ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Элвин положил руку на грудь и сказал:

— Но однажды я увидел, как два луча взвились вверх, к облакам. Небо потемнело и начался дождь. Я почувствовал сильную боль в сердце. Как будто кто-то рвал его пополам. Тогда я услышал голос риши. Птица покинула крепость Рукасон и летала туда-сюда по Вселенной. Никогда раньше риши не оставляла своих хозяев. Это означало, что в племени Ансан что-то случилось. Я позвал риши душой, и она, услышав мой зов, прилетела ко мне. Стоило риши сесть на мой подоконник, она упала, как мертвая.

— Что же случилось?

Сердце колотилось у меня в груди. Не удивительно, ведь даже самая малость заставляла моё сердце биться чаще. Я во все глаза смотрел на Элвина.

— Ты же знаешь, что…

Элвин немного помолчал, глядя на риши.

— …Ты знаешь, что племя Ансан уничтожило доверие. Шатин решил завоевать Папиш с помощью своих соплеменников. Племя Ансан не устояло перед соблазном. Когда колонны в очередной раз стали пурпурными, Шатин возложил на них руки и попытался забрать всю энергию себе, но у него не получилось. Одна из колонн рухнула… После изгнания племени Ансан остальные шесть племён устроили Собрание Договора. На Собрании принимали новые законы для шести племён и исправляли недостатки в старых. Теперь, когда послы племён встречаются на Собрании Договора, каждый из них самостоятельно забирает и уносит в своё племя сосуд с энергией. Эта энергия накапливается через оставшуюся колонну, и теперь энергии уже не так много, как раньше. С тех самых пор свет и тьма стали поочерёдно сменять друг друга.

Риши спрятала голову под крыло. Она дрожала, как будто воспоминание о кошмаре тех дней заставляло её тело сотрясаться. Элвин ласково погладил крылья риши:

— Видишь лиловое пятно на груди риши? До того, как племя Ансан уничтожило доверие, перья птицы риши были красными. Жители племени Ансан хотели убить риши. Увидев, что перья птицы риши поменяли цвет, шесть племён сразу заподозрили, что в этом виновато племя Ансан. Если бы риши не летала со скоростью света, её бы уже не было в живых.

— Я слышал от бабушки Фурнье, что цвет перьев птицы риши — это дыхание Папиш. Если цвет исчезнет совсем, то все племена погибнут.

— Ах, это правда.

Элвин легонько постучал указательным пальцем по клюву риши. Птица тут же прижала голову к его щеке. Мне хотелось тоже погладить риши, но я не решался, боясь, что она поцарапает меня. «Даже птица — и та нужнее, чем я», — подумалось мне. Мысль о том, что жизнь птицы ценнее моей, тяжким грузом легла на моё сердце.

— Эта птица каждому, кто на неё посмотрит, напоминает о судьбе Папиш. А я всего лишь делаю молоко митмаллен.

Я опустил голову и уставился на свои ноги.

— Это правда. У риши очень важная задача. Глядя на эту птицу, племена Папиш могут оценить, добросовестно ли они выполняют условия Договора. Однако риши не может сама ничего поменять, не может ни во что вмешаться. Но ты, Маро, можешь изменить не только свою жизнь, но и судьбы других людей.

Элвин с улыбкой смотрел на меня. Слушая его ласковые слова, я чувствовал, будто мягкие пёрышки касаются моей кожи. Набравшись смелости, я протянул руку к риши. Птица вскинула голову и клюнула меня в ладонь. Рука тотчас же покраснела и припухла.

— Однако, как ни крути, а моя жизнь ничего не стоит, — с обидой проговорил я, потирая ладонь.

— Маро! — по-дружески обратился ко мне Элвин.

Поймав мой взгляд, он положил руку мне на грудь и сказал:

— Чтобы изменить жизнь, нужно пылкое сердце. Не забывай о том, что ты из племени Ритито.

Элвин помазал мне руку соком дерева рувасан. Покраснение и опухоль стали проходить, чуть только сок попал на кожу.

Элвин прикоснулся губами к голове риши. Они долго-долго смотрели друг другу в глаза. Казалось, между ними шла беседа. Элвин прислонился щекой к голове птицы, и она захлопала крыльями. Он взял риши правой рукой и посадил её мне на плечо. Как только риши оказалась на моём плече, я инстинктивно выпрямил спину.

— Тот, кому я посажу на плечо птицу риши, становится её хозяином. Я посадил её тебе на плечо, значит, теперь её хозяин — ты. Теперь она всегда будет с тобой. Стоит тебе присвистнуть — она тут же прилетит к тебе. Однако она не может летать по ночам, поэтому она будет спать, устроившись рядом с тобой. Если ты присвистнешь два раза, то риши запоёт. Но будь осторожен — её песня такая громкая, что можно оглохнуть, поэтому проси её спеть только тогда, когда это будет по-настоящему нужно. Птица риши поможет тебе узнать лучше нашу Вселенную и понять, в чём твоё предназначение.

Элвин погладил меня по голове. Его слова отзывались в моей душе, как эхо в глубокой пещере.

— Поздравляю тебя с твоим тринадцатым днём рождения, Маро.

Элвин поцеловал меня в лоб. Сегодня же мой тринадцатый день рождения! Как это Элвин умудрился запомнить эту дату?

Элвин улыбнулся и кивнул мне. Я повернул голову и посмотрел на птицу риши. Я не мог оторвать от неё взгляд. Это был самый лучший из всех подарков, которые я до сих пор получал. Я потёр кулаками глаза, чтобы убедиться, что всё это не сон.

— Уже поздно. Иди скорее домой, а не то Фурнье превратит тебя в одного из Муравьёв чапинсят.

Элвин указал рукой на часы, висевшие на двери дома. В тот момент мне вспомнилось лицо бабушки Фурнье. Она теперь долго не отстанет от меня с вопросами, из-за чего я задержался, это точно. Я проворчал про себя, что если бы бабушка Фурнье вовсе куда-нибудь исчезла, было бы здорово. Элвин покачал головой, глядя на меня:

— Когда жителю племени Ритито исполняется триста лет, он превращается в каплю воды и исчезает в коре дерева рувасан. Бабушке Фурнье исполнится триста всего лишь через двадцать лет, поэтому она так боится тратить время зря.

Слова Элвина заставили меня смутиться и покраснеть. Я поспешно засобирался в обратный путь. Элвин проводил меня до дороги.

— Вы подарили мне слишком дорогой подарок. Разве я имею право принять его?

— Можешь считать, что ты заслужил его своей честной работой, — мягко сказал Элвин, протягивая мне ящик.

— Но ведь это моя обязанность. Я должен трудиться у бабушки Фурнье, пока она жива.

Элвин помотал головой:

— Нет. Ты больше не будешь работать у неё.

— Элвин, что вы такое говорите? Я не буду больше у неё работать?

Элвин обеими руками коснулся моего лица и придвинулся ближе, глядя мне прямо в глаза.

— Иди скорее. Мешкать нельзя, нужно идти. Ещё дальше… Ещё выше… Моё сердце всегда будет с тобой.

Я не мог понять, что значат слова Элвина. Мне хотелось спросить его обо всём, но я боялся, что, если задержусь ещё, бабушка Фурнье этого так не оставит, и поскорее отправился в путь. Улыбнувшись, я пообещал Элвину, что в следующий раз принесу ему молока митмаллен. Но он ничего не сказал в ответ. Только жестом показал, чтобы я поторапливался.

Элвин стоял и смотрел мне вслед, пока я не скрылся за холмом. Уходя, я оборачивался и каждый раз видел, что Элвин всё стоит на том же месте и машет мне рукой. Я знал, что мы обязательно встретимся снова, но тогда казалось, как будто он прощается со мной навсегда. Мне хотелось побыть с Элвином подольше, но я лишь ускорил шаг в сторону дома.

Над головой летела птица риши. Она неотступно следовала за мной. Какое-то радостное возбуждение и одновременно необъяснимый страх заставляли моё сердце гореть, как лиловые перья на груди птицы риши.

Глава 5

Три пеперьона

— Ах ты, несносный мальчишка! Ты хоть знаешь, сколько времени я потратила зря по твоей милости? Целый час и ещё двадцать восемь секунд!

Только я открыл дверь, в меня тут же полетела трость, которую держала в руке бабушка Фурнье. Не выпуская из рук ящик, я упал на спину. Все волшебные принадлежности, которые лежали внутри, посыпались на меня. Это было бы обычным делом в любой другой день, но только не сегодня. Ведь сегодня мой тринадцатый день рождения.

5
{"b":"579312","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Хмель
Секрет гробницы фараона
Кентийский принц
Вежливые люди императора
Кровососы. Как самые маленькие хищники планеты стали серыми кардиналами нашей истории
Алхимик
Приключения Серёжи Царапкина
Иоганн Кабал, некромант
Клеймо сатаны