ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— У вас есть посылка для меня? — спросил тот.

Иола молча вынула пакет и протянула через стол. Государь развернул шелковую ткань, в которую он был упакован, и взору всех присутствовавших предстала платиновая коробочка. После нажатия потайной пружины ее крышка открылась, и на стол выпала свернутая в тугой рулон бумага. Мадам Петрова передала Эралю чашу с какой-то жидкостью, стоявшую подле нее, и он погрузил туда бумагу. Вынув затем рулон из чаши, государь развернул его и несколько раз как бы разгладил руками, которые, однако, не касались листа. При этом он все время дул на бумагу. И через несколько секунд на до сих пор чистом листе проступил убористый текст письма, которое незамедлительно было прочитано вслух. Вот это послание, дающее первое представление о разведывательной деятельности братьев:

«Русско-германский союз заключен, подписаны и скреплены печатями все необходимые бумаги. Германские войска под предводительством фон Краля маршируют сейчас по направлению к Парижу через Брюссель, а русские готовы к атаке на Вену. Настроения правящей королевской семьи еще неизвестны, но народ Италии с нами. Австрийские и немецкие демократы присоединяются к Франции и Англии. Вивани — главнокомандующий итальянской армией, вне зависимости от позиции короля, на нашей стороне. Он собирается примкнуть к Максимилиану-австрийскому командующему и остановить русских у Кракова. Пусть французы встретят германские войска на исторических полях под Ватерлоо и отомстят за прошлое. Я сейчас покидаю Берлин. Сарой».

Ни единого признака удивления или других эмоций не было на лицах сидевших за столом, когда Эраль читал столь важные новости. Каждый хранил серьезность. И тут заговорил граф де Сен-Жермен:

— Выполнил ли Каро наш приказ поставить Наполеона Марлеона во главе французской армии?

— Да, — ответил Никольский, — Наполеон сегодня берет командование на себя, и они вместе с Каро ждут наших дальнейших приказаний.

— Тогда велите ему сейчас же выступить в сторону Ватерлоо, взяв с собой не менее двухсот тысяч солдат. Пусть Наполеон III, — гораздо более великий, чем Наполеон I, — превратит всю территорию Европы за пределами России в одну великую республику со столицей в Париже.

— Англия тоже определилась? — спросила мадам Петрова.

— Сегодня к нам должен прибыть гонец, который принесет новость, что Альберт отрекся от престола, опасаясь широкого распространения мятежа, и что наш человек — Оливер Харкли, лидер радикалов объявлен протектором. Норны трубят о победе народа, и я объявляю об этом как знающий.

Сен-Жермен вдруг умолк, жестом попросил тишины и замер неподвижно, будто в трансе. Все хранили молчание, пока он сидел без движения, с застывшим лицом, глядя в одну точку. Так прошло целых десять минут. Присутствующие затаили дыхание, стараясь не мешать ему. Наконец, граф вернулся в свое обычное состояние и сказал:

— На центральный вокзал только что прибыл француз — шпион, нанятый германцами. Это молодой человек 27 лет, 5 футов и 10 дюймов роста, худощавого телосложения. Под правой бровью у него едва различимая родинка. Лицо гладко выбрито, черные нафабренные усы. Одет он в светло-коричневый костюм. Передайте Каро, что необходимо схватить шпиона до того, как он войдет в дом номер N на улице Риволи, куда сейчас направляется. Для подстраховки пошлите человека, который должен позаботиться, чтобы он не уничтожил донесения, лежащие у него во внутреннем кармане пиджака. Кроме того, велите Каро последить за генералом Мороном, но не вызывая подозрений. Генерал — предатель, вступивший в сговор с нашими врагами, однако, арестовывать его пока не нужно. — После этих слов граф Никольский встал, поклонился и быстро вышел из комнаты.

— Ну, а теперь, — продолжал Сен-Жермен, — нам срочно нужны четыре сенситивные пары. Мне необходимо заняться другими делами. Вы не могли бы подобрать эти пары среди западных членов? Или мне поехать за ними на восток? — Он бросил на нас проницательный взгляд и, повернувшись к Эралю, спросил: — Может быть, эти брат и сестра будут первой парой?

— Думаю, да, — согласился государь.

— Сестра, вы разорвали все узы, связывающие вас с королевским семейством? — спросил Сен-Жермен Иолу к моему великому удивлению.

— Да, — ответила кратко она. И тут словно свет озарил мою память: ведь Иола и принцесса Луиза, свидетелем чудесного спасения которой я был в Лондоне, — одно и то же лицо! Вот почему ее черты при первой встрече в Париже показались мне такими поразительно знакомыми! Мимолетного взгляда, брошенного на Луизу, когда она стояла в экипаже, пытаясь сдержать летящих коней, оказалось достаточно, чтобы ее образ запечатлелся в моей памяти. Все последние годы я был братом и спутником особы королевской крови, и она в своей искренней простоте не дала ни малейшего намека на свое происхождение и не проявила никаких признаков гордыни! При этой мысли невозможно было не испытать восхищения. Тем временем граф, обращаясь к Иоле, продолжал:

— Тогда, сестра, вам следует отправиться в лагерь Наполеона Марле-она и сообщать ему все сведения, передаваемые вашим братом, которому нужно немедленно поступить на службу к фон Кралю. Ни один маневр противника не должен пройти незамеченным для Наполеона, а мы, как тайные силы, делающие таких людей великими, проследим, чтобы он не пропустил никакой информации. Благодаря силе единения ваших душ, ваш брат сможет без задержек информировать вас обо всех перемещениях германских войск, что никак не под силу шпионам и курьерам.

Граф повернулся к Эралю и распорядился:

— Нужно подобрать пары для связи с другими армиями и, если потребуется, по одной паре у каждого трона в Европе. Душа в этом состязании сильнее пороха, пушек и всех прочих материальных изобретений. Короли на тронах смеются над философией оккультизма, но не за горами время, когда они пожалеют об этом. Дайте брату и сестре необходимые указания. Меня же теперь зовут на Восток, — он поднялся и вышел из комнаты.

— Вы хорошо провели этот год, — сказал нам государь, когда дверь за Сен-Жерменом закрылась. — Все в вас говорит о том, что ваши души и разум едины, и вы развили способность мысленного общения, необходимую для выполнения дела, которое мы вам поручаем. Выслушайте же и запомните дополнительные инструкции. Если вам придется посылать письменные сообщения, опустите бумагу с текстом в особый раствор азота и положите ее в платиновую коробочку. И то, и другое мы вам дадим. Затем туда же положите небольшой ударный капсюль, срабатывающий, стоит только потянуть за шнур, конец которого должен свисать из коробки. Если вы будете схвачены, то таким образом всегда сможете в самый последний момент уничтожить послание. Но ни в коем случае не носите с собой и не передавайте письменных сообщений, когда информацию можно послать телепатически; при мысленной передаче не остается никаких следов и не зарождаются ненужные подозрения.

Если кому-либо из вас понадобится экстренно связаться с нами, либо если один из вас будет убит, вы сможете прибегнуть к исключительному способу связи, но он — лишь для самых крайних ситуаций. Способ весьма опасен, поэтому использовать его нужно с величайшей осторожностью. Каждому из вас мы дадим немного порошка, который в таком случае вы примете, когда никого не будет поблизости. Это поможет вам связаться с нами, где бы вы ни были. Но ни за что не принимайте порошки, если не уверены, что вас никто не потревожит, ибо это убьет вас. Одного часа для связи будет достаточно, и делать это лучше ночью. Если вам придется разделиться, сверьте часы и не переводите их во время своих перемещений. Так вы всегда сможете поддерживать связь своих душ. И далее: в целях предосторожности не признавайтесь, что знаете друг друга, даже под страхом смерти или пыток. Силой воли старайтесь контролировать себя. Ну, а теперь вы свободны. В 5 часов отходит берлинский поезд. Не берите с собой много багажа. Сядьте в один вагон, но подальше друг от друга. И что бы ни случилось, вы — незнакомы.

Взмахом руки он отпустил нас, а в заседании совета был объявлен перерыв. Трое из его членов так и не вымолвили ни слова, а таинственная мадам Петрова сделала лишь одно замечание. Тем не менее, по сосредоточенному выражению их лиц было видно, что ни одна фраза, ни один жест не ускользнули от них. Когда мы покинули зал заседаний, Иола, прекрасно ориентировавшаяся в этих апартаментах, провела меня в столовую и с видом хозяйки велела принести завтрак.

43
{"b":"579120","o":1}