ЛитМир - Электронная Библиотека

Истребив несколько штук лошадей, Зборовский нашел за лучшее оставить главную массу своего войска у реки Буга, а самому броситься в степь к Пробитому шляху и искать там молдавских послов. Но вместо послов он нашел здесь одни следы какой-то стоянки и ни одного степного зверя, которым можно было бы утолить страшное чувство голода. Единственной пищей для Зборовского и его спутников были желуди, кое-где попадавшиеся им на пути. После долгих скитаний Зборовский набрел на посланный им к молдавским послам отряд казаков на каком-то Кривом шляхе и нашел его в таком же печальном положении, как и собственную дружину: отряд нигде не видал молдавских послов, долго скитался по диким степным местам, претерпел большие муки от голода и решил атаковаться среди степи и ждать прибытия гетмана. Единственным богатством этого отряда были рыболовные снасти, которыми тотчас и завладели спутники Зборовского. Но едва успели голодные казаки несколько подкрепиться пойманной рыбой, как вдруг разнеслась весть, что где-то невдалеке показался отряд молдавской конницы, и Зборовский немедленно стал собираться к тому, чтобы ударить на молдаван и отбить у них съестные припасы. Но неудача и здесь преследовала казацкого вождя: молдавский отряд так же внезапно исчез, как и внезапно показался.

После целого ряда неудач Зборовскому оставалось вернуться к главной массе своего войска, стоявшей у Буга, и втуне оставить все свои замыслы, что и было им сделано. Вернувшись к Бугу, он нашел своих казаков в самом печальном положении: они ели оленьи копыта, ели рога и давние, валявшияся по степи, кости диких животных. Тогда Зборовский довел своих казаков до Саврана и Брацлава, а сам вернулся на родину. Но на родине казацкого гетмана ждал печальный конец: агитация Зборовских против короля и вражда к ним их противников Замойских были причиной того, что Самуил Зборовский был схвачен Яном Замойским и, по воле короля, казнен за замковыми воротами Кракова 26 мая 1584 года.

Глава 4

Нападения казаков на крымские владения. Жалобы крымского хана на казаков королю Стефану Баторию. Посольство, отправленное Баторием к низовым казакам, дворянина Глубоцкого и расправа казаков с королевским посланцем. Поход казаков с атаманом Орышовским на крымские улусы и мирные предложения их хану Ислам-Гирею. Действие преемника Ислам-Гирея. Взятие казаками крепости Очакова и разграбление берегов Крыма. Действие преемника Ислам-Гирея, Казы-Гирея, против казаков. Политика московского правительства в отношении запорожских казаков, разгром казаками турецких городов Козлова, Аккермана и Азова и погоня турок за казаками. Радость в Москве по поводу успеха казаков на Черном море. Жалобы султана польскому королю на казаков и меры короля Сигизмунда III для укрощения их

Расставшись с Самуилом Зборовским, низовые казаки все внимание свое обратили на турецкие и крымские владения и с особенной настойчивостью стали беспокоить их своими нападениями. Так, в 1584 году они разорили Тятин, за что турки ограбили у Адрианополя шталмейстера польского короля[123].

Крымский хан потребовал от короля Стефана Батория, чтобы он укротил низовых казаков в их набегах на Крым. По этому требованию Стефан Баторий в 1585 году послал на Низ своего дворянина Глубоцкого (иначе Глембоцкого) уговорить казаков не делать нападений на Крым и тем не быть причиной разрыва мирного договора Польши с Крымом. Низовые казаки на это требование отвечали тем, что утопили Глубоцкого в Днепре[124].

В это время, а именно в конце 1585 года, у казаков гетманом был князь Михайло Евстафьевич Ружинский, находившийся вместе с братом своим, Кириком Евстафьевичем, на Запорожье[125]. Виновниками убийства Глубоцкого оказались 11 человек низовых казаков, которые присланы были, по распоряжению князя Михайла Ружинского, в Киев к воеводе князю Воронинскому для содержания их под стражей впредь до королевского суда над ними. Князь Воронинский, поставленный в щекотливое положение между казаками, с которыми он, как всякий пограничный староста, имел более приязненные, чем враждебные отношения, и своим королем, которому он обязан был повиновением и от которого зависело его положение, поспешил отправить присланных казаков киевскому войту и радцам. Но войт и радцы, находясь в таком же положении, как и сам воевода, отказались принять преступников, за неимением крепкой тюрьмы при городской ратуше, а занесли свой протест в житомирские замковые книги, так как сделать запись о том в книги киевского замка им не было позволено, как не было позволено и посадить преступников под стражу в замок, чем, как пишет Кулиш в «Истории воссоединения Руси», и воспользовались казаки, бежав из Киева[126].

Не обращая внимания ни на повеления короля, ни на препятствия со стороны гетмана, низовые казаки, с атаманом Яном Орышовским, в 1585 году два раза ходили походом на крымские улусы, взяли нескольких человек татар и захватили больше 40 000 лошадей и разного скота. Однако, побив татар и пограбив их, казаки вслед за тем, от имени Орышовского и всех других атаманов, отправили к хану Ислам-Гирею четырех своих посланцев с предложением мира и собственных услуг: «Прислали нас (четырех казаков) атаманы днепровские, чтобы ты, государь, их пожаловал, с ними помирился и давал им свое жалованье, атаманы же и все черкасы тебе хотят служить: куда пошлешь на своего недруга, кроме литовского короля, и они готовы». На это предложение Ислам-Гирей, недавно испытавший нападение низовых казаков и, вероятно, уже в то время знавший истину, что худой мир лучше доброй ссоры, отвечал своим согласием: «атаманов и всех черкас рад жаловать, и как они будут мне надобны, то я им тогда свое жалованье пришлю, и они бы были готовы»[127].

Однако скоро оказалось, что низовые казаки вместо дружбы с мусульманами внесли в их пределы снова войну: они взяли город Очаков, на правом берегу Днепра, потом, в 1588 году, собравшись в числе 1500 человек, сели в лодки, вошли днепровским лиманом в Черное море и, пристав к крымскому берегу, в так называемую Туптархань, между Перекопом и Козловом, разграбили тут 17 татарских селений. Нужно думать, что такие смелые действия казаков против татар вызваны были слухами о намерении Москвы воевать с Крымом и об отправлении русских ратных людей на Дон, на Волгу и на Днепр. Как бы то ни было, но весть о погроме казаками Крыма дошла до турецкого султана Амурата, и он так разгневан был за это на хана Ислам-Гирея, что грозил ему, в случае повторения нового набега казаков, изгнанием из Крыма. Ислам-Гирей, ожидая нового нападения казаков на Крым, трепетал за свое существование, но в этом же году он скончался и тем предупредил решение падишаха.

Преемник Ислам-Гирея, Казы-Гирей, выступил ярым противником низовых казаков и через них – врагом Речи Посполитой, но зато другом московского царя. Сделавшись ханом, Казы-Гирей снесся с московским царем Федором Ивановичем по поводу его намерений относительно войны с крымцами и получил от него на этот счет такой ответ, приведенный Соловьевым в «Истории России»: «Прежде, как был на крымском юрте Ислам-Гирей, то мы послали свою большую рать на Дон и на Волгу со многими воеводами, а идти им было с царевичем Мурат-Гиреем на царя Ислам-Гирея за его неправды. Да и на Днепр за пороги к князю Кирику Ружинскому и к князю Михайлу Ружинскому, к атаманам и черкасам, послали мы голов, Лихарева и Хрущова, и велели им идти со всеми черкасами на Крым, но когда услыхали мы, что ты воцарился, то поход отложили, и послали к тебе языка-татарина, которого прислали к нам с Днепра головы Лихарев и Хрущов и князья Ружинские»[128].

вернуться

123

Paprocki. Panosza rycersztwa polskiego, Krakow, 1584, 103–112; Niesiecki. Korona polska, 1740, IV, 717, 718; Кулиш. История воссоединения Руси. СПб., 1874, I, 112–130.

вернуться

124

Hammer. Geschichte des osmanischen Reichs, IV, 155, 209.

вернуться

125

Соловьев. История России. М., 1879, VII, 280.

вернуться

126

Князья Ружинские: Киевская старина. 1882. Апрель, 67.

вернуться

127

Кулиш. История воссоединения Руси. СПб., 1878, I, 135.

вернуться

128

Соловьев. История России. М., 1879, VII, 312.

19
{"b":"575050","o":1}