ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Как перестать учить иностранный язык и начать на нем жить
Месяц надежды
Снегурочка носит мини
Восьмое делопроизводство
Темная вода
Русский танкист. Часть 1. Героями не рождаются
Сценарии кинофильмов Андрея Звягинцева
Пойми меня, если сможешь. Почему нас не слышат близкие и как это прекратить
Владычица озера

- Не могу мисс Ли. Я не в праве этого делать. – Ответила милашка и дождавшись, когда я махну рукой разрешая ей делать все что ей пожелается она исчезла, что тоже удивило меня. Кто она такая?

Я прошлась вдоль комнаты и остановилась около огромного окна. Из которого вид был на шикарный бескрайний лес, а справа виднелось море. Однозначно на нем был шторм иначе я не могу объяснить огромных размеров волны.

- Ваш ужин мисс Ли. – Сказала милашка.

- Как тебя зовут?

- Как хотите так и называйте. – Я опешила.

- Ты здесь рабыня?

- Я родилась прислугой. У меня нет имени.

- Ничего понять не могу. Кто ты?

- У нас так положено. Все Квиджиды без исключения должны служить какому ни будь дому. – Удивлению не было конца. Неужели здесь все так жестоко и бедная милашка не знает, что такое свобода выбора?

- Почему вас сделали прислугой?

- За наши способности, я так полагаю мисс Ли.

- Зови меня Фелисити, или Фил. – Сказала я ей и увидела, что она немного засомневалась. – Этого хочу я. – Добавила и ей стало полегче. В конце концов хозяином был старейшина Валентайн здесь был хозяином, а значит она принадлежала ему.

Какое-то время пока я ужинала мы с ней беседовали. Сама она разговор не начинала, но зато отвечала почти на каждый мой вопрос. Ведь не ответить на вопрос, когда ей «приказывают» она не имела права. А вообще я никогда в жизни не видела девушки милее ее.

Благодаря ей я узнала, что этот мир населяют многие существа, но какое я существо она отказалась отвечать. А я-то дура, всю жизнь жила и думала, что вампиры, нимфы и русалки – выдумка. А оказалось, что забвение, чему были подвержены люди из поколения в поколение, выдавало их собственные воспоминания за воображение. Кто не смог с ним справиться стали довольно таки известными писателями. Ох и не знаю, чему еще верить. Потом это стало популярным и появились многие другие, которые будучи смертными стали продолжать деятельность поэтов и авторов.

А еще были даже те о которых я ни разу в жизни даже не слышала. Сама Квиджид-милашка тому пример. Вот никогда б не додумалась.

- А что еще здесь интересного? - Спросила я ее, она расцвела и начала рассказывать о ярмарках и временах года, как здесь все сильно меняется, когда наступает день. Я уточнила, что днем они называют «лето», и радуются ему не меньше чем мы радовались летним каникулам.

- То есть все время здесь Ночь? – Она кивнула. – А сколько длится День?

- По-разному. – Она поспешила объяснить. – Может быть сутки, а может пару лет.

- И никто не знает насколько оно вернется нынче? – Переспросила я. Квиджид-милашка грустно закивала.

Мне стало тошно от того, что здесь смеют так обращаться с подобным родом существ. В конце концов у нее тоже есть чувства. Еще она объяснила, что их из древне поработили все остальные расы из-за того, что их даром было бесшумно и быстро выполнять простейшие действия и не попадаясь даже никому на глаза. В общем то и все дары их заканчивались на этом. Они были бесполезны на войне потому что не обладали ничем кроме немоты и скорости.

- Я буду называть тебя Арли. – Сказала я Квиджид-милашке. Ее круглое лицо загорелось россыпью мелких веснушек, а идеально гладкая белая кожа засветилась. Рыжие волнистые волосы затрепетали от счастья. Она долго ждала, когда ей дадут имя. Еще ее способностью, а точнее способностью ее расы было то, что она могла шевелить всем чем только пожелает.

- Вам пора спать, мисс Ли… Фелисити или фил. – Повторила она за мной, наверное, земные имена здесь встречали не часто и понимали буквально.

- Мое имя Фелисити. Сокращенно можешь называть меня Фил. Ли это моя фамилия. Здесь разве нет фамилий? – Она покачала головой переваривая полученную информацию.

- Как вы здесь называете свой род?

- Никак не называем. У нас нет рода, а у остальных есть родовые отметины. – Сказала она и поклонившись удалилась из комнаты, интересно было знать где моя родовая отметила, хотя, как говорил Огастес я слишком много прожила человеческих жизней и тело мое, наверное, тоже стало слишком человеческим.

Утро начиналось с непривычного мне ощущения беспокойства. Я встала, умылась и подошла к зеркалу. Что-то во мне однозначно изменилось. Лицо стало вытянутым, глаза чуточку темнее.

Кожа посмуглела. Хоть это до сих пор была та которую я привыкла видеть последние семнадцать лет, все равно меня не покидала мысль, что этот мир меня меняет. Или я принимаю свое истинное обличие, кто знает.

Еще недавно я была жизнерадостной особой с предвкушением предстоящего выпускного балла, а теперь я видела только уставшую и ничего непонимающую девушку, которая то и дело норовит грохнуться в обморок.

В комнату постучали, и я без капли стеснения разрешила войти. Огастес подошел почти вплотную, и я ощутила его дыхание. Хоть он и стоял где-то в полуметре от меня и был выше на три головы я все равно ощутила пылающий жар на себе. Он был похож на разъяренного быка, который понемногу успокаивался.

- Старейшина уже может принять нас. Собирайся. - Сказал он, пожирая меня глазами. Не думала, что он вообще посмеет заглядываться на молоденьких. В раздумьях об этом я спросила.

- Сколько мне лет? - Огастес не ожидал, что я так резко начну задавать разумные вопросы и удивился, когда я продолжила дожидаться ответа.

- Ты гораздо старше... Чем думаешь. - Ответил он и удалился.

Я же осталась наедине со всеми своими вопросами, что так и оставались без ответов. Бред. Если есть вопросы, то и ответы на них есть. Нужно только подождать. Все-таки трудно находиться в окружении где все знают тебя, а ты нет.

Все смотрят на тебя о чем-то думают, а ты не думаешь, потому что не о чем. Ты ничего не знаешь.

Я начала одеваться, как вдруг в комнате появилась милашка Арли. Она молча принялась обновлять покои. На мой вопросительный взгляд Арли предпочла промолчать. Что же похоже я здесь на долго не задержусь, а ведь я только что обзавелась другом. Пусть сама Арли так и не считает, но она мне понравилась и было очень обидно, что ее расу поработили миллионы лет назад.

Закончив прихорашиваться, я вышла и закрыла за собой дверь мысленно попрощавшись с Квиджид-Арли-милашкой. Не хочу сильно к ней привязываться, вдруг больше никогда ее не увижу. Кто знает какие приключения меня вообще могут ждать впереди.

Огастес встретил меня в холе на первом этаже, и мы пошли в кабинет старейшины Валентайна. Он был грубым стариком, напоминающим тухлый персик, который ко всему прочему на удивление был довольно гостеприимен, пусть и не добровольно. Видимо Огастес имеет здесь какие-то привилегии, если не власть.

Мы постучались в дверь и ее сразу же открыл Квиджид-мужчина средних лет. Квиджидов отличало от всех сильно выраженные черты лица. Они все до единого имели густые брови и ресницы. Слишком густые, чтобы просто перепутать их с генетически "одаренными". На земле такие качества сейчас в моде.

А еще у них были длинные худые пальцы. Наверное, именно это позволяло им очень быстро справляться с делами по хозяйству, хотя вряд ли только это.

Я поздоровалась с обоими, и Квиджид-мужчина сразу вздрогнул. Наверное, он не привык, когда на него обращают внимание, но мне не хотелось быть схожей с другими, которые видели в них только прислуг.

- Валентайн! - Начал Огастес присев на кресло, стоявшее напротив стола старейшины. Я же предпочла оставаться стоя. Старик отвернулся от окна и присел по ту сторону стола крепко сжимая чашу с каким-то напитком.

- Я узнавал. - Промямлил тот. - И я ничем не смогу помочь, даже если очень этого захочу. - Заключил он. А я думала, что все пройдет более гладко. Лицо Огастеса стало мрачным.

- Но хоть что-то мы сможем предпринять? - Не хотел верить он, но чему именно мне было неизвестно. Ведь никто по сей день не удосужился меня известить, ведь речь шла не о ком-то там, а обо мне.

Но не смотря на острое любопытство, что пожирало меня изнутри, задавать вопросы сейчас мне не хотелось. Рот сам закрылся на замок, как будто на него наложили обет молчания. Огастес озадаченно взглянул на меня и потом снова на Валентайна.

6
{"b":"577863","o":1}