ЛитМир - Электронная Библиотека

В последующие годы мать часто говорила с Иоландой о Людовике, когда давала ей почитать письма Марии де Блуа. Но принцесса жаждала подробностей. Как он справлялся со своей непростой задачей, этот юноша с огнем в крови и с железной волей? Кто был его советчиком в Неаполе? Кто его сопровождал? Он провел столько лет на юге Апеннинского полуострова – наверняка ему будет о чем ей рассказать? Как там выглядят люди? Как они одеваются? Что едят? Какие цветы там растут? Какие птицы летают? А певчие среди них есть? А есть ли там хорошие лошади? А музыка? Трубадуры или кто-то в этом роде? Так ли красив знаменитый Неаполитанский залив, как говорят о нем поэты? А тот мощный вулкан, Везувий, – он извергался? Приедет ли за ней Людовик? Или она поедет к нему? Они поженятся в Неаполе? Она заваливала его письмами, полными вопросов, но от Людовика не приходило ответов – переписку вели только их матери.

И вот однажды, спустя три года после смерти отца, Иоланда услышала, как мать зовет ее, и почувствовала: случилось что-то важное.

– Тебе прибыл пакет из Неаполя!

Наконец-то! Иоланда торопливо открыла его, дрожа от нетерпения. Внутри было письмо, длинное письмо от Людовика.

Дражайшая моя будущая жена! – гласило оно. – После девяти лет непрерывных схваток и периодических сражений мой враг, кузен по имени Владислав Дураццо из старшей ветви Анжу, одержал над моими войсками разгромную победу. – Иоланда застыла. – Я возвращаюсь домой – пока что я больше ничего не могу здесь сделать. Мы, наконец, поженимся, и я покажу вам свои прекрасные земли – Анжу, Гиень, Мэн и Прованс; уверен, Прованс Вам особенно придется по душе. Дождитесь меня. – И подпись: — Ваш Людовик.

Она нашла в себе силы улыбнуться матери и проговорить:

– Прекрасные новости – я наконец-то выйду замуж.

Но Хуана хорошо ее знала, и Иоланда не могла скрыть от верной гувернантки некоторого разочарования. Ее рыцарь в сверкающих доспехах не смог завоевать для нее королевство, которое она уже считала своим. Она с молоком матери впитала уверенность, что Неаполь и Сицилия принадлежат Арагону, так же как Людовик не сомневался, что этими землями должны владеть Анжу. Во время помолвки эта ситуация казалась ей очень сложной, но она уже давно разобралась в ее хитросплетениях. Последняя королева Сицилии, Джованна I, отвратительная старая карга, назвала наследником своего кузена из династии Арагон, но незадолго до смерти лишила его наследства в пользу Людовика Анжуйского. Иоланда знала даже, что об оставшемся ни с чем Владиславе Дураццо поговаривали, будто он задушил королеву Джованну, зажав ее между двумя перинами, чтобы на теле не осталось следов. Затем он заявил свои права на трон Сицилии, но скончался, и законным наследником стал Людовик I. Это была и вправду очень запутанная история, и противостояние между наследником дома Дураццо и отцом ее Людовика продолжалось до тех пор, пока отец этот не умер при загадочных обстоятельствах. Людовик II, ее Людовик, при первой же возможности вернулся в Неаполь и девять лет после помолвки провел в сражениях, пытаясь отвоевать то, что считал своим по праву. И теперь после стольких лет он отступал – и ей надо было радоваться браку с человеком, который разрушил ее мечты? Ни материнская ласка, ни предсвадебная суета не могли развеять ее тоску. Не удавалось это даже карлице Пепите, как бы та ни старалась вызвать у Иоланды улыбку. Пепита разминала принцессе спину и плечи, заплетала ее длинные волосы в косу, которая доходила до самых колен, укладывала эту косу ей вокруг головы наподобие короны, но Иоланда была погружена в мрачные мысли о своей участи.

В течение последних девяти лет Иоланда получала известия обо всех действиях обоих соперников – спасибо письмам Марии де Блуа – и никогда не сомневалась в успехе Людовика. Он казался таким уверенным, его характер и вера, судя по рассказам, были столь крепки, что она убедила себя в его победе. Она часто воображала их с Людовиком в Неаполе, где они будут полноправной королевской четой. За время, проведенное на Апеннинском полуострове, он выиграл несколько битв, а потом, словно гром среди ясного неба, грянуло известие о его поражении. Неужели война окончена – или он просто решил сделать передышку? Была ли их намеченная свадьба лишь способом получить подкрепление, воспользовавшись ее наследством, еще для одной попытки отвоевать итальянские земли?

Иоланда поняла, что вообще ничего не знает об этом человеке. Остался ли он тем отважным юным богом, в которого она так долго верила? Или на самом деле он неудачник, не способный вызвать ее восхищение?

Глава 2

Листья по-прежнему золотятся и тихо опадают, когда они добираются до Перпиньяна. Это последняя остановка Иоланды на родной земле. К ее удивлению, она не испытывает беспокойства, лишь предвкушение чего-то приятного – или все дело в красоте осени и в легком ветерке, который подгоняет ее любимую кобылу?

Иоланда наслышана о Перпиньяне как о городе необычайно искусных ремесленников, городе с богатой историей – он не раз переходил от Арагона к Франции и обратно. Поэтому сейчас она зачарованно озирается, почти позабыв, зачем она здесь. Но стоит принцессе Арагона въехать во Францию, как ей тут же напоминает об этом младший брат ее нареченного, Карл Анжуйский, принц Тарентский, который будет сопровождать ее в пути через Лангедок. Он прибывает с большой свитой на отборных конях – кони всегда привлекают ее внимание, – и французские придворные вслед за своим предводителем выражают ей свое почтение.

– Приветствую вас, благородная госпожа и моя будущая невестка, – говорит он с лукавой улыбкой и взмахивает шляпой с перьями, перегнувшись через шею своего великолепного скакуна. И выпрямляется, весело рассмеявшись. Хуане он кланяется еще ниже (а улыбка его при этом еще ехиднее), и удивленная Иоланда едва сдерживает смех. Хуана, поймав ее взгляд, красноречиво смотрит на принцессу: мол, если ее жених так же хорош собой и хотя бы вполовину так весел, как его брат, то Иоланде повезло с будущим мужем. Карл – очень разговорчивый собеседник; он едет рядом с принцессой и без умолку болтает. Он ее ровесник, и Иоланда находит его очень забавным.

– Какая у вас дивная резвая кобыла, моя принцесса! Можно ли на ней прокатиться?

– Конечно же, нет! – возражает Иоланда. – Уверена, вы на ней ускачете, и мне только и останется, что ваш огромный боевой конь.

Карл хохочет и так сильно хлещет кобылу Иоланды своим кнутом, что та резко бросается вперед; принц, не переставая смеяться, припускает на своем коне следом – к удивлению всей свиты, которая не привыкла видеть, чтобы с их принцессой так обращались.

– Ха! – кричит он, пока они скачут бок о бок. – Думаете, мой скакун не чета вашей кобыле? Посмотрим, кто быстрее доберется вон до того дуба!

И, к огромному неудовольствию Иоланды, он приходит первым.

– Не стоит судить по наружности, – смеется Карл, останавливая своего скакуна. – Может, мой конь и предназначен для того, чтобы выдерживать вес брони, – но еще и для того, чтобы при необходимости унести меня прочь!

То, как он глядит на Иоланду из-под длинных темных ресниц, очень смущает принцессу. На губах у него вечно блуждает улыбка, взгляд так и дразнит. Хуана видит, что ее воспитанница очарована этим юным французским принцем, и только ее строгий взгляд приводит девушку в чувство.

Они направляются в Арль, прежнюю столицу Прованса, где пройдет свадебная церемония. Иоланда много слышала об этом городе, который был очень влиятельным во времена римлян и до сих пор был полон античных руин.

– Расскажите мне об Арле, – просит она Карла, и тот рассказывает – с таким воодушевлением, что Иоланда отмечает про себя: надо обязательно увидеть все римские постройки – театр, амфитеатр и древние городские стены. – Возможно, ваш брат как-нибудь вернется сюда со мной – здесь столько всего стоит посмотреть!

4
{"b":"579173","o":1}