ЛитМир - Электронная Библиотека

Никогда.

И шли, и шли, и шли...

Он остановился, когда Айя уже переключилась в режим автопилота и почти отрешилась от ощущений собственного тела. Наверное, открылось второе дыхание. Иначе как объяснить, что ее спутник замер, а она продолжила брести, утягивая его за собой.

Керро удержал ее привычным уже способом – за шкирку.

– Пришли.

Айя замерла. Куда пришли-то? Ничего не видно.

Мужчина двинулся вперед.

По каменному развалу забрались в какое-то здание. Внутри от малейшего шороха начинало гулять эхо. Было даже жутче, чем на открытой местности. Пахло сыростью, камнем, ржавчиной. Под ногами хрустела бетонная крошка.

Потом была лестница. И хлипкие ступеньки содрогались от шагов. Айя думала: а вдруг не выдержат? Она попыталась найти в темноте перила, но вместо них нащупала только пустоту. А потом вниз сорвался маленький камешек. И падал долго.

Осторожный же неторопливый подъем все длился и длился. Девушка вцепилась в своего спутника так, чтобы если лестничный пролет под ними двумя все-таки обвалится, падать ей пришлось не одной.

Не обвалился.

Хотя пару раз Керро замирал, выжидая, когда прекратится дрожь камня.

– Не надо идти в ногу со мной, – сказал он.

– Угу, – ответила спутница. А про себя подумала: «Все равно не отцеплюсь».

К счастью, скоро путь завершился.

Айя услышала звук открываемой легкой двери, следом за которой отошла от стены массивная металлическая.

Керро легонько подтолкнул девушку вперед – в темноту, а затем вошел сам. Щелкнул один замок, потом второй. Обе двери закрылись. Гостья же замерла, не зная, куда двинуться. Тем временем в углу послышалось тихое шуршание, а потом загорелся неяркий электрический свет, который озарил скромную обстановку: кровать, стол, пару стульев, две узкие двери в стене напротив.

Здесь было прибрано: вещи стояли каждая на своем месте, однако пахло нежилым помещением, да лежал повсюду тонкий слой пыли. Айя добрела до ближайшего стула, плюхнулась на него и взялась расшнуровывать ботинки. Вот сейчас она их снимет, и жизнь сразу наладится. Мгновенно. И бок перестанет болеть. И ноги. И голова. Девушка сбросила тяжелую обувь и блаженно пошевелила пальцами.

Хозяин комнаты тем временем возился возле печи, сделанной, видимо, как все печи в черном секторе – из бочки и трубы. Керро положил внутрь черный брикет топлива, что-то там поколдовал, и пламя начало медленно разгораться. Мужчина зевнул, потер лицо ладонями и поднялся. Скинул куртку, повесил ее на спинку стула, затем сел за стол, снял через голову левый пистолет-пулемет, свинтил глушитель и спрятал в подсумок. После этого, оставив оружие на столе, повторил то же с правым. Бронежилет снимать не стал, достал набор для чистки и маленький пистолетик из кармана, разрядил его и начал приводить в порядок.

– Зачем я тебе? – спросила Айя, потому что ее тяготило его молчание и игнорирование. – Деньги неважны, ты сам сказал. Зачем тогда?

– Деньги – прах, – равнодушно ответил мужчина и пояснил: – Их всегда можно добыть. Что действительно важно – ответить на Вызов. От мира, от людей, от судьбы. Достойно ответить. Не слиться. Не бегать от трудностей. А деньги... если они есть, то ответить проще. Вот и все. Так что ты со своей тайной – Вызов.

Девушка устало усмехнулась:

– Знаешь, я тебе одну вещь скажу. Наверное, она тебя расстроит. Но ищут кого-то другого. Ясно? Когда меня из интерната приволокли к покупателю, он чего-то там исследовал – взял у меня кровь, в глаза посветил, а потом сказал, что не те образцы и притащили не то, что надо. Точнее, не ту. И мужиков тех назвал жопорукими. Поэтому меня и отвезли к доктору. Ну, которого ты убил. Решили, что целую в бордель – слишком дешево, а по запчастям хоть как-то отобьют рейд. Так что никакого Вызова. Я не та.

И она закрыла глаза, потому что слишком сильно устала от всего, и главным образом – от тошной боли, которая дробилась в теле на самые невозможные оттенки: пульсирующую тянущую в боку, глухую и раскатистую в висках, жгучую и саднящую в стертых ногах.

– Ошибаешься, ищут именно тебя. Но, – здесь Керро присмотрелся к девчонке и поднялся, – сегодня не время для серьезного разговора.

Он прошел к одной из дверей и на некоторое время исчез. Айя безо всякого интереса проводила его взглядом, а потом вдруг оживилась, увидев оставленное на столе оружие. Ведь если схватить и...

И что?

Вряд ли удастся грохнуть его на его же территории. Но, даже предположим, у нее получится. Случится чудо. Что потом? Что она будет делать?

Девушка все же с легким сожалением отвела взгляд от автомата. Хм.

А вот тот маленький пистолетик...

Айя встала, подошла к столу, даже не пытаясь соблюдать тишину. Взяла оружие. Покрутила в руках и сказала:

– Я у Дока взяла пистолет. Жаль, что не вернули.

Керро вернулся, неся в руках скатку спальника. И – чем особенно удивил свою гостью – старую пластиковую щетку.

– Слишком быстро пришлось уходить. Вернут, – сказал он и добавил: – А брать чужое оружие невежливо.

- Извини, - девушка поспешно отдернула руки.

Мужчина передал ей спальник, щетку и показал на пол:

– Устраивайся. Разговоры завтра.

Керро сел дальше чистить дерринджер. Айя подмела комнату, несколько раз звонко чихнула, раскладывая спальник, который тоже был пыльным. Девушка кое-как расстелила его, сняла куртку, свернула ее в несколько оборотов, устроила в изголовье вместо подушки и забралась внутрь мешка.

– Спокойной ночи, – пробормотала она.

Ответом была, конечно, тишина.

Горел свет, мужчина возился с оружием, было тихо. Но все-таки заснуть не получалось. Айя долго возилась, устраивая сперва больной бок, а потом больную голову. Однако когда одному становилось хоть капельку комфортно, другое сразу же спешило о себе напомнить. Приходилось снова елозить, но, несмотря на все усилия, хоть сколько-то удобно лечь не удавалось. Наконец, намаявшись, девушка села и поглядела на Керро. Тот уже снял бронежилет и теперь о чем-то размышлял над листом бумаги.

– Что ты там пишешь? – осторожно спросила Айя.

– Чего не спишь? Бок, что ли, болит? – Керро отвлекся, достал из нарукавного кармана куртки маленькую коробочку, вытащил из нее таблетку и бросил гостье: – На.

Она поймала на удивление ловко. Оглядела. Таблетка была крохотная.

– Через полчаса отпустит, – сказал мужчина.

– Керро? – Айя проглотила таблетку, накинула на плечи куртку и, чтобы отвлечься от дергающей боли в боку и озноба, решилась все-таки снова с ним заговорить: – А кто такие эти люди? Алиса, Тереза, доктор Куин… Откуда они взялись?

– Кролики-то? – спросил собеседник.

– Почему кролики? – удивилась девушка.

Он в привычной уже манере проигнорировал ее вопрос и невозмутимо продолжил:

– Кроли – это кроли. Они когда к нам в первый раз приехали, о них слава шла – будь здоров. И резкие, и дерзкие, и не боятся ничего, и хрен предскажешь, что сделают. В предыдущем секторе они из-под удара вышли и тамошних бонз вырезали нахрен. Все ждали: под себя сектор подомнут, а они возьми да и свали. Там еще долго после этого беспредел творился. И вот это счастье – к нам.

Айя похлопала глазами, но, кто такие бонзы, спрашивать не стала. Все равно ведь опять сделает вид, что не услышал. Керро тем временем повернулся к ней, отвлекшись от своей бумажки, и продолжил:

– Ну и вот собрали сходняк все бонзы, я, еще двое... Базарили-базарили, добазарились, что, мол, надо попробовать кролей в рамочки аккуратненько ввести, чтоб они жили, но другим не мешали. Ну, или в меру мешали. Вызвался я. Пришел к ним. Тут потрепался, там помог, здесь слегонца разрулил, где-то чуток припахал...

– Алису трахнул… – пробормотала Айя.

– И не раз, – усмехнулся Керро.

Надо же, услышал! Не проигнорировал.

– Потом, здесь притормозил, там направил... – спокойно продолжил он и закончил: – В общем, через две недели кроли никому серьезному уже не мешали, а если с умом подойти, то и помогали. Адаптировались, то есть, к условиям реальности.

22
{"b":"579111","o":1}