ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Шестая жена
Где живет моя любовь
Шпага императора
Безумное искусство. Страх, скандал, безумие
Луч света в темной коммуналке
Конан Дойль на стороне защиты
Дом кривых стен
За тобой
Принципы. Жизнь и работа
A
A

За последние двадцать лет постколониальная критика сложилась в ясное направление гуманитарного знания. Переработанные диссертации публикуются одна за другой, в первую очередь в редактируемой Дональдом Пизом серии “New Americanists” (Duke University Press). Так, в 2005 г. впервые за 30 лет вышла новая книга о доктрине Монро, выполненная, впрочем, в жанре литературоведения. Она посвящена случайно избранным сопоставлениям образов из, к примеру, романа Лидии Чайльд (1802–1880) «Хобомок» (1824) и программной речи Джона Куинси Адамса от 4 июля 1821 г. в самых произвольных интерпретациях. Самостоятельно, без разъяснений автора, даже самый искушенный читатель не уловит, скажем, империалистический замысел «Дома о семи фронтонах» (1851) Натаниела Готорна (1804–1864) или риторику американской исключительности и скрытый расистский (и «сексистский») смысл в романе Чайльд о браке добродетельного индейца и белой женщины. Тем более непонятно, каким образом этот роман связан с доктриной Монро[130].

Без ссылок на Эдварда Саида не обходится в последние пятнадцать-двадцать лет почти ни одно американское исследование литературы путешествий, отношений мира более развитого с точки зрения современной цивилизации со странами, известными как «отсталые»[131]. Такое отношение к авторитету, напоминающее вульгарный советский марксизм, является следствием политизации гуманитарного знания и ведет к падению качества исследований. Так, один из видных представителей постколониальной критики аргентинец Рикардо Сальваторе в своей статье об образе Латинской Америки в США в 1810 – 1860-е гг. причисляет к литературе путешествий очерк Джона Найлса – коннектикутского политика, который никогда не был даже в Мексике[132]. Автор никак не обосновывает ни хронологические рамки работы, ни выбор текстов для анализа.

Постколониальную критику отличают характерные недостатки любой политизированной теории, неважно какого толка, правого или левого. Стремление во что бы то ни стало разыскать в изучаемой реальности требуемый «ориентализм» само по себе довольно смешно. Исследователи увлеченно ищут в исследуемых текстах сравнений Латинской Америки с Востоком, теряя необходимые гуманитарию выдержку, самоиронию и чувство юмора. Можно ведь найти и иные сопоставления – допустим, британский путешественник Бэзил Холл (1788–1844) сравнивал с мусульманским купол массачусетского Стейт-Хауса – копии, кстати, лондонского Сомерсет-Хауса! – на фешенебельном бостонском Бикон-Хилле[133]. Наконец, опровергая все «мифы», «дискурсы» и «метанарративы», «новые американисты» остаются, на наш взгляд, верны главному мифу современной цивилизации – либеральному мифу прогресса, не выходя тем самым за интеллектуальный горизонт западного среднего класса.

Большим познавательным потенциалом обладают, на наш взгляд, призывы к «международной» и «транснациональной истории» (International History, Transnational History) – то есть истории, где государственные границы не являются непреодолимым препятствием для исследователя[134]. В применении к Новому времени примерно до 1820-х гг. такой замысел реализуется в популярной нынче «истории Атлантического мира» (Atlantic History, History of the Atlantic World)[135]. Одним из первых и лучших образцов «атлантического подхода» к проблемам данного исследования стала монография Пегги Лисе, где политическое и идеологическое брожение эпохи Просвещения рассматривается в теснейшей связи с развитием мировой торговли в Северной и Южной Америке вплоть до сер. 1820-х гг.[136]

В той же издательской серии, что и исследование Лисе, вышла яркая книга старейшего латиноамериканиста США Джона Джонсона (1912–2004). Автор рассматривает важнейшие внутренние (индустриализация, колонизация Запада, отношение к католицизму и монархии, этнорасовые предрассудки) и внешние (действия Англии и самих латиноамериканских государств) причины, которые влияли на становление политики США в молодых государствах полушария. Задача исследователя – объяснить наступившее к концу 1820-х гг. отчуждение североамериканцев по отношению к южным соседям[137].

В целом же пренебрежение исследователей дипломатической историей США конца XVIII – первой половины XIX вв. ярко выделяется на фоне тех огромных успехов, которые были достигнуты в изучении ранней республики в последние десятилетия. Теперь историки совсем иначе, чем пятьдесят лет назад, представляют молодые Соединенные Штаты. В нашем распоряжении монографии о формировании североамериканского национального самосознания[138], политической экономии[139], «рыночной революции»[140], войне[141], классическом республиканизме и федерализме[142], публичной риторике и идеологии[143].

Особый интерес вызывает изучение «общественного пространства» (public space/sphere, espace publique, Offentlichkeit) ранней республики[144]. В самые последние годы молодые авторы успешно стремятся вписать политическую историю в контекст «общественного пространства», неуклюже окрестив такое направление «новой новой политической историей» (New New Political History)[145]. Хотя это терминотворчество представляется едва ли не рекламным трюком, очевидно, что сфера политического в ранней республике явно выходила за рамки избирательного процесса и властных решений. Подобный подход к внешней политике обещает плодотворные результаты. Серьезное исследование Роберто Романи про европейские трактовки «национального характера» (причины его изменчивости или устойчивости) кажется нам более подходящим для анализа начала межамериканских отношений, нежели «Ориентализм» Эдварда Саида[146].

Подведем итоги. Обзор историографии помогает понять, в каком направлении следует, на наш взгляд, идти исследователям: с одной стороны, нужно теснее связать дипломатическую историю США с «внутренней» (социально-экономической, политической, культурной и интеллектуальной) историей США, а с другой – вписать внешнюю политику республики в самый широкий контекст международного развития в целом, действительно сделав ее частью «международной истории» (International History). Наконец, международные отношения стоит трактовать предельно широко, как действительно отношения народов, а не только правительств. Блестящие примеры таких исследований существуют – это упомянутые нами книги Уитекера, Мэя, Лисе, Стэгга.

Мы никоим образом не претендуем на то, что выполнили такую программу, но по крайней мере наметили образец и оцениваем недостатки работы, исходя именно из этих критериев.

Глава I

«Второе открытие Америки»? Между иллюзиями и скепсисом, 1815–1822

США и борьба Латинской Америки за независимость, 1815—1830 - i_003.jpg

Как создавался образ Латинской Америки в США: парадоксы «черной легенды»

и классический республиканизм

Вплоть до конца XVIII в. англосаксонский мир был крайне слабо осведомлен о событиях в испанских и португальских колониях. Огражденная системой монополий, Латинская Америка была закрыта от взоров путешественников и купцов – торговать с колониями могли соответственно лишь Кадис и Лиссабон. Легенды о невиданных богатствах Америки распаляли воображение предприимчивых англичан и янки, чьи торговые аппетиты сдерживались меркантилизмом метрополий. В контрабандной же коммерции царили голландцы. Затем положение начнет меняться: с 1778 г. Испания разрешила иностранную торговлю со своими колониями (правда, только через Кадис), а с 1797 г. и вовсе пошла на радикальные меры, допустив нейтральные суда в большинство американских портов. Пользуясь защитой Англии, Португалия удерживала монополию вплоть до 1808 г.[147]

вернуться

130

Murphy G. Hemispheric Imaginings: The Monroe Doctrine and Narratives of U.S. Empire. Durham (N.C.), 2005.

вернуться

131

О США и Латинской Америке см., например: Hayward J. Introduction // Graham Μ. Journal of a Residence in Chile during the Year 1822, and a Voyage from Chile to Brazil

in 1823. Charlottesville (Va.), 2003; Pirez-Mejia A. A Geography of Hard Times: Narratives about Travel to South America, 1780–1849 / Transl. by D. Chester. Albany (N.Y.), 2004 (Spanish ed. – 2002).

вернуться

132

Salvatore R. North American Travel Narratives and the Ordering/Othering of South America (c. 1810–1860) // Journal of Historical Sociology. Vol. 9. № 1 (Mar. 1996).

вернуться

133

Hall B. Travels to North America in the Years 1827 and 1828. Philadelphia, 1829. Vol. I. P. 274. Между прочим, Холлу очень понравился Бостон, где он, конечно, не чувствовал себя в экзотическом «ориентальном» окружении.

вернуться

134

См.: Palgrave Advances in International History / Ed. by Patrick Finley. Houndmills, 2005. Cp.: AHR Conversation: On Transnational History // AHR. Vol. 111. № 5 (Dec. 2006);

Graser М. World History in a Nation-State: The Transnational Disposition in Historical Writing in the United States // Journal of American History. Vol. 95. № 4 (Mar. 2009).

вернуться

135

Идея писать единую историю Нового Света и связанных с ним метрополий принадлежит Джеку Грину (Университет Джонса Хопкинса) и Бернарду Бейлину (Гарвардский университет). В Гарварде с 1995 г. проходят ежегодные семинары по отдельным проблемам «истории Атлантики». О современном понимании «атлантических революций» см.: Greene J. Р., Knight F. W., Guedea V, Rodriguez О., /. AHR Forum: Revolutions in the Americas // AHR. Vol. 105. № 1 (Feb. 2000). P. 92 – 152; Adelman J. An Age of Imperial Revolutions // AHR. Vol. 113. № 2 (Apr. 2008); Langley L. D. The Americas in the Age of Revolution, 1750–1850. New Haven (Ct.), 1996; Idem. The Americas in the Modern Age. New Haven (Ct.), 2003.

вернуться

136

Liss P. K. Atlantic Empires: the Network of Trade and Revolution, 1713–1826. Baltimore (Md.), 1983.

вернуться

137

Johnson J. J. A Hemisphere Apart: The Foundations of United States Policy toward Latin America. Baltimore (Md.), 1990.

вернуться

138

Особенно: DangerfieldG. The Awakening of American Nationalism. 1815–1828. N.Y., 1965; Appleby J. Inheriting the Revolution: The First Generation of Americans. Cambridge (Ma.), 2000.

вернуться

139

McCoy D. R. The Elusive Republic: Political Economy in Jeffersonian America. Chapel Hill (N.C.), 1980.

вернуться

140

Sellers Ch. The Market Revolution: Jacksonian America, 1815–1846. N.Y., 1991.

вернуться

141

Stagg J. C. A. Mr. Madison's War: Politics, Diplomacy, and Warfare in the Early Republic, 1783–1830. Princeton (N.J.), 1983.

вернуться

142

Onuf P., Onuf N. Federal Union, Modern World: The Law of Nations in an Age of Revolution, 1776–1814. Madison (Wise.), 1993. На интеллектуальные корни классического республиканизма обратили внимание Бернард Бейлин, Гордон Вуд, Джон Покок.

вернуться

143

Robertson A. W. The Language of Democracy: Political Democracy in the United States and Britain, 1790–1900. Charlottesville (Va.), 2005 (1st ed. – 1995).

вернуться

144

Термин восходит к немецкому философу, выходцу из Франкфуртской школы Юргену Хабермасу, который обозначил понятием “Offentlichkeit” информационный мир, созданный буржуазией Просвещения. Книга Хабермаса “Strukturwandel der Offentlichkeit” вышла в 1962 г., но была переведена на английский язык только в 1989 г., после чего в кругу исследователей ранней республики начался настоящий взрыв интереса к этой концепции, во многом перекликающейся с понятием «гражданского общества». См., например: Alternate Histories of the Public Sphere (Forum) // William and Mary Quarterly. 3rd series. Vol. 62. № 1 (Jan. 2005). Об информации см.: John R. Op. cit.; Brooke J. L. Op. cit.

вернуться

145

Beyond the Founders: New Approaches to the Political History of the Early American Republic / Ed. by Andrew Robertson, David Waldstreicher, Jeffrey. Chapel Hill (N.C.), 2004. «Новая новая политическая история» – очевидный ответ на «новую политическую историю» с ее вниманием к количественным методам и статистике.

вернуться

146

Romani R. National Character and Public Spirit in Britain and France, 1750–1914. Cambridge, 2002.

вернуться

147

См.: Whitaker А. Р. The United States and the Independence of Latin America, 1800–1830. Baltimore (Md.), 1941. P. 2 – 22; The North American Role in the Spanish Imperial Economy, 1760–1819 / Ed. by Jacques A. Barbier, Allan J. Kuethe. Manchester, 1984.

9
{"b":"579228","o":1}