ЛитМир - Электронная Библиотека

— Его сиятельство, достопочтенный граф Реймир, справлялся причинах вашего отсутствия в рядах атакующего войска и сказал примерно следующее: «Застанете его в таверне упившимся допьяна или в бардаке с гулящими девками, то не будить, не звать, а подпереть дверь покрепче, да спалить нахрен».

Сигмар едва удержал улыбку, глядя на замешательство, граничащее с легким страхом, одолевшее обычно уверенного в себе, больше того, самодовольного Эммульда. Впрочем виконт быстро оправился и бесшабашно махнул рукой:

— Это просто достопочтенный граф не знает, в какой переделке я побывал и с каким врагом довелось сразиться. Но мои друзья подтвердят ему в точности, как оно было на самом деле.

— Несомненно, Ваша милость, также было велено оказывать вам всякое содействие, какое только возможно. Нужен ли вам иной корабль?

— Да, нужен. Хм, — задумался виконт, — пожалуй лучше всего подойдет быстроходный когг с командой. Думаю, десятка ратников нам хватит. Припасы в дорогу, чтобы хватило до Старгорода, ну и все.

— Будет исполнено в точности, господин.

— Тогда веди нас к столу, пока будет снаряжаться корабль. В ял без нашего ведома не лазьте, если вам жизнь дорога. Под рогожей такая вещь лежит, что от одного взгляда в жабу оборотишься, только святошам из Ордена под силу совладать с ворожбой.

— Все понял, воинам накажу держаться подальше, дураков у нас нет, можете быть спокойны.

— Что ж, молодец, исправно служишь, замолвлю за тебя словечко самому достопочтенному Реймиру, — договорив, вопросительно уставился на вельможу Эммульд.

— Барон Пфюльц, Ваша светлость.

— Угу, барон Пфюльц, — кивнул виконт, повторив имя, чтобы запомнить, и направился за указывающим дорогу вельможей.

К полудню все сборы были завершены и приключенцы взбирались по перекинутым с песчаного берега мосткам на одномачтовый когг. По обоим бортам судна были прикреплены сбитые из толстенных досок круглые щиты, украшенные гербом владельца — барона Пфюльца. Крепкую, дубовую мачту с овальной марсовой площадкой, напоминающей большую корзину, увенчивал покрытый ярко-желтой краской солнечный диск с четырьмя лучами. В отличие от подобных знаков, в превеликом множестве виденных Сигмаром на землях княжества ранее, центральный луч был исполнен в виде трезубца, показывая собой, что владельцы судна среди других воплощений Незримого больше чтут повелителя рек и морей, великого Морехода — Ульдага. Наконец, нос и корма когга были защищены неширокими бойницами с зубчатым ограждением.

— Ладный корабль, — вслух повторил мысли солдата взбирающийся по мосткам Эйнар.

В ответ Сигмар лишь тяжело вздохнул, так как благодаря очередной хитрости своего ушлого товарища он был награжден совершенно внезапным обетом молчания на все пару недель пути до Старгорода. Себя же контрабандист представил как Свейна из ватаги Ормульда, опасаясь глаз и ушей Ордена, которые могли оказаться где угодно. Заодно, руководя погрузкой идола на корабль, Эйнар обставил все так, что они с Северином, можно сказать, случайно помогли могучему Эммульду, который в одиночку перебил целую бандитскую шайку, главным в которой был старый колдун, обращающий в жабу одним своим взглядом.

Поначалу виконт, пришедший послушать, о чем это там громыхает на всю округу его товарищ, откровенно недоумевал, но спустя буквально пяток минут, хвастливая натура Эммульда взяла верх, и рассказ Эйнара дополнился такими цветистыми деталями, что присутствующий при сцене Сигмар только покачивал головой да повторял про себя:

— Ну и врун, и бывают ведь на свете такие.

Так или иначе, но все задачи были решены, и попутный ветер расправил широкий бело-голубой парус когга, заставляя судно набирать ход. Ратники барона держались подальше от трюма, где была заперта завернутая в просмоленную ткань статуя Жнеца, как не донимали и Сигмара, который быстро увалился спать в отведенном им с Эйнаром угле. Перевоплощающийся на ходу контрабандист держался рядом с Эммульдом, который по своему обыкновению закатил гулянку по случаю успешного спасения из логова врага людского. Соглядатаи Ордена в свою очередь безуспешно рыскали по округе, пытаясь отыскать иголку в стогу сена. Хуже всего устроился Фурмин, которого вспыльчивый виконт, навешав чувствительных оплеух, бросил в крошечную камору в трюме и запер на засов, велев одному из ратников приглядывать за пленником.

Возвращение в Старгород

Дорога в Старгород показалась Сигмару томительно долгой, может сыграл свою роль нежданный обет молчания, а может и желание поскорее оказаться на месте. Северин подолгу стоял на палубе, не обращая внимания на занятую своими делами команду корабля, и глядел на плавно бегущие по воде волны, на расстелившиеся до самого горизонта поля, отчасти вытоптанные и выжженные проходящими войсками. Однако, масштабы опустошения были гораздо менее значительными, нежели предполагал увидеть солдат. Многие постройки, встречающиеся на пути были целыми, а деревеньки не разоренными, больше того, в иных местах даже собирали урожай ободренные спокойным отношением эрендальцев крестьяне. Судя по всему Флориан действительно рассматривал эти земли как свои собственные, а потому держал наступающее войско в ежовых рукавицах, не позволяя грабить и жечь безнаказанно. Видел Сигмар и вошедшие в историю Зеленые Холмы, немало подивившись рачительности эрендальцев, разобравших укрепленный лагерь Атмара до последнего колышка. Временами их окрикивали конные разъезды да пытались остановить стерегущие водный путь отряды, но черно-красный герб Эммульда быстро разрешал любые споры и они беспрепятственно мчались вперед к своей цели.

Примерно в двух днях пути от стольного града спокойный, размеренный сон Сигмара был прерван внезапным визитером. Мгновенно проснувшись от сильного толчка в грудь, Северин открыл глаза, застав прямо перед собой светящуюся, полупрозрачную фигуру в знакомой шерстяной робе. Малик, чьи глаза мерцали в темноте подобно кошачьим, начал вещать:

— А ты растешь, юноша, не знаю, право, кто твой учитель и как ты сумел от меня скрыть это… Впрочем всему свое время. В трех верстах отсюда, в укрытии, я буду вас ждать вместе с моими слугами. По правому борту ты увидишь полуобвалившийся, высокий берег, на котором растет раскидистое дерево, частью своими корнями оно повисло в воздухе, так что не перепутаешь. До назначенного места осталось совсем чуть-чуть, поэтому действуйте быстро. Буди Эйнара, перебейте всю команду и причаливайте к берегу, остальное вам объяснит Хенрик.

— Я все видел, — как оказалось Эйнар не спал, и также был свидетелем появления княжеского чародея, — десяток ратников и Эммульд, который сам и двух десятков стоит. Черт возьми, легко сказать, перебейте всех.

— Я не знаю на скольких подействует мое колдовство, пожалуй, лучше будет оставить его на виконта.

— Так, остальных же придется бить по старинке. Что ж, на нашей стороне внезапность и, здесь внизу, темнота, ты как, друже, еще можешь? — осведомился контрабандист о необычных умениях своего товарища.

— Да, тебя сейчас вижу не хуже, чем днем.

— Вот и здорово. Тогда натягивай доспехи и вперед.

— Постой, есть одна мысль, — нас же не двое, есть еще третий, томится, запертый тут же, в трюме.

— Хм, толку от него конечно мало, но хоть отвлечет на себя внимание, пока мы будем остальных успокаивать. На этом и порешим.

Товарищи споро облачились в доспехи и пригнали их по фигуре. Проверили свои оружие, легко ли достается, нет ли каких других изъянов, и вышли из своей каморы не зажигая огня. Эйнар тут же полез по скрипящей лестнице ведущей из чрева судна на палубу, а Северин направился к запертому Фурмину.

Погруженный во тьму, запыленный трюм полнился отчаянным скрипом досок, из которых был сколочен когг. Ночь и беспрестанная качка убаюкали сладко сопящего воина, который, раскрыв рот, дремал, прислонившись к стенке кубрика. Сигмар, брезгливо покосившись на свисающую изо рта незадачливого охранника нитку слюны, бесшумно обнажил отточенный до бритвенной остроты кинжал. Зайдя чуть сбоку, Северин коршуном набросился на свою жертву. Зажав воину рот, он с силой пронзил тому горло кинжалом, для верности вынув оружие и нанеся еще несколько ударов. Охранник выгнулся дугой и бестолково замахал руками в разные стороны, из поврежденной гортани, расплескивая на одежду бегущую кровь, раздался надсадный свист, растворившийся в шуме волн за бортом и скрипе досок. Через несколько мгновений все было кончено и Сигмар отпустил обмякшего противника. Оглядевшись по сторонам, солдат аккуратно отпер железный засов и открыл дверь, обнаружив жмущегося в углу Фурмина.

44
{"b":"576925","o":1}