ЛитМир - Электронная Библиотека

– Это их проблема. – Юрий мягко повел дальше, выруливая к историческому центру.

– Красиво тут у вас, – вставил новичок.

– Ты еще кремль не видел. Ничего, заедем ближе к обеду. Там все равно надо инспектировать.

– Пьяных нет. Даже странно. У нас едешь в патруле – и обязательно кто-нибудь с утра уже хороший… А синего мха – почти как у нас. – Глеб перестал вглядываться в «люксометр» и вертел головой по сторонам.

– У нас не только мох. Еще грибы сумеречные.

– Правда, что ли?

– Увидишь. Они тебя тоже.

– Это как?

– Мы же в Рязани. В Сумраке грибы с глазами.

– Шутишь опять? – недоверчиво покосился на Юрия стажер.

– Не без этого. А ты нарушение пропустил…

В этот момент «люксометр» завизжал голосом отпетой истерички. Глеб даже вздрогнул. А Щукин резко, не слушая недовольных «фа-а!» соседних машин, съехал к обочине.

* * *

– …А ты говорил, пьяных нет. – Юрий вновь тронул машину. – Все у нас есть. Если поискать.

– Может, надо было только предупреждение? Для первого раза… – Глеб, свидетель резкого и неприятного разбирательства, задумчиво вертел в руках протокол, словно не решаясь сунуть его в папку. – Девчонка же его совсем легонько. Может, он даже не завяжет надолго. Да и был почти трезвый… так, после вчерашнего.

– Уже готов выгораживать! Еще один шажок не в ту сторону, Темный. – Юрий смотрел на Глеба через салонное зеркало. На ауру, раскрашенную стыдом и смятением, можно было и не глядеть. – Я тебе больше скажу. Этот мужичонка – наш человечек.

– В смысле?

– Мы его поддерживаем. Деньгами там, здоровьишко подправляем. А его задача – не завязывать и крутиться в самом центре, воображая всякую жуть от своего пагубного пристрастия, – последнее Щукин процедил сквозь зубы. – Неопытные Светлые, как та девчонка, и ведутся. У нас на город несколько таких… хм… агентов. В том числе укурыши и героинщики.

– Ну, вы даете… – Глеб подбирал слова. – Какого… зачем эти подставы?

– Про вакцинацию слышал? Это прививка для Светлых. Наполучают штрафов за мелочь – будут думать, идти ли на крупняк.

– Но ведь все равно у нас как бы паритет. Какая разница? Были бы тогда у нас права на что-то посильнее…

– Не скажи. – Юрий перестроился в крайний правый ряд. – Ответные права на что-то посильнее – это новые охотничьи лицензии вампирам и оборотням. Или на порчу. Считай – человеческие жизни. Светлые об этом часто не думают. Не всегда, по крайней мере.

– Так оборотни вроде как наши. – Глеб явно вспомнил Петруху и Старого.

– В семье не без урода. Но уроды – они и есть уроды. Нечего людей понапрасну жрать! Вампам донорскую кровь исправно выдают, а волкулакам – ампутированные руки-ноги и то, что от абортов остается…

Стажера передернуло. А ведь наверняка проходил всю эту Иную биологию, причем недавно. Не мог не знать. Хотя бы то, что оборотни вынуждены поедать свиные внутренности в сыром виде – органы очень похожи на человеческие. Тем, кто перекидывается в приматов и травоядных, конечно, проще, но и там много неаппетитного.

– Вампир может и не всего человека… – Короткевич убеждал, кажется, самого себя.

– Угу. Может. Высший. Который сотню-другую лет учился инстинкты контролировать. Ты много Высших знаешь? В России, по-моему, вообще ни одного. А остальным от сонной артерии оторваться – все равно что законченному торчку с «герыча» слезть. И оборотням – что, прикажешь на охоте людей не резать, а кусками выгрызать? Вам рассказывали, что укус оборотня не всегда обращение, но практически всегда – бешенство? У них-то самих к бешенству иммунитет, а людей заражают только так.

– Ради этого вы Светлым и не даете людей с иглы снимать? – Глеб сделал вид, что не заметил, как «люксометр» на его коленях пискнул. Впрочем, писк был слабенький, можно и проигнорировать, а потом, на досуге, изучить запись на кристалле. – Даже поддерживаете алкашей и торчков?

– «Поддерживаем» – это значит совсем не даем опуститься. А лечиться не мешаем! Мы не отнимаем у людей выбор. Мы не Светлые! Это они хотят, чтобы все маршировали к Свету ровными рядами. Дневной Дозор потому и существует, чтобы выбор был – и у нас, и у людей. Ферштейн или нихт ферштейн?

Глеб молчал. Он явно ждал чего угодно, только не таких этических вопросов. Да, парень, это тебе не Чужой на парковке.

Щукин тем временем вырулил к кремлю, притормозил у белокаменной стены. Сквозь проплешины в штукатурке были видны древние кирпичи.

– Прогуляемся, – сказал подшефному.

Тот вылез, размял суставы. «Люксометр» захватил с собой, без напоминаний догадался надеть на него иллюзию планшетника.

В глубь кремля Щукин новичка не повел, вместо того увлек за ограду, к самому валу и рву.

– Здорово! – Глеб запрокинул голову.

– Полезли? – Юрий первым начал взбираться по крутому склону.

Стажер явно не привык к таким восхождениям, к тому же старался не уронить и не повредить свою технику. Но от Щукина почти не отставал.

– Здорово… – только и сумел выговорить, оказавшись на гребне и силясь охватить взглядом окрестности.

Они двинулись по протоптанной тропинке. Несмотря на летний день и ясную погоду, людей на валу почти не было. Лишь пара девчушек почему-то в камуфляжной форме и старичок с подрамником и кистями – явно выбирал натуру для пленэра.

– А что, это вот прямо сюда монголы карабкались, когда Рязань брали? – Короткевич наверняка уже снимал в голове блокбастер.

– Нет. Это вообще не Рязань.

– Шутишь опять? – Глеб даже остановился.

– Не та Рязань. Старая – она километрах в двадцати отсюда. А город раньше назывался Переяславль-Рязанский. Его потом уже переименовали. Не все знают.

Стажер, конечно, принадлежал к «не всем».

– Как ты стал Иным? – спросил Юрий.

Про «когда» можно было и не спрашивать. Год-два назад. Потом ускоренный курс.

Глеб помрачнел.

– Да глупо как-то… Знаешь, с собой хотел покончить. Пока с духом собирался, все оттягивал, меня наставник и вычислил. Случайно.

– Наставник из Дневного?

– Ага. Замглавы.

Все было понятно. Случайность, по всей вероятности, была управляемой и хорошо подготовленной. Наставник терпеливо ждал, пока будущий ученик дойдет до грани. А может, даже подталкивал. Исподволь. Доступными средствами. Не нарушая Договора. И в нужный момент явился в качестве спасителя. А Юрий еще толковал парню про выбор.

Да уж, дозорный. Нашел тему.

Но Юрий почему-то не мог остановиться.

– Хороший наставник – это, брат, важно. У меня тоже когда-то был. Без него и меня бы тут не было. Только он, прикинь, Светлый. То есть был Светлым, а потом ушел в Инквизицию. Тогда-то мы и встретились.

– Дела… – протянул Глеб.

– Я же в дозорную школу не ходил. В специнтернате учился. Кстати, недалеко от Иванова, нас даже на экскурсию туда возили, по Золотому кольцу.

– А сразу чего не сказал?

– У тебя в детстве приводы были? Ты бы сразу начал про них в патруле болтать? Интернат – он вроде колонии. Для тех, кто Договор нарушает. У нас тогда вообще у всех мозги с приветом были. Один раз в Питер поехали, тоже на экскурсию. Нашли какую-то старинную подудень на кладбище, даже не поняли, что такое, но мощная, зараза! Силой накачались от нее под завязку, море по колено, на Дозор с Инквизицией полезли. – Юрий проследил за выражением лица стажера. Наверное, тот удивился сильнее, чем когда столкнулся с космической тварью. – Если бы не наставник, Дмитрий Леонидыч, был бы у меня пожизненный магический блок. А то и чего похлеще! Ладно, не бери в голову.

Короткевич, сунув под мышку «планшетник», восхищенно рассматривал то золоченый шпиль колокольни, то Успенский собор с непривычно синими куполами, усыпанными звездами.

– Пошли к мосту, – направил Юрий. – Там народу много, Светлые часто приходят. Сначала работа.

Склон уводил к подножию колокольни.

– А мост, кстати, в честь тебя назвали! – заметил Щукин.

– Опять шутишь… – проронил стажер, все еще находясь под впечатлением от красот.

2
{"b":"579167","o":1}