ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Награда для генерала. Книга вторая: красные пески
Любовь на всю жизнь
Лавандовая спальня
Думай как миллионер. 17 уроков состоятельности для тех, кто готов разбогатеть
Доктор Х и его дети
Русская литература: страсть и власть
Сын лекаря. Переселение народов
Розуэлл. Город пришельцев: Изгой. Дикарь
Туфелька для призрака

Девушка сразу же послушно убрала руку от глока, хотя так и не поняла, чем конкретно раздосадован спутник. Лишь спустя несколько десятков шагов Айя увидела то, что Керро заметил раньше неё. Точнее не то, а того...

Посреди небольшой площади лежал массивный бетонный блок, к которому лицом вниз был привязан согнутый в пояснице мужчина. Лица его было не разглядеть из-за длинных дредов, которые болтались грязными сосульками. Мужчина вжимался щекой в грязный бетон и судорожно с подвываниями всхлипывал. А штаны у него почему-то были спущены до колен.

– Его… что... – Айя не решилась озвучить своё предположение, потому что оно показалось ей слишком ужасным. Однако реальность оказалась ещё хуже.

Керро ответил:

– Когда хотят, чтобы человек подыхал как можно дольше и поганей, загоняют поглубже слабый заряд взрывчатки. На кол или арматурину надо уметь сажать, а мастеров мало. С зарядом проще. Мощность давно подобрали. Это называется «вставить пистон».

Девушка судорожно сглотнула.

– Вежливые твари, – зло процедил рейдер. – Даже кляп воткнули, чтоб ором никому не мешал. Руки от оружия! – вдруг резко сказал он.

Айка вздрогнула, отдергивая ладонь, которая сама собой легла на рукоять глока.

– Не ты делала, не тебе и ломать. Идём мимо.

Так и прошли. От злости и беспомощности у Айи шумело в ушах. Но надрывные всхлипы прорывались даже сквозь этот гул и били по нервам, заставляли скрипеть зубами. Девушка шагала, уронив взгляд под ноги, чтобы только не видеть страшную чужую беспомощность и муку. Жаль, нельзя побежать бегом! Керро шёл рядом – напружиненный, собранный – и смотрел поверх умирающего куда-то в сторону.

Лишь на другой стороне площади, когда жалость, ужас, гадливость и бессилие переполнили девушку до краев, она протянула руку, чтобы остановить своего спутника, попросить, потребовать… А чего именно, и сама не понимала толком. Просто потребовать! Люди они или нет? И если люди, то как могут равнодушно уйти?

К счастью, ничего этого Айя сделать не успела, поскольку в узком переулке Керро вдруг оттолкнул её в подъезд, а сам выдернул из-под куртки правый пистолет-пулемёт и выстрелил, после чего одним прыжком ушел следом за спутницей. Две пули, прилетевшие с другой стороны улицы, запоздало ударили в стену.

– Обычно в таких случаях, – спокойно продолжая беседу, сказал рейдер, – в засаде оставляют стрелков, чтобы исключили вмешательство гуманистов вроде тебя или друзей казнимого.

Он достал из-под куртки экранчик, передал его Айе, а сам вытянул из рукава видеощуп, осторожно выставил его за угол и чуть повозился, беря в фокус бетонный блок. По серому камню вокруг патлатой головы расплывалось кровавое пятно.

– Прости, – у Айи был виноватый вид, – прости, я просто... Я не могла…

Она замолчала, потому что он ведь и так понял, чего именно она не могла. Прекрасно понял.

– Знаю, – сказал Керро. – Поэтому и пришлось стрелять отсюда. Иначе бы просто прошли еще метров двадцать и подобрались поближе через соседние развалины. Такое видеть в первый раз всем тяжко. А уж ничего не сделать – тем более.

Айя посмотрела на него с благодарностью и, не зная, что сказать, просто обняла.

* * *

Винсент сидел за своим столиком уже с полчаса. Попивал текилу, закусывал и лениво наблюдал за обитательницами заведения. Девчонки из танцовщиц, одетые в обтягивающие спортивные топы и лосины, занимались на сцене гимнастической растяжкой, повторяли элементы групповых номеров. Одна крутилась на пилоне. Упражнения и танцы были лишены чувственности – обычная тренировка. Движения собранные, скупые, артистичность побоку, простое заучивание, даже без музыки. Основной упор на слаженность и правильное распределение по сцене, чтобы никто никому не мешал и никто никого не толкал.

Мэрилин стояла в зале и наблюдала за подчиненными. Когда ей казалось, будто кто-то из них выкладывается с недостаточной самоотдачей, она резко хлопала в ладоши, чем сразу вызывала испуг и прилив стараний. Как понял Винс, владелица заведения планировала извлечь из вынужденного простоя максимальную выгоду, поэтому сейчас работницы эротического фронта яростно трудились над новой программой выступления. Толково. Когда всё уляжется, в «Нору» попрут страждущие мужики, причем многие – заметно разбогатевшие. И желательно их удивить и ублажить по максимуму, чтобы деньги они тратили, не считая. А ещё Мэрилин была отличным руководителем и потому знала: от ничегонеделания в глупые головы частенько лезут глупые же мысли, поэтому подчиненные не должны изнывать от безделья.

Бойцы охраны наблюдали за репетицией безо всякого интереса. Смотреть действительно было не на что – потные огрызающиеся друг на друга девчонки, не накрашенные, без завлекательных костюмов, похожие на мучающихся с похмелья чирлидерш. Поэтому мужики с большим вожделением поглядывали на текилу Винса, чем на сцену.

Время тянулось. Винс скучал. Инфопакет с планом обмена и приказами всем задействованным службам уже давно ушел в центр. Когда со своей ознакомительной прогулки вернется Рекс, можно будет сразу отправлять дополнение о «требовании» Керро. Не вернется, ну… кого-нибудь другого дадут.

Пить особо не хотелось… Мелькнула было мысль попросить у Мэрилин кабинет для приватов и завалиться там спать до прихода Су Мин… Мелькнула и исчезла. Рекса, если приведут, то приведут раньше, а его в кабинете для приватов дожидаться несколько... странновато.

Впрочем, жизнь, как всегда, внесла свои коррективы – двери в зал вдруг распахнулись, и на пороге появились сразу и Су Мин, и Рекс. Девушка улыбалась, слушая собеседника, который что-то ей рассказывал. Винсент приветственно помахал вошедшим, и те направились к столику, на ходу снимая куртки.

– Не ожидал тебя увидеть так рано, – сказал Винс кореянке, – думал, внутрисекторальными делами будешь заниматься.

– Всё силовое – в компетенции Младшего, – отмахнулась девушка, – дипломатия – на Среднем, а я занимаюсь особыми поручениями, и из таких сейчас только ты. Так что моя задача – помочь тебе, в чем надо, ну и так… обеспечить особые условия, – она многозначительно улыбнулась.

Мэрилин, которая всё это время стояла возле сцены, наконец, отвлеклась от созерцания репетиции и повернулась к гостям. Увидела сестру, показала глазами куда-то в сторону. Кореянка легко поднялась:

– Я оставлю вас ненадолго, – сказала она мужчинам.

Рекс посмотрел туда, где в полумраке зала стояла фигуристая белокурая женщина:

– Ты передай, пожалуйста, Мэрилин, что она, как всегда, роскошно выглядит…

Девушка закатила глаза:

– Ой, ну какой ты ми-и-илый… и хитрый! – она рассмеялась. – Не передам. Хочешь организовать себе вечер, подкатывай сам. Но учти – она слегка на взводе.

Рекс пробормотал:

– Поэтому и нужен парламентёр…

Су Мин подмигнула:

– Ладно уж, чудак-человек, не обещаю, что сделаю, но и категорическое «нет» говорить не буду. И это… претензии не принимаются.

С этими словами она ушла.

– Винс, я тут… – Рекс замялся

– Чего накосорезил?

– Да я и сам толком не понял, – признался молодой, а потом всё-таки попросил: – Глянь в логе, что я не так сделал?

И он начал копаться в виртуальном меню.

Винсент только вздохнул, коснулся кнопки на дужках очков. Затем пальцы замелькали, бегло перебирая строки:

– Всегда отключай внешний доступ. Когда это было?

– Минут двадцать назад…

Рейдер быстро отыскал нужный отрезок и просмотрел запись.

– Бля, совсем на курсах обленились, – тоскливо вздохнул он. – Но ты точно легендой станешь. Оскорбить бонзу при её людях и остаться живым – это умудриться надо. Запомни, молодой, чьи-то – рабы, должники и шлюхи. Назвать жителя чёрного сектора чьим-то – хуже, чем плюнуть в лицо. Вежливо будет спросить «с кем ты» или, если человек в группировке, то «под кем ты», если совсем вежливо – «кто над тобой». Но ни в коем случае не «чей ты». Врубился?

118
{"b":"579111","o":1}