ЛитМир - Электронная Библиотека

– Извини, Владимир Сергеевич, засиделся я у тебя. Пора и честь знать.

Оставшись один, Владимир Сергеевич облегченно вздохнул и почувствовал себя свободнее.

Зазвонил телефон.

Петров снял трубку:

– Участковый инспектор капитан Петров слушает.

Но сколько он ни ждал ответа, в трубке стояла тишина.

«Может, ошиблись номером», – подумал он и вернул трубку на место.

Так и не поняв, кто ему мог позвонить, Владимир Сергеевич закурил. Выдохнув сигаретный дым в потолок, он вдруг почувствовал себя немного разбитым.

Сделав еще две полных затяжки, он поднялся из кресла, но ощутив легкое головокружение, Владимир Сергеевич опустился в него и закрыл глаза.

«И все-таки, что же так напугало Павла Егоровича? – задал он себе вопрос. – Да еще так, что тот аж побелел. Может, что-то вспомнил неприятное, а вот говорить не захотел».

Он приоткрыл глаза.

«А вот что?»

Неожиданно со стороны входных дверей послышался скрип половиц. Открыв окончательно глаза, Владимир Сергеевич чуть вздрогнул. Как ночное привидение, перед ним появился Скрябин Павел Егорович.

Вынув изо рта сигарету, Владимир Сергеевич поинтересовался:

– Что-то случилось?

– Не дойдя до дома, решил вернуться, – с какой-то отрешенностью ответил Скрябин. – Что-то меня сильно беспокоит.

Он тяжело вздохнул.

– А вот что, не пойму, – Павел Егорович ухмыльнулся. – И знаешь, Владимир, что самое интересное, все это происходит именно в твоем кабинете.

Сказав это, Павел Егорович вышел из кабинета так же неожиданно, как и пришел.

Спать расхотелось, хотя на улице уже вечерело.

Докурив сигарету, Владимир Сергеевич решил закончить работу с материалами уголовного дела, приход Игоря Юрьевича не дал ему как следует погрузиться в изучение бумаг, а теперь сколько он ни пытался на них сосредоточиться, вдуматься в смысл слов, ему это не удавалось – все мысли были почему-то заняты странным поведением Павла Егоровича, его неожиданным испугом.

Пробили куранты, на часах было двадцать два часа. Ощутив усталость и какой-то сумбур в голове, Петров поднялся и вышел на свежий воздух.

Прикрыв за собой дверь опорного пункта милиции, он решил пройти к дому Скрябина и убедиться, что с Павлом Егоровичем все в порядке.

Не спеша Владимир Сергеевич подошел к дому. Присмотревшись, он увидел, что калитка, ведущая во двор, была приоткрыта. Раскрыв ее шире, Петров вошел во двор и огляделся. Кругом стояла тишина, а в окнах не горел свет. Приблизившись к входной двери, он был удивлен, увидев на ней большой амбарный замок.

«Интересно! – подумал он. – И куда же в такое время мог уйти Павел Егорович?»

Постояв несколько минут в раздумье, Владимир Сергеевич решил вернуться к себе в опорный пункт: ждать Павла Егоровича было бессмысленно.

Часы пробили полночь. Петров спрятал уголовное дело в сейф.

Не создавая лишнего шума, Владимир Сергеевич открыл входную дверь и вошел в коридор своей квартиры. Сбросив с ног туфли, он заглянул на кухню.

Безумно хотелось есть.

Негромкие шаги в зале заставили его вздрогнуть. Прошла секунда, дверь, чуть скрипнув, открылась, и в кухонное помещение вошла жена.

Внимательно посмотрев на мужа, она сказала:

– Звонил оперативный дежурный, требовал, чтобы ты срочно явился в опорный пункт милиции.

– Что-то случилось? – поинтересовался Петров. – Или дежурный подробностей не рассказал?

– Сообщил, что у тебя на участке произошло убийство. Убили какого-то Скрябина Павла Егоровича.

– Что! – воскликнул Петров. – А ведь не зря у меня весь вечер душа болела. Чувствовал, что с ним должно что-то произойти. И именно с ним.

Быстро надев только что сброшенные туфли и схватив форменную фуражку, Владимир Сергеевич выбежал из квартиры.

Глава 5

Отказавшись заходить в опорный пункт, Владимир Сергеевич решил немедленно пройти к месту, где произошло убийство.

Быстро спустившись вниз по дороге к дому, где проживал потерпевший Скрябин Павел Егорович, Петров стал искать глазами оперативную машину с прибывшей опергруппой. Однако, к его удивлению, ни машины, ни оперативной группы нигде не было.

«Или они уже побывали на месте преступления, – подумал он, – или еще не приезжали. Однако ждать нет необходимости, надо войти и осмотреть».

Теперь не теряя времени Владимир Сергеевич прошел во двор, затем остановился около чуть приоткрытой входной двери. Сквозь небольшую щель проникал какой-то непонятный зеленый свет.

Луна скрылась за тучами, и вокруг стало темно. В ночном мраке зеленое свечение усилилось и отчетливым тонким лучом проникало из-за приоткрытой двери во двор.

Так и не поняв, что же это могло быть, Петров взялся за ручку двери и открыл ее. Остановившись у порога, Владимир Сергеевич прислушался и неожиданно услышал еле уловимый скрип половиц под чьими-то ногами.

По телу пробежала нервная дрожь, волосы на голове зашевелились, Петров испугался.

«Ну и что же ты так испугался, – Владимир Сергеевич стал стыдить и укорять себя. – Тебе же это не впервой – быть в такой ситуации. А раз так, то смелее».

Поборов себя, Петров не спеша, пытаясь не шуметь, прошел в темное и сырое помещение. Протянув руку в поиске выключателя, Владимир Сергеевич вспомнил, что во всем доме за неуплату свет уже давно был отключен работниками коммунального хозяйства.

Вытянув вперед обе руки, он попытался пройти в зал, но, уперевшись во что-то твердое и теплое, Петров вдруг похолодел и испугался. Неожиданно зеленый свет ударил ему в глаза. Так и не поняв, что это могло быть, Владимир Сергеевич остолбенел, ноги отказывались двигаться, руки тряслись.

Почувствовав чье-то прикосновение, он задрожал. Задыхаясь от нехватки воздуха, Петров боялся шевельнуться. От страха внутри все пульсировало.

Вдруг послышался еле уловимый нечеловеческий смех, и тут неожиданно подул легкий теплый ветерок, который прошелся по его ногам. Петров огляделся по сторонам, но никого не обнаружив вокруг себя, не стесняясь своего позора, бросился бежать вон из дома.

Оказавшись на улице около своего опорного пункта, он тяжело вздохнул. Быстро открыв входную дверь, Петров огляделся. Убедившись, что его никто не преследует, он вошел внутрь.

Только сейчас Петров почувствовал, что вся спина его была покрыта испариной, а на лбу выступили холодные капельки пота.

Сняв с себя рубашку, которая буквально пропиталась потом, Владимир Сергеевич бросил ее на спинку стула. Почувствовав небольшой озноб, он снял с вешалки махровое полотенце.

Минуты через три спина и голова были почти сухими.

Однако успокоиться от пережитого шока было не так легко.

Он закурил.

Немного успокоившись, Петров не спеша подошел к зеркалу и взглянул на себя. То, что он увидел, поразило его. Испуганное и искаженное лицо было неузнаваемым. Глаза излучали страх.

«Необходимо лечь и как можно быстрее заснуть, – подумал Владимир Сергеевич. – А утром, естественно, все пройдет: и страх, и испуг. А кожа примет свой первоначальный цвет».

Выключив в кабинете свет, Владимир Сергеевич прилег на диван. Но, как ни пытался заставить себя заснуть, ничего не выходило, страх сковал его по рукам и ногам.

Переваливаясь с боку на бок, он никак не мог успокоиться.

«…Огни, показавшиеся вдалеке, манили к себе. Подул ветер. Не устояв на слабых ногах, он упал лицом в песок. Очнулся от непонятного шума и сильного пронизывающего холода. Вдруг из темноты донесся детский плач. Приподняв голову, он осмотрелся, однако темнота поглотила все, и за несколько метров ничего не было видно. Вновь неподалеку от него раздался плач, похожий на плач ребенка. Затем еще и еще. По телу пробежала нервная дрожь. Только сейчас он догадался, что вокруг него собралась стая шакалов. Собрав последние силы и волю, он бросился вперед, разбрасывая в стороны прохладный песок. От резкого движения закружилась голова, перед глазами поплыли темные пятна. Пролетело несколько минут. Придя в себя, он открыл глаза. Два небольших зеленых огонька упали ему на лицо».

9
{"b":"579145","o":1}