждому предоставляет свободный выбор – или оставаться на Днепре, или же следовать за ним: «Об одном только прошу тех, которые останутся, – не нападать в мое отсутствие на татар, потому что этим они обидели бы короля и Речь Посполитую, да и моя голова была бы в опасности у хана».

Когда казаки успокоились от своего волнения, тогда прибыли от хана посланцы с поручителем и с объявлением о том, что хан с особенной радостью готов принять гетмана в поход против персов и через своего поручителя приносит присягу в полной безопасности вождя казаков. При поручителе было 1000 человек конных татар, несколько сотен знатных мурз и еще больше того простого пешего народа.

Прибыв в условленное место, ханский поручитель отправил от себя в Запорожский Кош 300 человек мурз и через них просил гетмана явиться к нему для произнесения перед ним клятвы и для немедленного отправления в поход в Персию.

Тогда между казаками снова поднялись волнения: одни хотели идти в Персию, другие отказывались от нее, советовали и Зборовскому отказаться от этого хотя и заманчивого, но весьма опасного предприятия. Но Зборовский, увлекаемый жаждой видеть далекую Азию и хотевший на месте изучить все приемы военных действий восточных людей, стоял на своем и, распорядившись о приготовлении всего нужного к отъезду, приказал подать себе коня. Когда же конь был подан, то оказалось, что он слишком горяч, и тогда стали искать другого, более спокойного. В ожидании такого коня Зборовский, уже готовый к походу, с саблей у пояса и сагайдаком через плечо, стал прохаживаться между рядами казаков. Тут к нему подошел его любимый повар и стал упрашивать его покушать щуки: «Пане мой, верно, я тебя уже больше не увижу; есть у меня хорошая щука, – покушай на дорогу». Зборовский тронут был слезной просьбой своего повара и согласился поесть щуки. Во время этой еды к нему подвели спокойного коня, и Зборовский уже хотел было сесть на него, но перед этим обратился к ожидавшим его мурзам и потребовал, чтобы они поклялись за его безопасность. На это требование мурзы отвечали, что за них поклянется перед ним ханский поручитель. Но тут к Зборовскому внезапно подскочили казаки, схватили его на руки и быстро унесли к берегу Днепра. Сев в лодки, они с быстротой молнии отчалили на середину реки и стали стрелять по оставшимся на суше мурзам. Мурзы немедленно ускакали, а казаки благополучно привезли гетмана до своего войска, где от радости за спасение своего вождя стреляли из ружей, пели песни, играли на кобзах.

17
{"b":"575050","o":1}