ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Хорошо! Но под каким предлогом я проникну в квартиру к этой Пие?

Ты скажешь ей, что бывала раньше у её сестры Бьянки в меблированной комнате, в которой она жила на улице Аббатисс. Она будет рада тому, что сможет поговорить с тобой о покойнице.

Очень хорошо, но что я могу ей рассказать?

А не нужно ничего рассказывать. Ты начнёшь с того, что примешься её утешать. Ты её будешь жалеть, ты ей поклянёшься, что её сестра тебя очень любила, ну и дальше… по обстоятельствам.

Это будет трудно. В Сент-Уэне она оплакивала сестру, как Мария Магдалина Христа на Голгофе, и когда она встала на колени на её могиле, я подумала, что у неё не будет сил подняться на ноги.

Это как раз то, что нам нужно. Она должна быть такой же экзальтированной, пылкой, как и все итальянки. Тебе не составит труда втереться к ней в доверие.

Для чего?

Первым делом нужно вынудить её поменять профессию. Очень важно, чтобы она больше никогда не вернулась к этому Полю Амьену, который, судя по всему, хочет её поддержать в этом деле. Ты должна придумать какую-нибудь историю, чтобы добиться этого… Какую? Не знаю. Прощупай, как говорится, местность. Если, например, ты заметишь, что она влюблена в него …

Так оно и есть. Она и так уже влюблена в него. Верро об этом сказал Софи Корню.

Тогда, все очень просто. Ты ей расскажешь, что художник публично насмехался над нею.

Верро рассказывал также, что она ревнива… и ты не поверишь, к кому она его ревнует… к мадемуазель Дюбуа…!

Невозможно!.. Но если это правда, Амьен выиграет в этой борьбе много денег, ведь этот дурак Дюбуа мечтает отдать ему в жены свою дочь. Амьен уже запросто сидит в его ложе в театре…

А мадемуазель Дюбуа заставила своего отца отвести её к этому Амьену в студию. Она нашла там Пию, которая тут же в ярости ушла прочь. Верро уверяет, что она громогласно поклялась больше не позировать Амьену.

Восхитительно! Наше дело в шляпе. Ты должна найти эту Пию Романо вполне расположенной выслушать все твои истории и легко завоюешь её доверие. Ты у нее попросишь разрешения перенести на неё привязанность, которую ты питала к её скончавшейся сестре, и в конечном счёте ты сделаешь ей предложение переехать к тебе домой, или, что ещё лучше, сопроводить Пию тут же на её родину, в Италию, если она хочет возвратиться туда.

Как! Ты хочешь отослать меня в Италию?

Нет. В принципе, я просто предпочитаю, чтобы наследница всегда была у нас под рукой… но нужно все предусмотреть. Важно, чтобы мы все время с ней общались, где бы она не была, и заставили её прекратить общение со всеми людьми, которых она до сих пор знала. Я хочу, чтобы она больше никогда не увидела ни месье Амьена, ни Верро, и чтобы исполнитель завещания покойного Франсуа Бойе, нотариус, не узнал, что с ней стало.

Очень хорошо! Но, предположив, что мы сумеем сделать все это, что нам это даст?

Я тебе объясню мой план, — сказал Бланшелен. — У него две цели, и он сможет быть изменён, в зависимости от того, какой поворот примут события. У меня есть, как ты знаешь, подписанное Дюбуа обязательство вручить мне сто тысяч франков в тот день, когда он вступит во владение наследством своего брата. И он может его получить только в том случае, если Пия Романо откажется от него.

Но этого не случится никогда.

Почему? Всегда можно отказаться от выгод, которые вам несет завещание, результатом чего станет восстановление в правах наследников по закону.

И ты полагаешь, что можно склонить Пию отказаться от денег в пользу человека, которого она не знает?

Если бы она его знала, это было бы намного труднее, так как она ревнует художника к мадемуазель Дюбуа. Но ей совершенно не известно, что её родной отец — сводный брат месье Дюбуа… к тому же у них, слава богу, разные фамилии, и я устрою так, чтобы она этого никогда не узнала. И я добавлю, что для того, чтобы подписать надлежащим образом акт об отказе от наследства, Пия должна быть совершеннолетней, а сейчас, вероятно, эта девушка ещё таковой не является.

Мне показалось, что ей едва ли есть шестнадцать лет.

Тогда нам придётся ждать несколько лет, чтобы добиться нашей цели. Но мы могли бы подтолкнуть её за это время к решению уйти в монастырь и стать монахиней.

Плохое решение. Она отдала бы в этом случае все своё добро монастырю, который получит то, что должно стать нашим.

Нет, ты ошибаешься, потому что она не знает, что богата.

Тогда, скажи мне, как она может отказаться от состояния, о существовании которого она не знает?

Можно сказать ей правду в самый последний момент, надлежащим образом её приготовив к этому. Нужно бить в одну точку, на её великодушие, требуется её убедить, что месье Франсуа Буае совершил неправедные действия, лишив наследства своего брата, и что эту несправедливость она должна исправить.

Я очень сомневаюсь, чтобы она воспримет такие увещевания.

Это зависит от многих вещей. От экзальтированной девушки, чувства которой к тому уже будут искусно

возбуждены, можно многого добиться. Если, как это утверждает

Верро, она в отчаянии, потому что Амьен её не любит, она будет слушать советы тех, кто её пожалеет, выслушает, обсудит происходящее и будет бережно к ней относиться.

Это возможно… со временем… но, если честно, столько хлопот в течении нескольких лет ради ста тысяч франков комиссионных… которые месье Дюбуа в конце концов может и отказаться отдать.

Я этого не боюсь. У меня есть его письменное обещание и письмо, которое его компрометирует. Он никогда не осмелится меня обмануть. Но ты права, говоря, что сто тысяч франков это мало, в то время как этот Дюбуа унаследует шестьсот тысяч.

Почему бы нам не оказаться на его месте и не получить все наследство?

Молодец! Вот мы и добрались до главного, наконец! Если мы сможем заставить Пию отказаться от наследства, то тогда уже будет совсем легко убедить её завещать все её деньги нам. И именно этой цели мы должны добиться. Но, чтобы её достичь, нам потребуются большие средства и немалые усилия.

Какие?

Вначале… нам придётся оставить Париж вместе с нею.

Это как раз будет нетрудно… кажется, она сама хочет возвратиться к себе домой в Италию. Софи Корню слышала, как она говорила художнику: «Я не хочу позировать больше, я хочу в Субиако.»

Очень хорошо. Мы её сопроводим в Италию.

В каком качестве?

В качестве друзей, черт возьми! Ты заработаешь её доверие, предложив избавить от дорожных расходов. Я предполагаю, что она не купается в золоте. Ты ей расскажешь, что имеешь намерение провести два года в Риме в связи с проблемами со здоровьем, и ты нуждаешься в компаньонке, говорящей на итальянском языке, и что ты обращаешься к ней, потому что хозяйка квартиры, в которой жила её сестра, тебе её рекомендовала. Ты добавишь, разумеется, что уезжаешь вместе с твоим мужем, так как я совершу это путешествие вместе с вами.

Ты бросишь все свои дела?

У меня нет ни одного, которое могло бы принести мне столько денег, как это. И впрочем, очень хорошо, что мы оставим Париж на какое-то время. Я опасаюсь болтливости и любопытства Верро, и я боюсь Амьена. Если он все-таки нас выследит и обнаружит, что мы живём вместе, он вспомнит и события в омнибусе и нас в нем. И сопоставит все события и лица. Он вполне в состоянии сделать это. А через два года несчастный случай, приключившийся с Бьянкой Романо уже забудется, станет старинной историей.

Как! Мы останемся в Италии на два года?

На два или три года, а может и больше, если потребуется. Мы там останемся до тех пор, пока малышка не отпразднует вместе с нами день рождения, на следующий день после которого она получит право подписывать имеющие юридическую силу документы, то есть своё восемнадцатилетние.

56
{"b":"575061","o":1}