ЛитМир - Электронная Библиотека

Рыс взял паузу, чтобы переждать, пока схлынет волна неизбежных воплей «позор!» и «врешь!» и прочий шлак мучительных переговоров, и потом продолжил:

– Да, я вижу, Альбрехт Альбрехтсон. Предоставляю тебе слово.

Пожилой гном, который в свое время был фаворитом предвыборной гонки, учтиво сказал:

– Ваше высочество, вам известно, что мне не слишком-то по нраву ни то, как меняется этот мир, ни ваши чересчур прогрессивные идеи, но даже я пришел в ужас, обнаружив, что радикальные граги продолжают устраивать набеги на семафоры.

Король возмутился:

– Они в своем уме?! После сообщения из Анк-Морпорка о нападениях на башни мы ясно дали понять и членам совета, и всем гномам, что этот идиотизм должен немедленно прекратиться. Это еще хуже, чем нугганиты[21], которых я тоже ни в коем случае не оправдываю – они абсолютные и беспрецедентные психи.

Альбрехт откашлялся и сказал:

– В таком случае, ваше высочество, я считаю своим долгом полностью принять вашу сторону. Возмутительно, что все зашло так далеко. Кто мы, если не существа, способные к разговору, а грамотный разговор – это дар, который должны ценить существа во всем мире. Никогда не думал, что скажу такое, но от новостей, которые я слышу в последнее время и которым, по идее, должен радоваться, мне стыдно зваться гномом. У нас есть свои различия, и правильно, и так и должно быть. Диалог и компромисс – два краеугольных камня в мире политики, но здесь и сейчас, ваше высочество, вы можете заручиться моей полной и безоговорочной поддержкой. А что до тех, кто стоит у нас на пути, чума на них. Слышите? Чума!

Гвалт гвалту рознь, и поднявшийся после этих слов шум не утихал еще долго.

В конце концов Альбрехт Альбрехтсон опустил свой топор на стол, расколов доску сверху донизу, и меж гномов воцарилась испуганная тишина. Тогда он сказал:

– Я поддерживаю своего короля. Для того и нужны короли. Чума, я сказал. Чума. И гинунгагап всем, кто скажет иначе.

Рыс Рыссон отвесил поклон старому гному:

– Благодарю тебя, друг, за твою поддержку. Моя тебе вечная благодарность. Я перед тобой в неоплатном долгу.

Внимательному наблюдателю могло бы показаться, что король-под-горой в этот момент стал чуть выше ростом. За всем этим многоголосием (а нет многоголосия более кипучего, чем гномье) король почувствовал странный прилив сил и такую легкость, как будто невидимые газы, которые залегают вокруг кратера Пятого слона, приподняли его над землей. Королю показалось, что члены его совета вдруг задумались, всерьез задумались, а еще они прислушивались – всерьез прислушивались. И наконец пробовали мыслить творчески.

Рыс продолжал:

– Неспроста в Анк-Морпорке живет больше гномов, чем здесь, в Убервальде. И мы сегодня знаем, сколько наших братьев эмигрирует во владения алмазного короля троллей. Что же получается? Наш исконный враг стал теперь другом для тех, кто бежит, скрываясь от граговских приспешников.

Как он и предвидел, многоголосие еще умножилось: упрямцы бурлили ненавистью, бурлили несогласием, бурлили желчью.

– Я могу вас заверить, – продолжил Рыс, – что история пройдет прямо по головам вздорных гномов, и я отказываюсь стоять в стороне. Я не позволю нашей истории завершиться низведением гномьей расы до статуса разгневанных б’зугда-хьяра! Я ваш король по праву, избранный законно, со всеми должными ритуалами. Я был коронован на Каменной Лепешке в соответствии с традициями, восходящими к временам Б’хриана Кровавого Топора, и я буду исполнять свой священный долг. Я объявляю грагов и их прихвостей д’храраками и не стану больше терпеть их пагубных учений. Я король, и я буду королем!

Гвалт возобновился как всегда, но Рысу показалось, что гномы за столом остались довольны. А потом его взгляд упал на Пламена, и ощущение торжества слегка ослабло, когда он подумал: «Рано или поздно, дражайший господин Пламен, придется мне с тобой разобраться».

Лорд Витинари невозмутимо прочел заголовок в «Правде»: «ПРОЕКТ «ЛОКОМОТИВ» ОПАСЕН ДЛЯ ЗДОРОВЬЯ», – а ниже, шрифтом поменьше: «сообщают источники». Когда он будет разговаривать с издателем, то будет так же невозмутим. Патриций, конечно, знал, что при любой перемене найдется тот, чьи чувства она оскорбляет; не приходилось сомневаться, что свежеиспеченное железнодорожное предприятие не могло не попасть под прицел.

– Оказывается, – заметил лорд Витинари Стукпостуку, – ритмичный стук вагонов по рельсам приведет к моральному разложению. Так утверждает господин Реджинальд Стиббингс из Сестер Долли. – Витинари дал знак одному из темных клерков. – Джеффри, что нам известно о господине Стиббингсе? Можно ли назвать его… экспертом в области морального разложения?

– Стиббингс с Гравейчатой улицы, милорд? Известно, что у него есть молоденькая любовница, сэр. Девица, прежде танцовщица из клуба «Розовая киска», о ней там отзывались самым лучшим образом, насколько мне известно.

– Вот как? Значит, и впрямь эксперт. – Витинари вздохнул. – Хотя едва ли это мое дело – следить за личной жизнью своих подданных.

– Милорд, – вмешался Стукпостук. – Будучи тираном, вы именно этим и занимаетесь.

Витинари наградил секретаря взглядом, для которого ему не пришлось непосредственно поднимать бровь, но все намекало на то, что она поднимется, если адресат не перестанет испытывать судьбу. Витинари потряс перед Стукпостуком газетой и продолжил:

– А вот госпожа Баскервиль с Персиковопирожной улицы уверяет, что юные барышни, путешествующие поездом, рискуют оказаться рядом с сомнительными джентльменами. – Тут он ненадолго задумался. – Впрочем, в этом городе перспектива оказаться рядом хоть с каким-нибудь джентльменом выглядит весьма оптимистично. Но в чем-то она права. Пожалуй, благоразумнее устроить отдельные купе только для дам. Подозреваю, госпожа Юффи Король это одобрит.

– Как всегда, блестящая идея, сэр.

– А что у нас здесь? Капитан Слоп крайне обеспокоен скоплением вредных газов в окрестностях железной дороги?

Лорд Витинари резким жестом закрыл газету и воскликнул:

– Жители Анк-Морпорка и так живут в скоплении тошнотворных газов! Они у них в крови. Они мало того что живут с ними, но еще и усердно увеличивают их объем. Похоже, капитан Слоп принадлежит к числу тех людей, которым ни за что не понравится железная дорога. Далее он предполагает, что у овец станут случаться выкидыши, а лошади перемрут от истощения… Да уж, складывается впечатление, что капитан Слоп полагает железную дорогу концом света. Но ты знаешь мой девиз, Стукпостук: глас народа – глас богов.

Стукпостук убежал отсылать клик издателю «Правды», а патриций подумал: забавно, жители Анк-Морпорка упорно настаивают, что не любят перемен, а сами намертво приклеиваются к любому новому увеселению и занятию, какое попадется им на глаза. Ничего толпа не любила так, как новшества. Лорд Витинари вздохнул. О чем люди вообще думают? Сегодня все без исключения пользовались семафорами, даже дряхлые старушки, которые кликами посылали ему жалобы на бессмысленные нововведения, напрочь не видя в этом иронии. Погрузившись в меланхолию, он осмелился спросить себя, вспоминали ли они когда-нибудь о временах, когда введения были старыми или вообще не вводились, в отличие от современности, когда нововведенчество достигло своего апогея. Нововведения происходили, чтобы остаться, думал Витинари. Но вот что еще интересно: кто-нибудь когда-нибудь вообще думал о себе как о новаторе?

С другой стороны, его светлость очень даже видел смысл в возницах и представителях прочих профессий, которые, если верить «Правде», уже сейчас опасались, что дело всей их жизни погибнет у них на глазах, когда железная дорога выйдет в массы, а что в такой ситуации должен сделать заботливый правитель?

Витинари вспомнил, сколько жизней было спасено с помощью семафоров, и не только жизней – семей, репутаций и даже престолов. Клик-башнями теперь был усыпан весь континент по эту сторону Пупа, и в донесениях от Доры Гаи Ласски патриций читал, сколько раз семафорщики замечали пожары еще в зачатке, а однажды, у границ Щеботана, даже засекли кораблекрушение в открытом море. Семафорщики кликом сообщили об этом управляющему ближайшего порта и спасли всех пострадавших.

вернуться

21

Не путать с Рыцарями Нуги, прославленными в гномьей мифологии первопредками, которые на заре времен сотворили паточные залежи и прочие подземные сладости.

15
{"b":"579210","o":1}