ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
После – долго и счастливо
Внутренняя инженерия. Путь к радости. Практическое руководство от йога
Архимаг ищет невесту
Тайна таежной деревни
Обыденный Дозор. Лучшая фантастика 2015 (сборник)
Мертвый месяц
17 Писем Любви каждой девочке, девушке, женщине
Кошмар на улице дачной
#они любили в интернете
A
A

 И как только я это читаю, идея быть с ним исчезает.

– Марли, я уверена, что он в конце концов позвонит, – говорит Лекси, прежде чем сделать глоток вина. Она приехала сегодня утром на выходные. Этот «позволь мне убедиться, что с тобой все порядке» визит, замаскирован под «сюрприз! я приехала в гости, потому что мне нужно купить кое-что в Нью-Йорке». Меня всегда подбадривает общение с Лекси, так что я рада, что она здесь. Мы как инь и ян.

 Я вывернула перед ней свою душу, пока мы ужинали пиццей и вином. Хорошее вино «Pinot Grigio», любимое вино Хьюстона, делает мрачным мое настроение, пока я мысленно устремляюсь к нему.

 Я отталкиваю стул и беру наши тарелки.

– Может быть, – говорю я. – Я не уверена.

Прошло несколько дней с тех пор, как я узнала правду о Хьюстоне.

Он нашел преподавателя на замену себе, и нам сообщили, что он не вернется в этом семестре. Я буквально следила за его квартирой, думая, что он может вернуться. Несколько раз ему звонила, но без ответа. Словно он исчез, с лица земли.

– Вам ничего не говорили о том, когда он вернется? – спрашивает Лекси, когда я ополаскиваю наши тарелки, а затем ставлю их в посудомоечную машину.

– Нет. Я волнуюсь, – говорю я ей, садясь на кушетку.

Она садится рядом со мной.

– Иди сюда, – ее руки обнимают меня, я в коконе комфорта.

– Я просто не знаю, что делать, – говорю я отстраняясь.

– Послушай, ему самому нужно с этим разобраться, – говорит Лекси, вытирая слезы с моей щеки. – Ты не можешь это исправить, Марли.

Я вздыхаю, снова устраиваясь на кушетке.

– Возможно, ты права, – я смотрю на нее. – Но я хочу быть там для него.

– Ох, я знаю, что хочешь, милая.

После того, как я ей все рассказала, мы топим нашу грусть и боль в ведерке с мороженым. Почему мороженое всегда помогает мне чувствовать себя лучше?

Через некоторое время она проваливается в сон, а мой мозг переполнен мыслями о Хьюстоне. Мои дни наполнились выполнением домашних заданий и жалостью к себе. Я чувствую себя виноватой за то, что себя жалею. Ничто не может улучшить мое состояние, кроме возможности быть с ним, чтобы его поддерживать. Но он меня не пускает. И я понимаю, что ему нужно это преодолеть. Так как я могу на него злиться за то, что он исчез? Какой бы эгоисткой я была? Хотя, я – человек, и хочу знать, что он в порядке. Спит ли он? Плачет ли он? Именно это причиняет мне боль. Я за него переживаю. Очень сильно. Его потеря объясняет так много: его потребность в контроле и то, как он закрылся от окружающих. Его непрекращающуюся ненависть к опозданиям. Иногда, я задаюсь вопросом, использовал ли он меня как инструмент, помогающий ему обо всем забыть. И теперь, когда знаю, что находится глубоко в его душе, мне даже неважно, что он пропал, ведь если наша с ним близость, забрала у него хоть немного боли, то я бы делала это снова.

 На следующий день мы с Лекси вышли на улицы Нью-Йорка, чтобы осмотреть достопримечательности. Эмпайр Стейт Билдинг. Статую Свободы. Таймс Сквер.

Мы были везде. А напоследок заглянули в Чайна-таун, чтобы присмотреть себе сумочки.

– Боже мой, здесь столько всего, что я хочу, – говорит Лекси. Она прыгает от продавца к продавцу, проводя рукой по различным тканям и текстурам.

 Свежий воздух обдувает мое тело, когда я пытаюсь притвориться счастливой. Я все еще чувствую, как все скручивается глубоко внутри. Почему он не звонит?

Мы возвращаемся, наши руки загружены покупками Лекси.

– Марли, я хочу сказать, что горжусь тобой. Посмотри на все, что ты сделала, – изливает она ​​свои чувства, пока мы идем в сторону моего дома.

 Я закатываю глаза, улыбаясь ее похвале.

– Да, большое достижение. Я спала со своим профессором.

 Лекси останавливается, а люди движутся вокруг нас.

– Марли, ты не можешь выбирать, кого хочет твое сердце.

 Я хочу, чтобы тротуар раскололся и поглотил меня целиком.

– Я прямо «настоящий победитель», да?

 Она взяла меня под руку и начала движение.

– Слушайся свою старшую сестру. Не думай так, – отчитывает она меня. – Если ты сможешь делать это здесь и сейчас, то сможешь сделать когда и где угодно.

 Я смеюсь.

– Ты же не просто так это сказала.

 Она улыбается.

– Не заставляй меня петь, – говорит она. – Серьезно, ты живешь в одном из величайших городов мира. Ты выучила схему метро, ​​и тебя не ограбили. Ты учишься в медицинской школе, и ты влюбилась. Да, любовь – отстой, но судя по всему, это грандиозно.

– Грандиозно? Ты под кайфом? – я смеюсь, а она улыбается.

Лекси похлопывает меня по руке.

– Ага, под кайфом из-за великолепной сумочки, которую купила. Нет, я рада за тебя. Подумай обо всей бесплатной терапии, которую я тебе устраиваю. И не волнуйся из-за Хьюстона. Он вернется когда будет готов. Ты – удивительная девушка, – говорит она, проводя нас сквозь толпу людей.

 Я прищуриваюсь.

– Хорошо, что ты сделала с моей сестрой?

 Она толкает меня своим бедром.

– Я серьезно.

Ее улыбка слегка приободрила меня. Лишь слегка.

– Давай пока не будем возвращаться. Мне нужно еще кое-что купить.

 Мы гуляем по улицам Нью-Йорка, занимаемся шопингом, смеемся и едим. Я скучала по своей сестре. Мы хватаем с прилавка хот-доги, и Лекси ведет шутливые разговоры об их сходстве с фаллосами.

– Хочешь посмотреть шоу на Бродвее или заняться еще чем-нибудь необычным, что делают сучки? – спрашивает Лекси.

 Я смеюсь.

– Да, конечно. Давай прогуляемся по Центральному парку.

 Позже вечером, когда Лекси надоедает гулять по городу, а ее живот переполнен хот-догами, мы возвращаемся домой и я бросаю взгляд через дорогу на квартиру Хьюстона. Свет не горит. Там никого нет. В мое сознание врезается это окно, как последнее воспоминание о нем.

Глава 22

Хьюстон

29 апреля

Возможно, мне не нужно забывать, может быть, мне нужно помнить. И именно к этому я стремлюсь .

Тяжело было оставлять Марли.

Наблюдая за тем, как капли текут по стеклу окна поезда, когда я направляюсь в Принстон, в дом моих родителей. Я прислоняюсь головой к стеклу, закрывая глаза, чтобы подумать о своей жизни.

О моей так называемой жизни. О жизни, которую я перестал проживать, когда у меня забрали Натана.

Я бы хотел сказать, что Дженнифер справилась с его смертью лучше меня, но она путешествовала по тому же темному пути отчаяния.

 Я хотел смерти после смерти Натана, молил об этом.

 Говорят, когда умираешь, то твоя жизнь проносится перед глазами. Но что, если то что происходит сейчас со мной, и есть предсмертная быстрая вспышка воспоминаний, и я уже умираю?

 И если это так, то это самый медленный путь к смерти.

 Я делаю глубокий вдох, когда поезд приближается к остановке в Принстоне.

 Я позвонил своей сестре, чтобы она меня забрала, и когда выхожу с вокзала, она ждет, прислонившись к серебряному «Мерседесу».

– Привет Кэти, как дела? – говорю я, подходя к ней.

– Это я должна тебя об этом спросить, большой брат. Ты неважно выглядишь, – она улыбается, ее карие глаза сверкают, и мы обнимаемся.

– В действительности, сейчас мне намного лучше, чем до этого.

 Она еще раз меня сжимает, прежде чем отпустить.

 Мы едем по дороге в дом, где я вырос. Мы не разговариваем. Нам это не нужно. Она понимает меня лучше большинства людей. Комфортная тишина, больше нам ничего не нужно.

 Она знает, что я пытаюсь.

 Черт, я хочу жить нормальной жизнью, в которой не думал бы о Натане каждую секунду каждого дня. Я скучаю по всему, что с ним связано. И я никогда его не забуду. Но иногда мне нужен перерыв.

Сестра паркует машину на длинной подъездной дорожке, покрытой крупной галькой. Глядя на стоящий передо мной дом в колониальном стиле, я вытираю ладони о джинсы.

21
{"b":"579239","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Тот еще космонавт!
Дом кривых стен
Возвращение
Счастливая жена. Как вернуть в брак близость, страсть и гармонию
Обыденный Дозор. Лучшая фантастика 2015 (сборник)
Искренне ваш Шурик
Человек из дома напротив
Безумие белых ночей
Ни хао!