ЛитМир - Электронная Библиотека

Наташа очнулась в полной тьме и по инерции нащупала кнопку настольной лампы… Оказалось, она дома! В Москве, в своей квартире. Но как?.. Она вспомнила очень быстро. Но почему, почему они не разбудили, не растолкали ее перед отъездом с дачи!

Они по дороге могли бы заехать к Сандрику в больницу! Вез, конечно, Алек, он бы звука не сказал и проехал лишних 15–20 километров!

— Мама, — позвала она, — мамочка, проснись, пожалуйста… Я жутко хочу есть, прямо умираю.

Светлана вскочила с диванчика, взяла из шкафа теплый махровый халат и дала Наташе. Та с наслаждением закуталась в него и протянула совсем по-детски:

— Как хорошо до-ома-а…

Они вместе прошли на кухню, Светлана поставила чайник, они присели к столу, закурили, и Наташа стала спрашивать: о том, почему они не разбудили ее, почему не проехали к Сандрику, хотя бы узнать, как он, что было на даче после, забрали ли в милицию Санька… Перед «Саньком» Наташа сделала паузу и спросила мать:

— Ты знаешь, что это он, тот?.. — Светлана кивнула.

Закипел чайник, и она со всех ног бросилась заваривать кофе, чтобы хоть на мгновение оттянуть дальнейшее.

— Мама, — сказала она, — надо позвонить Алисе и узнать адрес больницы.

Светлана кивнула:

— Не надо. Я уже звонила… — и тихо добавила: — Наташа, милая, никуда ехать не надо. Он в реанимации, в тяжелом состоянии… Ему сделали операцию, и пока ничего неизвестно. Я добилась разговора с врачом…

Наташа на секунду потеряла сознание, и когда пришла в себя, первое, что подумала: она догадывалась…

— Зачем вы мне врали?

— А ты бы выдержала? Сама полуживая. Скажи тебе тогда — и оказалась бы в той же реанимации. Наташенька, но ведь врач ничего не утверждал… Надо всегда надеяться…

Наташа сидела как каменная.

— Это я во всем виновата, — сказала она вдруг как бы спокойным тоном (Светлана вскинулась и смотрела на нее во все глаза, что с ней? Что может сейчас произойти?!), — я. Еще тогда, когда не сказала тебе, а бросила его, как котенка… Как котенка, — повторила она и вдруг зарыдала в голос, на крик.

Светлана подскочила к ней, прижала ее голову к груди, стала уговаривать, что она виновата, да, но то, что произошло, случайность… Говорила это Светлана неубедительно, потому что знала — Наташка права — виновны все они.

Тут Наташа сквозь рыдания (которые, как ни странно, что-то сбросили с ее души, сердца, какой-то тяжеленный камень) спросила:

— Но как, как появился этот подонок там, на даче? Как? Вот что я не могу взять в толк.

Светлана посмотрела на нее и произнесла отчужденно:

— Я не знаю, почему и как, но в этом изначально виновата Марья…

— Марья? — поразилась Наташа. Слезы высохли у нее на лице, остались лишь бороздки, и сейчас Светлана даже была рада, что решается другая проблема: кто виноват в том, что… Наташа на какие-то мгновения не забыла о Сандрике, нет! — просто отдалилась от этих мыслей.

Светлана коротко рассказала о задуманном Алисой празднике, о звонке Марьи, о ее, Светланиных, размышлениях, но потом согласии. Так появился Санек, которого она вначале и не замечала, только уже там, в саду, как удар током, — понимание всего…

Наташа помолчала, прикурив сигарету от сигареты, и твердо сказала:

— Я завтра улечу. У меня неотложные дела. Мама! Я умоляю тебя съездить в больницу! Пусть делают, что хотят, но он должен жить…

Она замолчала снова и удержала слезы, поднявшиеся откуда-то из горла, и даже издала какой-то полувой. Светлана с тревогой посмотрела на нее.

Наташа вспомнила Динара, Проскурникова, Аннелоре, Фрайбаха, Обермайера — врагов и друзей, которых оставила там и за это время ни разу не вспомнила. Теперь она никого не боится!

— Нет, мама, — сказала она, — я должна лететь! А сейчас я позвоню Марье и все из нее вытрясу! Не знаю, что с ней произошло? Маразм? Вроде бы не было… Что ей вступило? Напугали? Как? Нашли ее? Я не успокоюсь, пока не узнаю!

В квартире Марьи на звонок Наташи ответил чужой женский голос:

— Видите ли, Марья Павловна в больнице… У нее сложнейший перелом ноги… Ее должны выписать, но, — женщина замялась, — я не знаю, к кому обратиться… Сын, видимо, в отъезде… — Наташа мгновенно просчитала все: они ждут, кому спихнуть Марью, потому что ту держать в больнице уже не хотят…

Значит, она, Наташа, так ничего и не узнает? В душе метнулось — взять Марью и поселить с мамой?.. Маме, больной, одинокой и слабой, на шею? А самой улетучиться? Куда она обязана лететь, чтобы доказать, доказать!..

— Нет, я просто дальняя знакомая, извините, — ответила Наташа и положила трубку. Она тут ничем не может помочь!..

* * *

Наташа сидела в самолете и смотрела в иллюминатор на уходящую снежную Россию и думала о том, что всякий раз она летит со странным настроением, а теперь вот с такой болью… и неизвестностью… вся надежда на маму! Опять?!

Что она будет делать там, она не знала, но чувствовала, что эта боль в груди толкает ее на что-то очень важное… Решение придет само. Она это знала. Точно.

«Боинг» пересек границу России. Снега ее уплыли вдаль. Все осталось там…

НАТАЛИ. БАЛ ОКОНЧЕН…

Первые дни после Наташиного отлета в Москву Аннелоре не находила себе места. Она целый день сидела на своем «наблюдательном» посту, напрягая весь свой слуховой аппарат на апартаменты Динара, не дай бог она что-нибудь упустит, и тогда произойдет катастрофа — Анне это понимала.

Но первый день прошел на удивление тихо. Видимо, «друзья» занимались какими-то делами вне дома, и это опять-таки пугало Аннелоре. Но сделать она ничего не могла.

В Рождество Анне еще утром рано приготовила индейку, сама не зная зачем, потому что звать ей было некого. Позвонила днем Рихарду, но Сол лишь передал ей ответное поздравление барона: тот не слишком хорошо себя чувствует…

Слезы капали из глаз Анне на индейку, в бокал превосходного вина, которое она купила еще давно, думая, что хоть час или два проведет Рождество с Натали, Рихардом…

Глупые мечты.

Так окончательно и не поев ничего, Анне заснула, и даже у спящей из глаз текли слезы.

Но следующий день дал немало новостей. Новостей, которые привели Анне в полное замешательство и ужас.

Она вязала, когда тишину соседней комнаты нарушил звонок телефона. Проскурников, чертыхаясь, снял трубку. Ему что-то долго говорили — что, Анне, естественно, слышать не могла, а он лишь бросал отдельные «да», «нет» и только одно слово сказал: «Завтра» — и в конце разговора по-военному произнес:

— Понял. — Он даже не попрощался с тем, кто ему звонил. И Анне почувствовала, что звонок очень важный, серьезный, потому что отвечал Проскурников четко, быстро и собранно.

— В чем дело? Кто звонил? — спросил Динар.

— А ты не понял, кто?

— Неужели?.. — как-то скис Динар.

— Да. Вот тебе «неужели?». Сведения гнуснейшие. Ранен ее сын. В рождественскую ночь. На даче.

Анне еще раз похвалила себя за то, что каждый раз брала на свой пункт наблюдения не только вязание, но и блокнот с ручкой. Она стала лихорадочно записывать все словами, полусловами, значками.

— Наташкин? — почти закричал Динар.

— Да, — раздраженно ответил Проскурников. — Какой-то хмырь, работник, но что-то там не то. Вроде бы случайный… А стрелял…

— Но все же можно узнать! — снова повысил голос Динар.

— Можно-то можно, но к делу прилепили двух сопляков, из честных… Они загребли это дело и никого не допускают…

Немного подумав, Динар сказал:

— Завтра прилетает Наташка. Сразу она в присутствие не пойдет, там нечего делать, каникулы… Надо не упустить момент, когда она явится, и сразу же прийти с сочувствиями.

Не дай бог загнется! В общем, надо действовать резко и быстро. План не отменяется.

Аннелоре еле держалась на стуле; был момент, когда ей казалось, что она сейчас упадет и они, услышав грохот, прибегут сюда и ее убьют. Она ни секунды не сомневалась, что эти двое так и сделают. Разве могла она предположить, что услышит такое! Анне еще не могла до конца уяснить себе этот разговор. Что он был ужасен и пах убийством, это она поняла. И что в нем была угроза Рихарду. И Натали! И, конечно, ей, потому что если эти — боже! — что-то совершат, то они — как это? уберут всех свидетелей!

48
{"b":"577926","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Метод Нагумо. Японская система питания, которая поможет снизить вес, вернуть молодость кожи и улучшить здоровье за 4 недели
Восстающая из пепла
Нечто из Норт Ривер
Черный камень эльфов. Падение Шаннары
Испытать силу демона
Полное собрание рассказов
Я тебя рисую
Императорская Россия в лицах. Характеры и нравы, занимательные факты, исторические анекдоты
Евгения Гранде. Тридцатилетняя женщина