ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Бланшелен очень смиренно попрощался с ним и молча проводил его до двери квартиры.

Хитрец знал истинную цену протестам и показной незаинтересованности месье Дюбуа.

Хозяин квартиры спровадил своего маленького слугу, который грыз лесные орехи в прихожей, и возвратившись в свой кабинет, вместо того, чтобы сесть на стул перед своим бюро, приставил своё ухо к перегородке, и минутой спустя трижды, с определённым интервалом, постучал в нее.

В ответ на этот сигнал ему ответили тотчас же тремя скромными ударами с равными интервалами.

Бланшелен продвинул вперёд правую руку, и нажал на медную кнопку, очень искусно скрытую в резьбе деревянной обшивки. Тотчас же панель выскользнула из пазов и обнаружилось довольно широкое отверстие, в которое свободно мог пройти человек, и в эту тайную дверь в кабинет Бланшелена прокралась женщина, одетая в длинный чёрный халат и тюрбан красного шелка. Под этим странным и нелепым нарядом Поль Амьен, будь он там, лишь с большим трудом мог бы узнать персону, которую видел на кладбище Сент-Уэн и в партере у оркестра в театре Порт-Сент-Мартен.

Это была действительно та самая женщина, и по правде говоря, костюм гадалки был ей к лицу. Чёрный цвет волос подчёркивал пламенность кожи её лица, а свободное платье на удивление подчёркивало её талию.

Только у неё было озабоченное выражение лица.

Я её видела только что, — произнесла она без предисловий.

Кого? — спросил Бланшелен нетерпеливо.

Софи Корню, черт возьми! Она пришла ко мне на сеанс, и я воспользовалась случаем, чтобы разузнать у неё детали. Но те, что она мне поведала, не очень интересны.

Да что же она, в конце концов, тебе сказала?

Что это Верро ей вчера на похоронах сообщил о том, что у Бьянки была сестра. Только Софи её раньше не видела, эту сестру, и впервые с ней встретилась сегодня на кладбище.

Ты мне уже рассказывала это недавно, и если тебе больше нечего к этому добавить …

Я знаю, как Верро обнаружил родство натурщицы. Он все объяснил Софи, которая мне повторила слово в слово только что историю, которую этот холстомаратель ей выложил. Кажется, что позавчера он навестил художника, который живёт на пляс Пигаль.

Поля Амьена, того самого, которого посетила идея проследить за ними однажды, тем вечером, когда мы выходили из театра, и которого мы столь славно покатали по Парижу.

Я до сих пор смеюсь, вспоминая это. Ведь это я придумала трюк с фиакром… Итак! Верро, войдя в мастерскую к своему другу, принялся вопить во весь голос, что ему известно имя девушки, тело которой демонстрировалось в морге, и что её зовут Бьянка Романо.

Ах! Негодяй! Я же запретил ему болтать.

Услышав это, эта Пия, которая позировала в это время художнику, свалилась на пол, вопя: «Это — моя сестра!» Вот так все и выяснилось.

Я надеюсь, что эта скотина Верро не говорил обо мне в присутствии Амьена!

По крайней мере, он этим не хвастался. Иначе Софи бы мне об этом рассказала.

И ты думаешь, что он не назвал моего имени этой старухе?

Что касается этого, то нет, я уверена. Софи тебя не знает, так она меня всегда называет госпожой Бланшелен. Упоминание твоего имени поразило бы её воображение…

Верро его и не знает, моего имени. Для него, и для завсегдатаев Гранд Бока меня зовут Фурнье.

Это правда, я об этом не подумала.

И он никогда не знал, где я живу. Лишь бы только твоя Софи Корню не указала мой адрес!

Никогда в жизни. Почему ты решил, что она впутает тебя в это дело? Она думает, что ты даже не подозреваешь о существовании всех этих людей.

Тем лучше! Потому что если бы она болтала, у нас в колоде появилась бы плохая карта. Итак Верро начал взрывать существующее положение. Он связан с этим Амьеном, который уже начал выслеживать нас, и лишь чудом не преуспел в этом. Если бы он выяснил, что Фурнье зовётся на самом деле Бланшеленом, и что у него агентство на улице Сурдиер, нам бы ничего не оставалось, кроме как собирать наши сундуки и чемоданы.

Ну нет! Этого не случится. И затем, хоть у Бьянки и появилась сестра, это не имеет никакого значения… Дюбуа все равно получит своё наследство, а ты получишь свои сто тысяч франков.

Ты на самом деле веришь в то, о чем говоришь? — гневно воскликнул Бланшелен.

Что? Что случилось? — спросила очень взволнованная его словами Стелла.

Только что от меня ушёл Дюбуа, сообщивший, что у его брата было две дочери, Бьянка и Пия, которым этот дурак его брат оставил все своё состояние равными долями, и теперь, когда старшая сестра отправилась в мир иной, все состояние переходит к её младшей сестрице.

Ах! — прошептала потрясённая этим известием гадалка, — стоило ли тогда так рисковать!

Да, ты права, нам нанесли тяжёлый удар. Но я не признаю своё поражение. Если мне суждено потерять сто тысяч франков, которые Дюбуа обязался мне выплатить после того, как получит наследство, я возьмусь за это дело иначе. Я не собираюсь компрометировать себя даром.

Я тоже не успокоилась бы на твоём месте, но как поступить? Ты же не намереваешься, я надеюсь, переиграть по второму разу историю Бьянки. Это слишком опасно.

И было бы бессмысленно, не приведя ни к чему хорошему. Но есть не один способ нейтрализовать женщину, которая затрудняет тебе жизнь.

Я знаю только об одном, — сказала мрачно Стелла, — и мы его уже использовали, поэтому, если мы вернёмся к нему вновь, то это было бы чересчур рискованно.

Об этом речь не идёт, — решительно возразил Огюст Бланшелен. — Ситуация изменилась с тех пор, как её отец умер. Даже если бы Пия завтра умерла, все, что она унаследовала, если у нее нет родителей, перейдёт в пользу государства. Мы, напротив, заинтересованы сейчас, чтобы она была жива и ни один волосок не упал с её головы. Я предпочитаю иметь дело с нею, а не с итальянским правительством.

Так как ты тогда надеешься вытянуть всё с этой малышки?

В настоящий момент, никак. Потом… посмотрим. Это — долгосрочное дело.

Я не понимаю твоей идеи.

Мой замысел состоит в том, чтобы использовать для достижения цели и к нашей выгоде непосредственно саму эту Пию Романо. Мой план построен на том, что мы должны воспользоваться тем, что Бьянка была её сестрой, и Пия знает, что сестра умерла, но, что очень важно, не знает о завещании в её пользу. Вообще о нем ничего не знает. И никто о нем не знает, за исключением господина Дюбуа и его нотариуса. Дюбуа воздержится от того, чтобы предупредить малышку о привалившем ей богатстве, а нотариус собирается возвратиться в свою богом забытую провинцию. Наследство на некоторое время останется открытым в связи с отсутствием претендентов на него, и никто его не получит, пока наследница не объявится. А мы ей помешаем это сделать.

Хорошо! А потом?

Потом … потом нужно будет играть очень осторожно. В дипломатическом ключе.

Дипломатическом?… Я не понимаю.

Нужно, чтобы ты поняла, что действовать нужно очень ловко… так как именно ты должна кое в чем убедить малышку. И я уверен, что ты будешь иметь успех, если возьмёшься за дело с умом.

Ты забываешь, что я с ней не знакома.

Ты её видела, и она тебя видела.

Да, на кладбище, но я с ней не разговаривала.

Это не имеет никакого значения. Ты пойдёшь к ней, и это сделать очень просто, потому что я знаю, где она живёт.

Я тоже. Она живёт на улице Дефоссе-Сен-Бернар. Художник назвал адрес в присутствии Софи Корню, а она сказала об этом мне.

Значит это именно к ней Бьянка ходила каждый вечер. Если бы мы узнали об этой детали раньше, могли действовать иначе. Но что сделано, то сделано. Примем ситуацию такой, как она есть, и постараемся выжать из нее максимум в нашу пользу.

55
{"b":"575061","o":1}