ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

То есть вся летописная Литва в начале XIII века состояла из пяти небольших удельных княжеств. Старшинство в них передавалось от отца к старшему сыну, сын передавал его следующему своему брату и так далее. Последний брат передавал по наследству старшинство своему старшему сыну.

Сведения о том, какой образ жизни вели жители этих княжеств, можно найти в летописях и хрониках. Вот что писал о литвинах немецкий автор Генрих Латвийский в своей «Хронике Ливонии», охватывающей период с конца XII века по 1227 год:

«Подойдя к Литве /семигалы и тевтоны/ остановились ночью на отдых, а во время отдыха /семигалы/ стали спрашивать своих богов о будущем, бросали жребий, ища милости богов, и хотели знать, распространился ли уже слух об их приходе, и придут ли литвины биться с ними. Жребий выпал в том смысле, что слух распространился, а литвины готовы к бою. Ошеломленные семигалы стали звать тевтонов к отступлению, так как сильно боялись нападения литвинов… Но не могли семигалы отговорить их. Дело в том, что семигалов было бесчисленное множество, и тевтоны рассчитывали на это, несмотря даже на то, что все было затоплено дождями и ливнями.

Они смело вступили все же в Литву и, разделившись отрядами, пошли по деревням, но нашли их опустевшими: все люди с женщинами и детьми спаслись бегством. Боясь теперь надвигающейся битвы, они как можно скорее соединились вместе и стали без всякого промедления готовиться к возвращению в гот же день.

Узнав об этом, литовцы окружили их со всех сторон на своих быстрых конях; по своему обыкновению стали носиться кругом то справа, то слева, то убегая, то догоняя, и множество людей ранили, бросая копья и дубины» (5, с. 117).

Другой немецкий хронист — Петр из Дусбурга — писал:

«В год от Рождества Христова 1283, в то время, когда от начала войны с народом пруссов протекло 53 года и все народы в упомянутой земле были побеждены и уничтожены, так что не уцелело ни одного, который бы смиренно не склонил выю свою пред священной Римской церковью, вышеупомянутые братья дома Тевтонского начали войну с тем народом, могучим и упрямым в сражениях, который был ближайшим к земле Прусской и жил за рекой Мемель (Неман) в земле Литовской» (61, с. 138).

И снова Генрих Латвийский:

«Литвины, превосходящие другие народы быстротой и жестокостью» (5, с. 219).

«Бежали и русские по лесам и деревням пред лицом даже немногих литвинов, как бегут зайцы пред охотником и были ливы и лэтты кормом и пищей литвинов» (5, с. 126).

«Литвины убивали мужчин; брали их имущество, женщин и детей и скот уводили с собой» (5, с. 160).

«Трубя в длинные свои трубы, они (литвины) садились на борзых лесных коней и как лютые звери стремились на добычу… Не хотели биться стеною: рассыпаясь во все стороны, пускали стрелы издали, метали дротики, исчезали и снова являлись» (23, с. 389).

Итак, авторы немецких хроник сообщают, что в XII–XIV веках основным занятием литвинов являлось ограбление своих соседей. Следовательно, в материальном плане они были сравнительно богаты. Однако археологические исследования «восточнолитовских» курганов, где якобы захоронены летописные литвины, показали, что они самые бедные среди захоронений данного ареала (85).

Этот научно установленный факт подтверждает наш тезис, что речь идет о разных этносах. В «восточнолитовских» курганах похоронены жамойты (или аукштайты, если пользоваться терминологией ученых Летувы), а не летописные литвины. Но от кого, в таком случае, произошли последние? От ятвягов? От пруссов? Или в результате смешения нескольких племен?

2. Кто такие ятвяги?

Беларуский историк-археолог Ярослав Зверуго пишет:

«Ятвяги (судовы, судины) — группа западно-балтских племен, которые в 1-м — начале 2-го тыс. н. э. жили на территории между Неманом на востоке и рекой Нарев, Большими Мазурскими озерами на западе.

Исследователи А. Каминский. Е. Антоневич, Г. Ловмяньский, Ф. Д. Гуревич территорию ятвягов ограничивают районом Сувалок и ближайшими к ним землями. Ю. Кухаренко, В. Седов и другие включают в состав ятвяжской территории Подляшье, Брестскую землю и часть Верхнего Понемонья.

К 983 году относится первое сообщение о военном походе киевского князя Владимира на ятвяжские земли. Последние сообщения о ятвягах в русских (киевских) летописях датируются серединой XIII века, в польских хрониках — XVI веком. Основные археологические памятники, которые связаны с ятвягами — каменные курганы и каменные могилы» (94, том 4, с. 43; том 6—II, с. 312).

Киевские летописи упоминают ятвягов с X века. Так, среди послов Киевского княжества в Византию под 944 годом упомянут «Ятвяг Гунарев» (62, том I, с. 34). Правда, согласно последним исследованиям, в этом конкретном случае Ятвяг — не имя собственное, а этноним, использованный в качестве имени, и был он послом не от киевского князя Ярополка Святославича, а от русинского князя Гунаря (63).

Справка: Дайнова (дайнава, дейнова) — одно из ятвяжских племен, жившее по правому берегу Немана. К середине XIII века часть земель дайновов, возможно, была завоевана Миндовгом, так как он в 1253 году отдал крестоносцам половину Дайновы, а в 1259 — всю эту землю с населенными пунктами Вельцово, Губинитен, Дернен, Кресмен, Сентане.

В поздних беларуско-литовских летописях сообщается, что князь Тройден (вторая половина XIII века) получил от брата Наримонта землю ятвягов, построил на реке Бебжа «град» Райгород и назывался «князем ятвяжским и дайновским».

Теодор Нарбут (1835 г.) локализовал Дайнову на южной окраине Литовского княжества, а ее границей с Городенским княжеством указал реку Котра. Столица же якобы находилась возле современной ему деревни Дайнова западнее Лиды.

Николай Барсов (1873 г.) считал, что Дайнова находилась между Вилией и Неманом, на правых притоках Немана — Мереченке, Дитве и Жижме. Основанием для такого вывода послужило скопление топонимов, восходящих к названию Дайнова.

Генрик Ловмяньский (1932 г.) на основе локализации топонимов грамоты Миндовга (1259 г.) предположил, что в XIII веке дайновская земля находилась между Мазурскими озерами и рекой Бебжа, и что она была южной частью земли Судавы (Судовии).

Валентин Седов (1968 г.) полагал, что дайновам принадлежат каменные курганы 2-й половины 1-го тысячелетия нашей эры в междуречье Верхнего Немана и Вилии, которые в начале 2-го тысячелетия трансформировались в каменные могилы.

В XIV–XV веках большинство дайновов было ассимилировано литвинами, меньшинство — жамойтами.

Немецкие источники ятвягов обычно называют судовами.

Этноним «судовы» впервые встречается еще у Птолемея во ІІ-м веке после Р. Х. Они вместе с галиндами (голядью) жили восточнее Вислы. Наиболее изученным в археологическом отношении участком ятвяжской территории является бассейн реки Черная Ганьча (в Сувалкии, ныне это Польша). Именно здесь обнаружены археологические памятники первых веков нашей эры, определяемые как ятвяжские (20, с. 72).

Археологи неоднократно отмечали, что для племен западных балтов в течение длительного времени было характерно применение камня в захоронениях. Обычай погребения под невысокими курганами, сложенными из камней, распространился среди всех западнобалтских племен в I тысячелетии до нашей эры.

Однако с конца X века нашей эры в погребальном обряде ятвягов происходила эволюция. На первом этапе (конец X — начало XI вв.) они перешли от захоронений с сожжением трупов к захоронениям с положением покойников в домовины (гробы). На втором этапе (конец XI — середина XIV века) каменные курганы стали заменяться каменными могилами. На многих могильниках каменные курганы соседствовали с каменными могилами (26, с. 160).

В это же время происходило увеличение территории, занятой населением с захоронениями такого типа. Оно расселялось в бассейнах рек Вилия, Березина (Днепровская) с ее притоками, по левым притокам Западной Двины и в районе Лепельских озер. Ныне это Березинский, Борисовский, Глубокский, Докшицкий, Лепельский, Ушачский и другие районы Беларуси (26, с. 40).

66
{"b":"575111","o":1}