ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Я быстро помотала головой.

– Хайден… Мне только в радость.

– Тогда пошли… – Он улыбнулся и взял меня за руку, ведя на кухню.

Я точно уверена, что на какое-то время потеряла голову! Эти прокосновения, взгляд, шепот… "Гризли Браун, держи себя в руках!" – быстро проговорила я себе.

Когда я уже оделась и была готова к кулинарным творениям, Хайден сказал:

– Гризл, может, ты позвонишь Крису? Я не могу сказать точно, во сколько мы вернемся, но будет довольно поздно…

Я совершенно забыла о Крисе! Конечно, надо его предупредить.

– Да, спасибо, Хайден, я позвоню.

Крис отреагировал на мое оповещение, что я вернусь поздно, довольно спокойно, и я вздохнула с облегчением. На кухне я практически ничего  не делала, просто помогала подавать Хайдену всякие овощи, приправы и тому подобное. Честно говоря, я ожидала, что мне придется готовить какое-то блюдо, но Хайден даже не намекал на это.

– Хайден, может быть, я тоже что-нибудь приготовлю? – не удержавшись, спросила я.

– Нет, спасибо, Гризл. Я вижу, как сильно ты устала, поэтому не буду тебя загружать еще и приготовлением чего-либо.

– Я не устала, Хайден!

Он улыбнулся.

– Нет, Гризл, нет. И не вздумай ворчать. К сведению, мне просто нравится с тобой вот так вот разговаривать.

Я замолчала. Что скрывать? Он был прав, я сильно устала. Мое состояние настолько ослаблено, что я еле держусь на ногах.

Когда корпоративный вечер подошел к концу, было около часа ночи. На кухне все встало по местам, посуда вымыта, столы сверкают до блеска. Мы с Хайденом оделись в прежнюю одежду  и вышли на веранду корабля, где виднелся прекрасный вид на небо. Рядом находился небольшой диванчик, и мы не просто сели туда, а рухнули от усталости.

– Спасибо, что помогла мне, – вдруг сказал Хайден.

– Господи… Я ничего и не делала, а ты меня благодаришь… – параллельно я зевнула.

– Ты приехала, а это стоит многого… – тихо проговорил он, всматриваясь куда-то вперед.

Я, сама того не ожидая, начала терять все силы, глаза стали закрываться, голова упала на плечо Хайдена и состояние полностью отключилось…

Я проснулась от странного покачивания. Сначала не поняла, сон это или реальность, но оказалось, что это происходит наяву. Сонная, я поднялась и поняла, что нахожусь в машине, на заднем сидении.

– Привет, Гризл. – Хайден улыбнулся мне через водительское стекло. – Прости, что разбудил…

– Как я в машине оказалась? Ничего не помню…

– Ты заснула на диване, когда мы с тобой разговаривали и мило любовались звездами. Потом  я принес тебя в машину. Кстати, мы уже почти подъехали к твоему дому.

– Ты меня принес машину? Как?

– Обыкновенным образом. Взял на руки и потащил к машине.

О, Боже… меня Хайден взял на руки. С ума сойти, как же я отключилась.

Хайден засмеялся.

– Не переживай. Все прошло успешно. Я тебя не уронил. … Мы приехали!

– Хайден, спасибо… А как же ты пойдешь домой, если повез меня на моей машине?

– Опять ты думаешь не о том, о чем следовало бы думать. – Он улыбнулся, поворачиваясь. – Не беспокойся обо мне.

Я только было хотела открыть дверь и выйти, как Хайден уже стоял у двери и подал мне свою руку, как бы в качестве интеллигентности. Я приняла это ухаживание , как очень любезный и заботливый знак.

Он проводил меня до двери, поцеловал запястье и мило попрощался. Я немножко засмущалась от такой элегантности в мою сторону.

– Спасибо, Хайден. Я очень хорошо провела время!

– Тебе спасибо. Ну… пока, Гризл!

– Пока…

Заходя в дом, я заметила, что Крис уже спит сладким сном. Что-то меня потянуло посмотреть в окно, я раскрыла штору и увидела его силуэт.  Красивый и такой…родной, близкий.

2 июня. Понедельник.

С Шэрон творилось что-то необъяснимое, она то опаздывала на работу, то вообще не появлялась. Это заставляло меня насторожиться о ее серьезных проблемах. Как только я решилась с ней поговорить, она сама вызвала меня к себе в кабинет.

– Здравствуйте, Шэрон, – тихо произнесла я.

– Заходи, Гризл… – спокойно сказала она.

Я села на стул и уставилась на нее осторожным взглядом, что, как мне кажется, со стороны смотрелось очень пристально… Трудно было сдерживать себя. В итоге, Шэрон первая начала разговор.

– Гризл, я уезжаю в Нью-Йорк. Точное количество дней, сколько я там пробуду, сказать не могу. Но не меньше двух, трех недель – это точно.

Я начала вспоминать все заказы или какие-нибудь предложения, но  ни одна мысль не приходила в голову, потому что ничего по работе в Нью-Йорке быть не могло.

– Шэрон, может быть, вы расскажете, что случилось…? Я вижу ваше странное состояние вот уже два месяца, и, честно признать, оно меня очень настораживает.

– Я не понимаю, о чем ты говоришь, – начала отмахиваться она.

– Прекрасно понимаете. Вы… изменились! У вас уже нет на лице той  улыбки, того искреннего и доброго выражения лица. Одна только грусть и какое-то разочарование… Вы стали приходить на работу позже обычного, иногда даже вообще не появляетесь здесь. Что случилось? Расскажите мне…Вы как будто держите это в себе…

– Гризл, у меня все в порядке.

– Но…я не верю этому, – чуть слышно сказала я, смотря в ее невыносимо поблекшие глаза, которые излучали боль, тоску и тяжелейшие чувства. –  Вы думаете, я такая слепая? Ошибаетесь…

Она начала метаться, пытаясь сдержаться, чтобы не говорить.

– Расскажите… Поверьте, станет намного легче.

Шэрон мучительно вздохнула. Наступила тишина. Я терпеливо ждала, а у Шэрон в это время скорее всего творился внутри катарсис. Вдруг она совершенно спокойно начала говорить:

– Когда мне было 17 лет, я познакомилась с замечательным человеком. – Воспоминания заставили ее улыбнуться. – Мы с ним быстро нашли общий язык  и также быстро влюбились. Он сильно меня полюбил, а я тогда и не знала, что такое значит – это чувство. Мы просто жили вместе, а потом я родила от него ребенка. Признаюсь, я никогда не хотела детей, но появление на свет этого маленького чуда меня немного изменило. Я подчеркиваю: немного. – Она указала пальцем вверх, затем продолжила. – Я тогда работала в одной дизайнерской компании, и мне очень хотелось заполучить славу. Когда мне предложили высокую должность в Лондоне, я, не раздумывая, поехала. Мне было как-то все равно, что я отдаю свою семью на произвол судьбы. Главное же  быть знаменитой личностью, а остальное можно отложить на второй план. Я думала, что без меня хорошо справятся. Да, я дала себе слово, что буду звонить, буду помогать, если это потребуется… – Она отвела взгляд в сторону, видимо, чувствуя подступивший стыд. Потом снова посмотрела на меня, и рассказ полился из ее уст. –  Шли годы, я стала популярной женщиной. Первое время я звонила отцу сына, а потом жизнь так завертелась, что звонки стали реже, а потом вообще прекратились. Первые пятнадцать лет мне безумно нравилась моя деятельность! Меня все устраивало! Но потом… интерес ко всему начал угасать. Я стала уставать от бесконечных интервью, папарацци… Мне хотелось все бросить, но я быстро брала себя в руки, чтобы этого не допустить. Во мне, только спустя годы, наконец-то проснулась совесть! Я начала мучиться, думать о сыне, об его отце. Что с ними стало? Как они там без меня? Я стала понимать, от чего отказалась. Я только тогда окончательно поняла, что же такое – любовь. Когда все потеряла безвозвратно… Начала молиться за отца своего ребенка и за своего сына, чтобы все у них было хорошо, чтобы они были здоровы, состоялись в жизни и были счастливы. – После такого признания у нее подступил ком к горлу, и она с трудом его сглотнула. Шэрон сдерживала слезы, потому что это был еще не конец истории. Она перевела дух и продолжила. –  В 2004 году я все-таки решила уйти со своей должности, которая мне все больше и больше напоминала роковую ошибку в жизни  и создать свой, маленький бизнес. Я не могла предположить, что и с ним выйдет такая же ситуация!Ты и сама понимаешь. Благодаря твоему таланту, мы так поднялись наверх… Как говорится, чего  хочешь – получи, а самое главное и ценное – упусти. Главное я получила, но семью полностью потеряла. Боль, которая грызет мое сердце, каждый день усиливается и усиливается…Ты спросишь, неужели мне не хотелось найти сына, вернуться к нему? Конечно, я хотела, но имела ли  право… вот так вернуться? Предать сына и отца своего ребенка, они никогда мне этого не простят. Да и я…никогда себе не прощу. – Тут она посмотрела на меня глазами, полными какого-то огня, с долей надежды. – Знаешь, я всегда засматриваюсь в магазинах, торговых центрах или еще каких-нибудь людских местах на семьи с детьми!  Неважно, какое у них настроение, улыбаются они, смеются или наоборот хмурые –  они всегда ходят вместе, они всегда рядом друг с другом. И я отказалась от этого ради…работы! Но скорее всего я получила свое наказание. У меня больше никогда не было серьезных отношений, у меня нет настоящих друзей рядом, в этом плане я абсолютно одинока. У меня есть только работа, и есть вы – мои сотрудники. И я очень благодарна Богу за это!  – Вдруг Шэрон помедлила, видимо, готовясь сказать самое важное.Начала она тихим голосом. –  В тот день, я даже помню число, 17 марта, к нам должен был прийти новый клиент, но по телефону он почему-то предпочел, чтобы встретила его я, а не, собственно говоря, как положено, ты. Отказывать такому приятному голосу мне не хотелось, и я согласилась. Я стояла у стола секретаря и увидела, как к нам в агентство подходит молодой человек со светло-коричневыми волосами, высокого роста  и с прекрасным телосложением. Внутри что-то странно постукивало, но я не придала этому значения. Разговаривать с ним было очень даже приятно, я получала какое-то внутреннее удовольствие… Все изменилось, когда он произнес свое имя и фамилию: «Хайден Бартлет». Своему сыну, крохотному зайчику, я выбрала такое имя, а фамилия его отца – Бартлет. Как я должна отреагировать на такой факт? Как только я встала в ступор, вышла из своего кабинета ты и также странно среагировала на появление Хайдена. Конечно, мне было интересно узнать. А все так… странно. Оказалось, что он твой давний друг… До последнего я не верила, что это, возможно, и есть правда. Но мои сомнения подтвердились, когда на дне Рождении Бриджит  Хайден произнес имя своего отца – Саймон. Тогда я поняла, что Хайден – мой сын. Моя плоть и кровь. Мое сокровище… – У Шэрон потекла слеза, которая не удержалась. Она шмыгнула. – Гризл, я чудовище. Настоящее чу-до-ви-ще! Променять семью на карьеру… так может поступить только нехороший человек. Я лишила своего собственного сына материнской любви… Я не видела, как он пошел в школу, не видела его взросления, не была рядом в тяжелые моменты, не помогала в уроках, не знаю, кто была его первая любовь, я не присутствовала на его совершеннолетии. А ведь это мой сын… Я ничтожество. – Шэрон покачала головой, осознавая весь ужас своего поступка. – В какой-то степени  я даже рада, что жизнь сыграла со мной такую злую шутку! Я же как-то должна покаяться за свое отвратительное поведение. Поэтому  я еду в Нью-Йорк к Саймону. Для начала я хочу извиниться перед ним. Я не знаю, сколько это займет времени… Я понимаю, что мне по сути нет прощения, но я попытаю счастье. Не смотря на свою неуверенность и стыдливость, я должна извиниться. И перед Хайденом тоже…

36
{"b":"577828","o":1}