ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Истома Мозгляк, скривившись, растворился в толпе и быстро пошел к воротам. Нечего тут больше смотреть, пожалуй, можно и так доложить Дирмунду-князю.

Дождавшись, когда последнее судно скроется за излучиной, Ирландец тронул поводья. Оставшиеся дружинники молча последовали за ним.

Едва ладожские стены скрылись из виду, последний насад вдруг повернул к противоположному берегу. Странно, но на этом насаде не было видно коней. Не было там и воинов. Вернее, конечно, были – но немного. В основном молодые парни в бедноватой, прямо скажем, одежонке, по виду – артельщики да охочие люди.

Еще немного проплыв по инерции, насад ткнулся в берег.

– Пошли, ребята, – улыбаясь, скомандовал высокий монах в темной, подпоясанной простой веревкой сутане.

– Идем, брате Никифор, – откликнулся кто-то. Первым выскочил на берег Ярил. Парень был рад встретить Никифора и, едва увидев его, возблагодарил в мыслях бровастого Борича – это ведь по его велению напросился Зевота к плотникам. Прихватив с собой котомки с припасами, пилы, топоры да прочий плотницкий инструмент, выбирались на лесистый берег артельщики и новоявленные монахи. Кроме самого Никифора, монахов было четверо – невелика обитель, да ведь святой Колумбан, говорят, и с меньшего начинал.

– Что так сияешь, Овчаре? – оглянулся Ярил на приятеля. – Иль тоже решил в монахи податься?

– Да ну тебя, – отмахнулся Овчар, потер шрам на шее, скривился. – Слишком много у меня друзей в Ладоге стало!

Ярил похлопал его по плечу:

– Ничего, друже, сладим!

Выгрузившись из насада, артельщики углубились в лес и к обеду вышли к болоту, которое обходили, ступая след в след проводнику Найдену – высокому лохматому парню в богатом зеленом плаще. Похоже, именно Найден, а вовсе не брат Никифор, был здесь за главного. Черты лица его показались Ярилу смутно знакомыми.

Дождавшись привала, Ярил подошел к Найдену поближе, улучив момент, спросил тихонько:

– В Киеве-граде не довелось ли бывать, господине?

– В Киеве? – Найден вздрогнул и быстро отвел глаза. – Нет, не довелось как-то.

Ярил отошел, но все посматривал на проводника, да и на себе не раз замечал его косые взгляды. Темнит что-то Найден, ну, поглядим, что там дальше будет. Зато с Никифором проводник был дружен, видно – давно уже знались. Сидя у костра, обсуждали что-то, смеялись. Ярил подсел ближе, следя, как мастерит себе ложку самый молодой артельщик – Михря. Темненький, кареглазый, он аж язык высунул от усердия.

– Молодец, – подмигнув Овчару, потрепал парня Ярил. – В дальнем походе ложка – первейшее дело. Что ж старую-то свою, забыл?

– Потерял, – подняв глаза, признался отрок. – Или похитил кто. Ложка-то в котомке была, а там и припасы. Я с вечера приготовил котомочку, под голову подложил, утром глянь – ан нету! Русалка, верно, схитила.

– Сам ты русалка, тетеря!

Артельщики засмеялись. Улыбнулся и брат Никифор, развязал мешок, вытащил оттуда ложку, протянул незадачливому Михре:

– На, отроче, кушай.

– А сам-то ты как же?

– У меня есть, как видишь. Михря повертел подарок в руках:

– Чудная какая. Медная?

– Нет, из олова. – Никифор прикрыл глаза. – Из далекой земли – Англии, довелось побывать там когда-то.

– Расскажи, брат Никифор!

Артельщики поудобней устроились у костра, на лицах их заиграли оранжевые отблески пламени.

– Рассказать? – с улыбкой переспросил монах. – Ну, слушайте. Жил когда-то в древности такой народ – римляне, могучее, сильное племя…

Хорошо рассказывал Никифор, ярко, интересно. В непонятных местах останавливался, пояснял, так, чтоб даже непутевому Михре было понятно. Ярил, как и все прочие, слушал с удовольствием, не заметил даже, как ткнул его в бок Овчар. Зашептал на ухо:

– Твоя очередь караулить, друже.

Ярил кивнул – надо так надо. Без сторожи никак не обойдешься. Места вокруг глухие – болота да ельники – не ровен час…

Не шибко-то далеко он и отошел от костра – а будто совсем в другом краю оказался. Высились вокруг колючие мохнатые ели, чернели можжевеловые кусты, бились об ноги невидимые у земли папоротники. Где-то неподалеку, совсем рядом, глухо ухнула сова. Ярил обернулся – шагах в полета мигало в вершинах елей оранжевое пламя костра, если очень прислушаться – слышен был и приглушенный голос. Мирно, по-домашнему сидели вокруг костра люди, кое-кто и лежал, вытянув ноги и подперев кулаками голову. Слушали.

– Мерсия – это такая страна там, в Британии…

Ярил отвернулся. Углубившись в лес, прошел еще немного, остановился, прислушался. И замер, услышав совсем рядом чьи-то шаги! Нащупав за поясом нож, Зевота затаился за деревом. Вокруг стояла тишина, прерываемая лишь хлопаньем крыльев ночных птиц да утробным болотным бульканьем. Показалось? Нет – вон хрустнула веточка, переломилась под чьей-то ногой. А вот прямо перед носом Ярила прошмыгнула к костру быстрая легкая тень.

– Ах ты, гад.

Затаив дыхание, Ярил неслышно пошел следом, улучил момент, увидев застывшую тень на светлеющем фоне неба, навалился – стремительно, словно рысь, спеленал поясом, чувствуя, как изо всех сил старается вырваться из его объятий неведомый лесной тать.

– Что там за шум, Яриле? – неожиданно спросили из темноты. Зевота вздрогнул, но тут же усмехнулся, узнав знакомый голос:

– Ты, что ль, Михряй?

– Я. Тебя вот сменить послали.

– Ну, сменяй… Осторожней, тут, в лесу, рыщет кто-то. Сиди тихо, как мышь, ежели что – кричи.

Свистящим шепотом дав отроку необходимые пояснения, Ярил пнул пленника:

– Пошел, тать!

Тать – а куда деваться? – поплелся к костру, шмыгая носом. Ярил несколько раз останавливался, прислушивался. Нет, вроде больше в лесу никого не было.

– Ты что, один, что ли?

– Один, – неожиданно тонким голосом отозвался тать.

Зевота повеселел:

– Ну, шагай давай, чего встал? Встречайте, други! – Выйдя к костру, он вытолкнул пленника вперед.

– Ох, ничего себе! – удивленно воскликнул Овчар. – Девка! Так вот ты как сторожил, Яриле.

Под приглушенный смех присутствующих Ярил смущенно оглядел татя. И в самом деле – девка! Довольно высокая, худенькая, в каком-то рваном рубище, глаза – так и зыркают.

– Откуда ты здесь, дева? – Никифор посветил ей в лицо головней. Девушка отшатнулась.

– А-а, я, кажется, ее знаю, – поднялся на ноги Найден. Подойдя к пленнице ближе, взглянул пристально: – Ты не Борича ль Огнищанина челядинка будешь?

Вместо ответа девчонка вдруг рысью прыгнула на него, целясь связанными руками в горло, и повалила молодого тиуна прямо в костер. Найден закричал от боли. Шипя, разлетелись вокруг искры.

– Ты так и не смог найти мне подходящую жертву, Истома Мозгляк! – сверкая глазами, гневно бросил друид. Поднялся с лавки, заходил по клети, согнувшись и заложив за спину руки. Новое обличье его – молодой бритоголовый парень – было, пожалуй, более жутким, нежели обличье Дирмунда Заики. Тень друида зловеще кривилась в чадящем пламени светильника, рисуя на бревенчатых стенах дрожащие колдовские узоры.

– Может быть, этой жертвой хочешь быть ты? – внезапно остановившись, спросил друид.

Истома попятился.

– Что с дружиной? – Дирмунд вдруг резко сменил тему.

– Сегодня с утра отправилась по Волхову к Рюрику, – переводя дух, четко доложил Мозгляк. – В Ладоге осталась лишь малая часть, на воротах и башнях.

– Отлично! Где Хельги?

– Ушел с дружиной. Друид рассмеялся:

– Ушел с дружиной? Глупец! Впрочем, викинги все такие. Кого же он оставил за себя?

– Воеводу Конхобара.

– Кого?!

– Того, кого называют Конхобаром Ирландцем.

– Ах, вот как. – В глазах друида вспыхнули мстительные огни. – Вот и пришла пора нам посчитаться, Конхобар, – тихо произнес он. – К сожалению, ты даже не будешь знать, кто делает тебе подлости. Что ж, придет время – узнаешь.

Он обернулся:

– Итак, дружина с ярлом ушла к Рюрику, в Альдегьюборге – воинов чуть. Что это значит, друг мой?

45
{"b":"577","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Прощение без границ
Мальчик, который переплыл океан в кресле
Создатели
Думаю, как все закончить
Волшебные стрелы Робин Гуда
Просто гениально! Что великие компании делают не как все
Слова, из которых мы сотканы
Смертельный способ выйти замуж
Благородный Дом. Роман о Гонконге. Книга 1. На краю пропасти