ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Мотив 2

Пленение юного Олава на пути в Гардарики

Источники:

HN (с. XVII. 1–6)

Ágrip (к. 17)

ÓTOdd А (к. 7)

ÓTOdd S (к. 6)

Fask (к. 23)

ÓTHkr (к. 6)

ÓTM (к. 46)

Мотив о бегстве младенца Олава на Русь представлен с вариациями в семи источниках. В. Бэтке полагает, что, вероятно, в основе лежит тот исторический факт, что Олав воспитывался на Руси (Baetke 1973 в. S. 309). По мнению А. Бугге, о детстве и юности Олава Трюггвасона достоверно известно не больше, чем это формулирует «Красивая кожа»: «в детстве отправился со своей матерью в неизвестные земли» (Bugge 1910. S. 2). Т. М. Андерссон предполагает существование устных источников, общих для норвежских кратких обзоров («синоптиков» – см. о них во Введении), а также использованных монахом Оддом в рассказах о детстве Олава Трюггвасона, вплоть до его мести убийце своего воспитателя (мотивы 2–4) (Andersson 2003. Р. 13–14). Подробнее о мотиве преследования сыновей конунгов в исландских сагах см.: Ármann Jakobsson 2004.

Г. Джоунз, рассматривая мотивы в «Саге об Олаве Трюггвасоне», достойные и не достойные доверия, заключает, что мы можем верить в то, что мать Олава и его родственники отправили его, из соображений безопасности, на Русь, поскольку «правящая династия там была шведского происхождения, и северные связи, хотя и ослабевшие, еще существовали» (Jones 1968а. Р. 17). Я тоже склонна признавать факт пребывания Олава Трюггвасона на Руси, но на другом основании. Дело в том, что существует источник, его подтверждающий, а именно виса Халльфреда Трудного Скальда из его поэмы об Олаве, сочиненной в 996 г., т. е. при жизни Олава. (См. мотив 9 и комм, к нему. Подробнее см.: Джаксон 1991а. С. 70–108.)

Наиболее подробно бегство Олава описано у Одда. В одном пункте у него имеется существенное отличие от «Истории Норвегии» и «Обзора»: только у Одда (но из его саги заимствует Снорри) Астрид сама отправляется вместе с Олавом. В этом, по мнению Бэтке (Baetke 1973b. S. 309), можно увидеть стремление Одда приблизить рассказ о бегстве Олава к библейскому рассказу о бегстве в Египет. Это широко распространенная точка зрения (ер.: Knirk 1981. Р. 172). Так, Э. Гордон приводит библейские параллели к саговым текстам (Gordon 1938. S. 40^41). В саге (ÓTOdd S, гл. 6) Хакон Старый говорит, отправляя на Русь Астрид с Олавом: «и я предчувствую, что там будет расти сила этого мальчика». См. о рождении Христа в Библии: «И ты, младенец, наречешься пророком Всевышнего, ибо предъидешь пред лицем Господа – приготовить пути Ему…» (Лк 1, 76). Говоря о пленении Олава эстами, автор сам проводит прямое сравнение с Библией (ÓTOdd А, гл. 7): «Но Бог, который не хочет, чтобы скрывались честь и слава его друзей, как не должен свет скрываться во тьме, сделал тогда великой славу этого молодого человека и освободил его из этой неволи, как в былые времена освободил он Иосифа». (Быт 39, 1: «Иосиф же отведен был в Египет; и купил его из рук Измаильтян, приведших его туда, Египтянин Потифар, царедворец Фараонов, начальник телохранителей».)

Утверждая, что рассказ о бегстве Олава связан с рассказом о бегстве в Египет (Baetke 1973b. S. 309), Бэтке полагает, что ярл Хакон играет в этой истории роль царя Ирода, преследователя младенца, для каковой роли Гуннхильд не годится. Снорри, по его мнению, устранил данную неловкость тем, что заменил ярла Хакона на какого-то другого человека с тем же именем: «предводителем их был могущественный муж, друг Гуннхильд, по имени Хакон» (КЗ. С. 98). Аналогично и

Т. М. Андерссон считает, что рождение Олава смоделировано Оддом по образу рождения Христа (Andersson 1978. Р. 145). Л. Лённрот, однако, утверждает, что (иностранные) легенды о святых (равно как и Библия) оказали влияние на сагу об Олаве Трюггвасоне еще до Одда (Lönnroth 1963. S. 72). В частности, он отмечает, что история о том, как Бог спас мальчика Олава из плена в Эйстланде, явно была известна автору «Обзора»: «Но Бог, который избрал этого ребенка для лучшей участи, дал ему свободу…» – начальные слова гл. 18 (мотив 3). Ср. две группы текстов, по С. Багге, содержащих несовпадающие сведения о раннем периоде жизни Олава: «История Норвегии» и «Обзор», восходящие к труду Ари Мудрого, с одной стороны, и «История» Теодорика и сага Одда, восходящие к сочинению Сэмунда Мудрого, – с другой. По мнению этого исследователя, существование общей версии, разделившейся позднее на две, крайне гипотетично, в то время как наличие двух близких, но различающихся версий одних и тех же событий указывает на длительное развитие традиции. Параллельное существование на раннем этапе становления письменности устных и письменных текстов об одном и том же лице или событии может служить объяснением переплетения в ранней истории Олава устной традиции и клерикального знания (Bagge 2006).

Весьма важен вывод Лённрота, что нельзя возвращаться к тезису Бугге (Bugge 1908; Bugge 1910) о том, что саги о юношеских годах Олава связаны с английским героическим сказанием о Хавелоке из Гримсби. Сходство еще не говорит об их связи. Одно очевидно – что рассказ о юности Олава состоит из саг, которые исходно к самому Олаву отношения не имеют. В частности, рассказ о пиратах построен по примеру византийских романов (Lönnroth 1963. S. 89). Того же мнения придерживается и Т. Д. Ульсен, утверждающий, что сходство имен двух Олавов позволило перенести исторические и легендарные черты из истории Олава Святого на Олава Трюггвасона, а рассказ о детстве этого последнего строится по схеме, характерной для «византийских романов путешествий и узнаваний» (Olsen 1965. S. 52–53). Лённрот находит также параллели между рассказами о детстве Олава и английского короля Эдуарда Исповедника, который со своей матерью Эммой бежал в Нормандию после датского нападения на владения его отца короля Этельреда (Lönnroth 1963. S. 80).

{i} Астрид / Ástríðr (ÓTOdd А, ÓTOdd S, Fask, ÓTHkr, ÓTM); Эстрид / Æstríðr (Agrip). Æstríðr в «Обзоре» – это либо датская форма, в отличие от норвежско-исландской, либо описка писца; два других женских имени с тем же корнем в «Обзоре» начинаются cÁst- (см.: Finnur Jónsson в издании 1929 г., примеч. на с. 19).

{ii} бежала Эстрид… на Оркнейи с трехлетним Олавом (Agrip). Оркнейские острова названы не только в «Обзоре», но и в «Истории Норвегии» (Оркады), но там бегство – до рождения Олава. Иная география в «Круге земном»: Астрид бежала «на одно озеро», где «на каком-то островке» родила Олава; там она «провела лето», а осенью перебралась со своими людьми в Опростадир к Эйрику, своему отцу; оттуда она отправилась в Швецию к Хакону Старому. Однако важнее детали хронологические, а не географические. Будущий норвежский конунг Олав Трюггвасон получает имя своего деда – Олава, сына Харальда Прекрасноволосого, отца конунга Трюггви. И это свидетельствует о том, что из всех источников (см. также комм, к мотиву 18) ближе к истине «Обзор» и «История» Теодорика (Agrip, к. 17; Theodoricus, с. IV), указывающие на рождение Олава до гибели конунга Трюггви, поскольку в Скандинавии ребенок, родившийся от умершего отца, непременно должен был получить его имя (см.: Storm 1893а. S. 214; Driscoll 1995. Р. 93, note 50).

(iii} пробыли 2 года у Хакона Старого (ÓTOdd А); пробыли 3 года у Хакона Старого (ÓTOdd S); К тому времени она пробыла… у Хакона Старого два года (ÓTHkr, ÓTM). «Три года» в этом месте редакции S перевода саги Одда, видимо, ошибка писца, поскольку ниже (в гл. 16) будут названы те же «два года», что и во всех прочих источниках. Хронологические вехи жизни Олава Трюггвасона см. во Введении к настоящей Главе и в комм, к мотиву 18.

{iv} Олаву… было тогда три года (ÓTHkr, ÓTM). Согласно анналам, Олав пленен в Эйстланде в 971 г. Хронологические вехи жизни Олава Трюггвасона см. во Введении к настоящей Главе и в комм, к мотиву 18.

64
{"b":"579194","o":1}