ЛитМир - Электронная Библиотека

А в большой даче за накрытым и сервированным столом у всех лопалось терпение. Из-за Наташи.

А она, средоточие всех их жажд, со своей стриженой золотистой головкой, в невообразимо скромном и вместе с тем совершенно неописуемом платье, с одним-единственным украшением — массивным серебряным витым браслетом (на который Алиса смотрела глазом сороки) сидела, спокойно попивая что-то, и рассказывала (это никому не было интересно!), как прелестно украшен тот европейский город, откуда она прибыла, к Рождеству… Несколько, правда, затрепыхался огонек интереса, когда Наташа сказала, что подарки она ранним утром положит под ель…

Алиса вся горела, чтобы поскорее остаться наедине с Наташей и выяснить, конечно, в милейшем разговоре, о Сандрике и всем том. Она, безусловно, верила Светлане, но узнать из «первых рук»! И главное — Алиса собиралась замолвить словцо за своего нескладеху-сына. Уж если и не соединение их судеб, так сказать (на что она по правде уже не очень рассчитывала), то хотя бы устройство его на работу в посольство — неужели посол не может взять на работу, кого захочет, а кого захочет — выгнать?.. Алиса себе такого представить не могла.

Светлана была в полуобмороке от того, что она еще никак не предупредила Наташу о своей «версии» и та может проколоться в любом разговоре. Ей было необходимо прямо из-за стола увести дочь куда-нибудь в укромное местечко и все рассказать.

Алек трясся. Страсти в нем кипели. Когда они с этим Сандриком приехали в аэропорт и Наташка вышла к ним — Алек сразу понял, что никакой это не «сын», а типичный молодой любовник стареющей дамочки! Они так взглянули друг на друга! И если уж это сын и сын любящий, как все лепят тут, то он бы, сын, бросился к мамочке с объятиями и поцелуями и она — тоже. А эти двое будто тут же заморозились — они не прикоснулись друг к другу! Его мать, Алиса, — дура набитая! — такое устроить! Ну, ладно, он останется с Наташкой наедине и все ей выскажет, и хватит!

А Инна обреченно ждала, когда же это все кончится. Скорее бы все уехали и они остались одни. Но и оставаться дольше она здесь не хотела — после этих ласково-масляных взглядов Алиски на Наташку… И Алековой мрачности… Все ей понятно.

Сандрик нестерпимо ждал мига, когда они с Наташей останутся наедине и он сможет сказать ей все!.. И может быть, наконец уговорит ее не думать об их призрачном родстве… Ведь это просто блеф, чистейший блеф. Как, где останется он с ней вдвоем, он не думал, только бы остаться. Лизка совершенно вылетела у него из головы — будто ее и не было.

Даже Игорь имел к Наташе свои интерес: ему не терпелось расспросить Наташу о ее работе — что изменилось сейчас, каков их, России, там статус, как относятся к новому президенту, как Динар, чем он занимается и знает ли она знаменитого барона фон Фрайбаха, и прочее, прочее, прочее.

Лизка следила за всеми и видела, что все, кроме самой Наташи, напряжены. Сандрик — тоже. Может быть, он не рад из-за того, что маман прибыла и им с Лизкой сегодня ни о каком свидании и думать невозможно… Он с каким-то вопросом смотрит на свою мать — чего он от нее хочет и ждет?.. Подарка? Может, она заберет Сандрика к себе работать? Лизка терялась в догадках…

Вот так страдали за обеденным столом все эти люди, и никто не мог ускорить события, потому что протокол обеда не был еще до конца соблюден.

Алиса между делом сказала, что освободила свою комнату Наташе, там ей будет удобно. Но Светлана, придя в ужас от такой перспективы, чуть не закричала:

— Нет-нет, Алиса, дорогая, я столько времени не видела Наташку, что мы с ней проболтаем, наверное, всю ночь! У нас же там еще комната наверху!

Тут вступил Сандрик и сказал:

— Я освобождаю для Наташи (все вздрогнули, но тут же каждый объяснил себе, что так и должно — Наташа. Молодая красивая мама должна быть просто Наташей!) комнату с балконом…

Светлана умилилась — какой Сандрик внимательный!

Алиса не имела права настаивать и нехотя согласилась. Алек мрачно, понимающе усмехнулся — любовники должны быть рядом! Только дураки этого не понимают!

Лизка рассвирепела — ну вот! Теперь там будет полный дом, и она не сможет даже помыслить туда проникнуть! Хоть реви прямо!

Обед подошел к концу, и каждый ждал момента заполучить Наташу, но преуспела все-таки Светлана. Она взяла дочь под руку и сказала:

— Пойдем, дорогая моя, тебе стоит отдохнуть немного после перелета… — И Наташа покорно последовала за ней.

Сандрик быстро поднялся, поблагодарив Алису и Инну, и кинулся вон с участка. Он пошел к реке, пытаясь охладить пылающую голову, смуту в душе и желание… Он до темноты сидел и бродил по берегу реки, смотрел в полынью у водосброса. Мысли текли в прошлое, в то, что он не мог заставить себя забыть. Только на минуту опоздал Санек, плетущийся сильно выпившим от Лерки, а так бы встретились сын с отцом, и что?.. Неизвестно. Санек был настроен воинственно, а Сандрик был от его проблем дальше, чем от луны. Но сегодня встречи не произошло.

Санек действительно шел от Лерки взбудораженный. Он пришел к ней в номер, присел на постель, глотнул как следует водки, нашел какой-то кусок ветчины и сказал:

— Наташка тут. Ее эти двое встречали — Алик, муж бывший, и мой сынок… Вся из себя — пальто до пят, рожа перекошенная, будто уксусу напилась… Что делать-то, Лерк?

— Во б…! — Другого слова у нее для Наташки не находилось.

Санек тоже был не в настроении: за что ему такая судьба? Он первый поимел эту цацу, а что с того? Шиш! Сынок ходит гусем лапчистым, и эта поганка заграничная…

И когда Лерка обозвала Наташку, Санек покивал и подтвердил, что Лерка права, другого чего про Наташку и не скажешь!

Они с Леркой еще выпили, и она сказала:

— Кровь с носу, а завтра поговори! Кто его, этого Сандрика, знает — свалит сразу после Рождества — только мы его и видели! Говори все, как я сказала, — подтвердила она и вдруг махнула рукой, — слушай, да пошло оно все хоть на день!

Лерка разлила по рюмочкам коньяк, сделала по бутерброду с ветчиной, сыром, огурцом — все вместе — на кой, когда можно вместо одного три слопать? И торжественно сказала:

— Ну, выпьем за завтрашний твой разговор с Сандриком. Ни пуха ни пера!

— К черту, — сказал по присказке Санек, и они хлебнули до дна.

А дочь его Катька уже собрала свой рюкзачок, засунула его под раскладушку, чтобы папаньке не попался на глаза. Она решила с папкой поговорить, а если он не согласный, она уедет сама, одна. Не будет она здесь жить!

Папанька ввалился пьяней вина, куда уж говорить; хотя Катька по совести попробовала.

— Папк, — заныла она, когда он бухнулся на тахту, но сидел еще, не валился, — поедем домой… Мамка заждалася. А тут ничего такого не будет. Поедем, папк, не дадут нам ничего… Ну их!

Санек вскинул голову, мутно посмотрел на дочь и подтвердил:

— Верно ты, Катюх, сказала… — и внезапно, как подстреленный, повалился на бок и захрапел.

Катька горестно смотрела на отца и думала, что, может, завтра он оклемается… Но на это надежда плохая. Похмелится с утра, дадут ему расчет, и он пойдет к этой Лерке пить. Нет, Катька сама уедет, рано, чтоб никто не остановил — невмоготу ей. Она вздохнула и села в свою любимую позу.

Светлана и Наташа вошли в дом, и Наташа тут же хотела пойти наверх, куда уже мрачный Алек принес ее вещи, чтобы раздеться, залечь в постель и подумать обо всем… Но Светлана остановила ее довольно твердо:

— Наташа, мне надо с тобой поговорить…

«Господи, — подумала Наташа, — опять эти мамины разговоры! Не надоело ей?» А Наташе так хотелось до ужина полежать, расслабиться… Она вдруг подумала, что Гарька отказался прилететь, а она, его мать, даже никак не отреагировала на это… Не было у нее любви особой к младшему сыну, все взял первый. Вообще — все. Жизнь, любовь, счастье… Она вспомнила, как они сидели за столом, боясь взглянуть друг на друга, как побоялись прикоснуться друг к другу там, в аэропорту. И Алек это заметил.

37
{"b":"577926","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Книга для мужчин. Быть сильным и настоящим
Большая книга о спорте
Мой продуктивный год: Как я проверил самые известные методики личной эффективности на себе
Женщина-левша
Тотти. Император Рима
Аскетизм
Принеси мне удачу
Трофей императора
Илон Маск: прыжок к звездам