ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

И вот настал день окончания сенокоса, и под вечер амтман отправился в Акюрейри и взял с собой Клауса и ещё кого-то из домочадцев. А ночью они пустились в обратный путь.

На следующее утро погода выдалась хорошая. В эти дни работники должны были косить заливой луг. В то утро Клаус встал, как всегда, рано, хотя накануне вечером хорошо залил за воротник. Он взял свою косу и пошёл на луг. Он немного покосил, положил косу, сказал, что ему плохо, и у него болит голова, — и прилёг на кочку. Другие нескоро пришли проведать его. Разбудить Клауса не удалось, как его ни трясли. Тогда косцы отправились домой и сообщили об этом амтману. Бьяртни тотчас послал за Олавом Тораренсеном, врачом с Хова. Он сразу приехал, осмотрел Клауса и сказал, что тот скончался. Он объяснил, что с ним случился апоплексический удар: от того, что ноги у него были в холоде, и от вчерашней попойки. Амтман велел несколько ночей бдеть над покойником, а потом устроил ему похороны честь по чести.

И вот настало Рождество. Амтман, как всегда, закатил пир, а после люди разошлись спать. Амтман продремал некоторое время, и тут к нему явился Клаус и говорит: «Сегодня ты забыл мою кружку». Амтман проснулся, встал и оделся. И тут он слышит, что в соседней комнате его писарь ещё не лёг. Амтман позвал его и велел сходить за свечой. Писарь быстро исполнил поручение и вернулся. Тогда амтман достал бутыль водки, Клаусову кружку и рюмку и попросил писаря пойти с ним на кладбище. Они встали у могилы Клауса. Амтман берёт кружку, трижды наполняет её и выливает в трещину или дырку в надгробии, сам пропускает рюмку и говорит: «Вот наши кружки, Клаус!» После этого амтман с писарем пошли домой спать. Больше Клаус амтману не снился.

Писарь спросил амтмана, почему он так сделал, и тот поведал ему обо всём. А писарь рассказал эту историю другим через много лет.

(перевод Ольги Маркеловой)

Покойник приходит к своим костям

(Dauður maður vitjar beina sinna)

Когда преподобный Йоун Хатльгримссон Бакман, пастор в Клёйстюрхоуль (Монастырском Холме) (ум. 1845), учился в школе, однажды между школярами возник спор о том, могут ли умершие возвращаться к своим костям. Одни считали, что могут, другие, — что нет. Через некоторое время на кладбище были похороны, и школяры решили не упускать случая проверить, кто из них прав. Они взяли выкопанную при рытье могилы, кость — ключицу, и под вечер подложили под голову одному мужичку, спавшему у дверей в той же комнате, что и некоторые из них. Мужик не знал о том, что затевают школяры. Ночью почти все юноши бодрствовали: им было любопытно посмотреть, что будет. Едва мужик заснул, как начал сильно метаться; бился изо всех сил; и внезапно проснулся. Школяры сказали ему, что он спал беспокойно. Он ответил: а как же, мол, иначе, ведь ему приснилось, что в дверях стоит человек. Он был мрачен и угрюм и указывал на свою ключицу. Под конец он начал угрожать ему, — и тогда мужик проснулся. Школяры сочли, что их спор разрешён. На следующий день они закопали кость на кладбище, и после этого её обладатель больше не объявлялся.

(перевод Ольги Маркеловой)

Больничный призрак

(Spítalasvipurinn)

Давным-давно в больнице в Рейкьявике умер какой-то француз. Труп вскрыли. Вскоре после его похорон одна девушка стирала белье в подвале больницы поздно вечером. Когда пробило двенадцать, к ней пришёл человек, немного постоял возле её корыта и вновь вышел. Через некоторое время он снова вошёл, опять немного постоял и вышел. Этот человек был рослый, черноволосый. Так продолжалось до четырех часов утра. Тогда человек вышел и уже не вернулся, — но девушка до смерти напугалась. Она обрадовалась, когда рассвело, и все начали вставать. Девушка рассказала, что произошло ночью, и все решили, что к ней, наверно, приходил француз: его лёгкие обнаружились на подоконнике в подвале — их забыли положить в гроб вместе с телом. Потом их зарыли, и после этого француз больше не являлся.

(перевод Ольги Маркеловой)

Приснившиеся стихи

(Draumvísur)

Когда в долине Баурдардаль в 1833 возводили новые постройки на хуторе Сандвик (Песчаная бухта), Эрленд Стюрлусон работал на стройке вместе с другими людьми. Однажды ночью, вскоре после того, как начали копать землю под фундамент, к нему во сне пришёл рослый человек. Он сказал эти строфы, а потом исчез:

Новоселья заждались
Под непрочным кровом:
Старый Сандвик собрались
Отстраивать снова.
Но надгробье надо мной
Пусть лежит покуда.
Кто нарушит мой покой —
Не избегнет худа.
Но если в месте вы ином
Обитать решите, —
Ставьте смело там свой дом,
Счастливо живите.

На следующий день рабочие наткнулись на большую плоскую скалу, недокопав до глубины, намеченной для фундамента. Из-за этого сна они решили не трогать камень и так и не взглянули, что же скрывается под ним. Мы не знаем, объявлялись ли в Сандвике какие-нибудь привидения до или после этого случая. Брат Эрленда, Хатльдоур, жил в Сандвике семь лет (1835–1842), и человек, пришедший во сне, скорее всего, хотел сделать предупреждение потомкам будущего хозяина.

Однажды Эрленду Стюрлусону приснилось, что он стоит возле какого-то камня на туне близ реки Рёйдарау (Красная река). Там он увидел сундук, а на нём были написаны такие стихи:

Море приняло мальца.
Он в волнах обрел жильё.
Спрятал здесь, на дне ларца
Он сокровище своё.

Больше никаких рассказов, связанных с этими стихами, нет.

(Эрленд Стюрлусон, который рассказал нам эти сны, в своё время широко славился своим умением сочинять стихи. Он происходил из многочисленного Рода Стурлы в Тингэйарсисле. Родился он на хуторе Фльоутбакки (Холм у реки) 4 октября 1790, а умер в Гёйталёнд 17 июня 1866. От него пошёл многочисленный род. — По рассказу Эрленда Сигурдссона, хозяина хутора Бреттингстадир. Рукопись Конрада Эрлендссона, учителя).

(перевод Ольги Маркеловой)

Мёртвые напоминают живым об их обещаниях

(Draugar herma loforð á lifendur)

Вылей из бочонка

(Helltu út úr einum kút)

Как-то раз жили-были двое знакомых, один молодой, а другой пожилой.

Как рассказывают, последний любил выпить, и молодой пообещал пригласить его к себе на пир. Но прежде чем это случилось, старик умер.

Он был похоронен возле церкви. А молодой женился, и свадьба проводилась возле этой же церкви.

Ночью жениху приснилось, что его друг пришёл к нему и сказал:

Вылей из бочонка
на мою могилу.
Мои кости водки
нынче жаждут сильно.

Он поднялся на ноги и полил на могилу своего друга из четырёхлитрового бочонка, и больше тот ему не снился.

(перевод Тимофея Ермолаева)

«Померк былой румянец…»

(„Horfinn er fagur farfi“)

Однажды возле пасторской усадьбы зарывали покойника, и могилу копали работники пастора. У пастора была одна служанка, молодая и не робкого десятка. Она пришла на кладбище, когда вырыли уже глубокую яму. Когда она приблизилась к могильщикам, они достали одну кость. Это была бедренная кость, огромного размера. Девушка увидела эту кость, ощупала её и говорит: «Наверно, с ним приятно было целоваться, пока он был жив!» После этого она положила кость на землю и ушла. День идёт своим чередом, вечереет, становится совсем темно, и зажигают свет. Тут пастор хватился одной книги, которую забыл на алтаре в церкви. И он просит эту самую девушку сходить за книгой, так как все знали, что она совсем не боялась темноты. Девушка согласилась, входит в церковь, берёт с алтаря книгу и идёт обратно к выходу. Уже у самого выхода из церкви она видит: на угловой скамье с северной стороны сидит огромный мужик с большой бородой, обращается к ней и произносит такие стихи:

35
{"b":"577779","o":1}