ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я напишу ему письмо, – сказала Нина так, что Нонна тут же вернулась с небес на землю.

– Ты о чем?

– Ну, он весь вечер поглядывает в мою сторону. Я думаю, это судьба. Я напишу ему письмо, но подписывать не стану. А ты передашь ему.

– Я? – удивилась Нонна. – Я не буду ничего передавать.

– Нонка, ну даешь. А еще подруга называется. Я бы для тебя сделала это.

Нина повысила тон. Казалось, что лучшие подруги вот-вот поссорятся. Чтобы этого избежать, Нонна решила уйти с танцев. Но тут за окном она увидела яркий свет молнии, осветившую весь хутор, а через несколько секунд последовал гром. Девушка верила, что во время грозы свершаются великие события. И тогда она подошла к подруге и произнесла:

– Ладно. Я передам.

Нонна Мордюкова и Вячеслав Тихонов. Как казачка Штирлица любила - _15.jpg

Нонна Мордюкова в домашней обстановке. 1959 г. «Как мне надоело слышать, что я сильная! Да мягкая я, как воск, только надежной мужской руки не встретилось». (Нонна Мордюкова)

С каждым шагом усиливалось волнение, руки, держащие письмо, дрожали. Девушка словно приближалась к своей мечте. И вот Нонна встала рядом и не смогла ничего сказать. Губы будто онемели, а из головы вылетело все, ради чего она шла. Но парень не стал молчать. Он мило улыбнулся и произнес:

– Здравствуй. Ты дочь Петровны?

– Да, – ответила Нонна и улыбнулась в ответ.

– Я весь вечер смотрю в твою сторону. Кстати, меня зовут Сережа. Не хочешь прогуляться?

Они шли по проселочной дороге. Их беседа не была многословной. Но даже в молчании чувствовалось что-то теплое, родное. С неба начали срываться крупные капли, молнии освещали весь хутор, и вскоре пошел сильный ливень. Но это не спугнуло пару. Платье Нонны моментально стало мокрым и прилипло к телу, будто его и не было. Его рубашка так же испарилась во влажности, и тогда они обнялись. Этот момент хотелось остановить, ведь Нонна чувствовала счастье, которого никогда прежде не испытывала.

Сережа проводил Нонну до дома и сказал:

– Давай переоденемся. Утром я зайду.

Нонна улыбнулась и кивнула в ответ. Она вошла в дом и, увидев маму, тут же начала восторгаться пережитым:

– Ох, мамочка. Я такая счастливая! Сережа, Сережа, мой Сережа. Не могу!

Она упала на кровать и просто, молча, смотрела в окно. Ирина Петровна все поняла. Она была рада за свою дочь. Но то, что Нонна лежит мокрая на кровати, ее насторожило.

– Нонна, переоденься, – произнесла Ирина Петровна.

Но девушка будто не слышала слов своей матери. Ее спина уже согрелась, а остального она даже не чувствовала. За окном прекратился ливень, тучи рассеялись, и небо стало переливаться разными красками. Медленно наступал рассвет. Глаза закрылись, а когда открылись, над хутором уже сияло солнце. Сна словно и не было, осталось только чувство счастья в груди. Перед ее кроватью стояла Нина с взглядом, полным ожидания.

– Ну что было? – спросила подруга. – Ты передала письмо?

Нонна ничего не ответив, предприняла попытку подняться, но ей это не удалось сделать. Ноги словно онемели. Через короткое мгновение в доме появился Сережа. Он был переодетым, на голове назад зачесан чуб. И появилось ощущение, что он стал еще красивее.

– Здрасте, Петровна, – с порога начал всех приветствовать Сережа, – Здравствуй, Нина. Нонна, выходи.

Нонна Мордюкова и Вячеслав Тихонов. Как казачка Штирлица любила - _16.jpg

Нонна Мордюкова с однокурсниками. 1947 г.

Нонна Мордюкова и Вячеслав Тихонов. Как казачка Штирлица любила - _17.jpg

Ноябрина Мордюкова. 1947 г. «Не верьте, что у меня плохой характер, это все брешут!» (Нонна Мордюкова)

Ирина Петровна, оглядев всех, тут же пригласила на завтрак. Нина поняла все без слов и тут же ушла прочь.

– Чего это она? – удивился Сережа и сел рядом с Нонной.

– Знаешь, я должна была передать тебе письмо от нее… вчера…

– Ах, вот в чем было дело… – произнес ей в ответ парень.

Он лег рядом с Нонной и обнял ее. И вновь это чувство спокойствия и счастье. Как же хотелось остановить этот момент и остаться в нем навсегда.

– Петровна, я с этого дома выйти не сумею, – сказал Сережа и обнял Нонну еще сильнее.

Но Ирина Петровна понимала все без слов и не стала вмешиваться.

Но тут за домом раздался женский голос:

– Сережа, ты тут?

Это была его сестра Лена. Она пришла для того, чтобы позвать парня домой. Готовились большие проводы его и еще одного призывника этого хутора. По старой традиции, в армию молодых ребят провожали все жители.

– Сережа, ну ты чего? – войдя в дом, продолжила Лена. – А что армия? Или ты в дезертиры собрался?

Выхода не было. Нужно собираться и идти. Сережа пригласил Нонну прийти на проводы и покинул дом с сестрой.

Нонна тут же обратилась к маме:

– Не думай, мама, ничего плохого, ничего такого не было. И не будет. Сережа завтра в армию уходит!

Эти слова девушка произносила с огромной болью в сердце, а каждое слово выдавало желание девушки зарыдать.

– Вот те на… Война скоро закончится, а молодых ребят в армию забирают, – ответила Ирина Петровна.

Время тянулось медленней, чем песчинки падали на дно часов. Нонна чувствовала себя нехорошо. Ноги отказывались подчиняться, продолжая находиться в онемевшем состоянии. Ночной ливень дал о себе знать. Но перед самими проводами Сережа пришел за Нонной.

– Вставай, дорогая моя, – сказал он.

Но ноги отказывались слушаться свою хозяйку. Тогда Сережа помог ей подняться и дотащил до своего дома, где все и происходило.

Нонна Мордюкова и Вячеслав Тихонов. Как казачка Штирлица любила - _18.jpg

Памятник Нонне Мордюковой в центре Ейска, на углу улиц Ленина и Победы

Самогонка наливалась полными стаканами и тут же выпивалась до дна, по-казачьи.

– Придется, Нонна, выпить за мое возвращение, – говорил Сережа.

И Нонна выпивала, но немного.

– На зорьке полуторка с Армавира приедет за новобранцами, – Лена произнесла эти слова, будто приговор.

За столом люди произносили напутствия, желали удачи и плакали. Только Нонна сидела молча, обняв руку Сережи, и не проронила ни слезинки.

Уже поздним вечером она оказалась дома, куда ей помогла добраться мама. Ноги до сих пор были онемевшими, а состояние – подавленным.

Ирина Петровна отпаривала ноги, проводила целительные процедуры, а перед сном дала Нонне горячительного напитка, который моментально срубил девушку.

Она проснулась на следующий день, когда солнце было уже в зените. Чувствовала она себя гораздо лучше. Но это было не то, что ее волновало.

– А где Сережа? – первое, что произнесла Нонна, пробудившись.

Мама посмотрела на дочь грустными глазами и тихо ответила:

– Он заходил рано утром. Пытался тебя разбудить, тормошил, бил по щекам. Но ты… ты не просыпалась.

В груди Нонны что-то защемило, и вновь перед глазами промчали те моменты, когда она была счастлива со своим Сережей.

– Значит, он все-таки попрощался…»

Его звали Сережа Коршунов. Первая любовь прекрасной девушки, которую она никогда не забудет. С войны парень так и не вернулся…

Об отце Нонна в своей жизни вспоминала не так много. Виктор Константинович в военные годы ушел на фронт добровольцем, а вернулся без ноги.

Шли годы, наши войска переходили в наступление, и вот он, долгожданный день Победы – 9 мая. Это время стало не просто окончанием трудных испытаний, но и началом перемен. Сама Мордюкова также готовилась к этим переменам. Она уже успела закончить школу и не собиралась оглядываться назад. А за спиной у нее были достаточно неутешительные оценки – в основном четверки и тройки. Пятерка числилась только одна – по естествознанию. И выпускные экзамены девушка сдала с горем пополам. Так, по химии получила натянутую тройку. А за сочинение ей поставили 4/4. И это оказалось достижением. Вообще, того, что у девочки были трудности в школе, она и не скрывала. Ее даже не раз исключали из школы. Впрочем, об этом Нонна с легкостью вспоминала даже спустя многие годы:

4
{"b":"579139","o":1}