ЛитМир - Электронная Библиотека

И, пока она шла свой самый долгий и длинный путь – пять шагов от дивана до кровати, она успела подумать обо всём. И в первую очередь о том, что у воспитанницы восемнадцатого интерната Айи Геллан нет даже крохотного опыта в интимных делах. А что там было за спиной у биоматериала лаборатории «Мариянетти» – оставалось только гадать. Твою ж мать! Она ничего про себя не знала. Поэтому внутренне содрогалась от неизвестности.

Пять шагов. Пять! Конечно, можно было их не делать. Керро ведь ничего не ждал, и она ничего ему не обещала, ни на что не намекала. А возникшего между ними доверия вполне хватало для сотрудничества. Но… почему-то одного лишь сотрудничества Айе теперь не хотелось.

Пять шагов. Пять секунд, когда от страха быть или отвергнутой, или принятой бросало то в жар, то в холод. Впрочем, Айя надеялась, что человек, написавший письмо, которое она сегодня перечитывала, не сможет безо всякой на то причины поступить с ней жестоко. Только эта мысль и помогла сделать последний решающий шаг.

А потом она топталась возле кровати и думала, что ответить, если Керро спросит, с чего вдруг ему такая ласка. Он ведь может спросить. С него станется. Что тогда сказать? Наверное, правду, что она ему благодарна. А поскольку слова не стоят ничего…

Но Керро не спрашивал. Молчал. И не спал при этом. То ли ждал, когда девушка передумает и уйдет, то ли, наоборот, давал ей время решиться. Наконец, собравшись с духом, Айя присела на краешек его кровати и заговорила-таки. Надо ведь ей знать, чего он затаился, хотя слышит её возню!

И вдруг совершенно внезапно получилось… как в кино.

Керро был теплый. И ласковый. Айя прижималась к нему, чувствуя, как гулко и часто колотится сердце. Сами собой забылись и веснушки, и ссадины, и синяки, ушёл стыд. Во рту пересохло. Сердце громыхало всё громче, и громче, и громче, и… В какой-то миг Айя захлебнулась собственным вдохом.

А затем судорожно переплетенные объятия распались. Накатила сонная усталость. Сделалось зябко. Девушка плотнее прижалась к мужчине, а потом и вовсе перебросила через него руку и ногу. Лежать так оказалось неожиданно уютно. Айя уткнулась носом в теплое плечо и пробормотала:

– Спасибо…

Ей не пришло в голову, что такая благодарность звучит, по меньшей мере, странно, если не сказать больше.

Но Керро спокойно ответил:

– Обращайся.

И в голосе слышалась улыбка.

День шестой

День шестой

Пуля виноватого найдёт.

Егор Летов

– Знаешь, Батч, а ведь ты третий, – сказала задумчиво Эледа, когда они уже подходили к дверям её квартиры. – Третий телохранитель, который вытаскивает меня из-под удара. И всегда я понимаю, что произошло, только тогда, когда всё уже закончилось. Проверишь комнаты, сразу не уходи.

…Первое в своей жизни покушение Эледа Ховерс пережила в четырнадцать лет. Нельзя сказать, чтобы оно её сильно впечатлило. Ничего поистине захватывающего не случилось. Её везли из колледжа домой. Все было, как обычно: она сидела пристегнутая на своём месте, рядом – телохранитель, впереди – водитель и с ним второй телохранитель. В салоне негромко играла музыка.

Девочка безо всякого интереса смотрела в окно на проносящиеся мимо витрины и вывески магазинов, на спешащих по своим делам пешеходов, на рекламные билборды. Всё это давно примелькалось, даже несмотря на то, что маршрут от колледжа до дома и от дома до колледжа постоянно меняли.

Юная мисс Ховерс скучала, когда перед очередным перекрестком автомобиль, в котором она ехала, резко затормозил и ушел в сторону, а вперед вырвалась машина сопровождения. Девочку слегка мотнуло вперёд, но ремень безопасности врезался в плечо, не давая упасть.

В это время сидящий рядом с водителем телохранитель вдавил на приборной панели кнопку разблокировки пульта контроля огня. Слева раздался грохот столкновения. Водитель роллс-ройса, в котором ехала наследница Нейта Ховерса, ударил по газам. В окне промелькнули два вмявшихся друг в друга автомобиля – белый джип с искореженным боком и гелендваген с разбитым капотом. Гелендваген лихо выруливал в сторону.

Больше девочка ничего разглядеть не успела. Однако когда она удивленно перевела взгляд на сидящего рядом телохранителя, тот выглядел абсолютно невозмутимым. Поэтому Эледа решила, что переживать, в общем-то, не о чем. И стала дальше смотреть в окно.

Меньше чем через минуту помятый внедорожник нагнал роллс-ройс и пошёл сзади впритирку. Так мчались несколько кварталов, после чего машина сопровождения снова отстала, и девочка с удивлением услышала позади частую стрельбу. Она опять взглянула на сидящего рядом телохранителя и спросила:

– Это по нам стреляли, Горден?

Он совершенно спокойно ответил:

– Нет. Это стреляли мы. Скоро приедем, мисс.

Эледа посмотрела вперед и с удивлением увидела, что роллс-ройс вырвался из зоны небоскребов и въехал в сектор элитных таунхаусов. Мелькали коттеджи и белые заборы, зелёные лужайки и цветники. Водитель ещё несколько кварталов гнал по пустой дороге, после чего плавно повернул и вывел машину на широкую асфальтированную площадку, расположенную чуть в стороне от домов. Роллс-ройс замер. Рядом остановился и помятый внедорожник, своей массивной тушей загородивший младшего брата от возможной опасности. А еще через несколько минут с неба донёсся рокот вертолёта.

– Выходим, – сказал, отстегиваясь, Горден.

– Так вот какое оно – настоящее покушение, – слегка разочарованно протянула Эледа. – На тренировках было интереснее...

Телохранитель ничего не ответил, лишь слегка усмехнулся.

Девочка освободилась от ремня безопасности, после чего боковая дверь с её стороны распахнулась, кто-то протянул Эледе руку, и она ступила на ярко залитую солнцем площадку. В лицо ударил ветер, поднятый лопастями, он трепал волосы, форменное платье мисс Ховерс и костюмы её телохранителей. Девочка зажмурилась от слишком яркого после полумрака салона света и в окружении охраны прошествовала в вертолёт.

* * *

На следующий день Эледа не поехала в школу. Софи, пришедшая будить свою воспитанницу, сказала:

– Мистер Ховерс считает, тебе лучше побыть дома и заняться проектами по основным дисциплинам. Все-таки скоро экзамены.

Девочка зевнула, села на кровати и посмотрела на наставницу:

– А он сейчас дома?

– Нет. Вчера все сильно понервничали, отвлеклись от дел. Сегодня наверстывают.

Эледа вспомнила, как накануне её встречала мама. Она стояла на краю вертолетной площадки – порывы ветра разметали её обычно безукоризненно уложенные волосы и рвали подол дорогого дизайнерского платья, отчего ткань некрасиво облепляла тело.

Когда Горден помог девочке выйти из вертолета, Мелинда Ховерс подошла к ней, взяла за плечи и несколько секунд безмолвно смотрела в голубые глаза, после чего ровно сказала:

– Леда, я волновалась.

Больше она никак не выказала ни своего волнения, ни своих переживаний. Поцеловала дочь в лоб и сообщила прохладным голосом:

– Сегодня и завтра вечером меня не будет – улетаю на показ. Папа тоже в делах. Занимайся уроками, погуляй с Софи, за пределы резиденции не выходите. Горден будет вас сопровождать. Слушаться его во всем.

Девочка кивнула.

Вот и вся встреча. А отца она так и не увидела.

Весь остаток дня по наказу матери при наследнице Ховерс неотступно находились гувернантка и телохранители. Софи была повышенно заботлива. Эледе нравилось её внимание и расспросы о том, как дела в школе, что нового в учёбе, не было ли ссор с одноклассниками.

Однако когда Софи принесла ей шоколадного молока с печеньем, девочка фыркнула:

– Ага, еще мишку плюшевого мне дай, пижаму в рюшах и бутылку с соской.

– Ты не испугалась сегодня? – мягко спросила Софи.

Эледа посмотрела на неё с удивлением:

105
{"b":"579111","o":1}