ЛитМир - Электронная Библиотека

Джон Б. Харрис. (Джон Уиндем). Венерианские приключения

John Wyndham [as by John Beynon Harris]. The Venus Adventure. (Wonder Stories, 1932 № 5; p. 1352-1373, 1379)

Глава I. Ной

ВОЗМОЖНО, вы читали в исторических книгах о Джозефе Уотсоне или, как он позже назвал себя, Ное Уотсоне, но, вероятно, нашли лишь обрывистые сведения об его подвигах. Но история продолжается. Мы оставляем за собой все более и более длинные записи, а поскольку все события должны быть показаны в перспективе, то приходится сокращать много незначительных сведений.

Один специалист, или даже группа не может изучить всю человеческую историю. Она слишком обширна. Поэтому теперь, в 2926 году нашей эры, приходится делать выжимку событий и сводить все к главным фактам и причинам, и в результате множество дат и сведений хранятся теперь лишь в библиотеках и музеях.

И никто, кроме, разве что, его последователей, не считает Джозефа Уотсона мировой величиной, хотя, в свое время, он без сомнения был значительной фигурой.

Родился он в Шотландии в мае 2104 года. Роды были естественными, поскольку в сельских северных районах народ все еще цеплялся с пуританским упрямством за суеверия, что дети, вынашиваемые в инкубаторах, обязательно будут неправильными.

В брошюрах их общества публиковались поддельные, вредные доказательства, что ни у какого искусственно выношенного ребенка не может быть души. Эти брошюры распространялись в громадном количестве и оказывали огромный эффект на полуобразованное и бесхитростное население. Такие предубеждения очень живучи, и даже сегодня иногда можно услышать о разных атавизмах вплоть до естественных родов, происходящих в отдаленных уголках Земли.

Мать Уотсона заплатила за свою необразованность и доверчивость, умерев во время рождения сына – что частенько случалось при примитивном способе воспроизводства, и то, что она отдала свою жизнь ради него, оставило неизгладимое впечатление на характер мальчика. Как сообщают, на протяжении всех школьных лет он был подростком, склонным к самоанализу, не без вспышек «ложной гениальности». Термин «ложная гениальность» весьма запутанный и сложный для понимания, но без сомнения, так описывали его странный регрессирующий кругозор, являющийся причиной твердой приверженности принципам, от которых общество давно отказалось.

Во время его обучения в университете у него началась фаза энтузиазма, которая будет ныне мало кому понятна, поэтому требует некоторого разъяснения.

В 2123 году вера, которой придерживается сегодня весь мир, о Фундаментальном Порядке или Первичном Происхождении, исповедовалась лишь маленькой группой энтузиастов. Остальная часть Человечества соглашалась лишь с отдельными фрагментами целого, поэтому каждая община или течение оплетала эти фрагменты различными наборами обычаев и суеверий, на которых основывалось то, что называется «религией». Эти «религии», следует сказать, имели одну и ту же основу, но отличались но форме в зависимости от того, в каком климате и прочих условиях жили породившие их народы. Так, в холодных странах «религия» была строгой и суровой, а в жарких более красочной и менее практичной.

Джозеф Уотсон, пуританин в душе, собрал вокруг себя группу подобных юношей и покинул университет с твердой решимостью начать «Возрождение».

Свою кампанию он начал с поддержки «Общества Противников Инкубаторов». Трудно было понять, какие умственные завихрения толкнули его на то, возможно, в этом была виновна смерть его матери, но без сомнения, эти взгляды подвигли его придумать более поздний призыв: «За право природы!»

ОТСЮДА НАЧАЛСЯ успех его собраний. Свидетель одного из самых первых написал: «Высокая, худощавая фигура Джозефа Уотсона, когда он появлялся на трибуне, производила впечатление на любого человека. Он начинал говорить обманчиво тихим голосом, мягким тоном, но по мере продолжения речи, все это менялось. Копна светлых волос взлетала от резких, выразительных жестов, голос с шотландским акцентом звучно разносился по всему залу. По мере роста энтузиазма глаза начинали пылать огнем, и нетрудно было представить, что они смотрят сквозь аудиторию в каком-то мистическим озарении. Я могу утверждать, что во всем зале не было ни единого мужчины или женщины, которые хотя бы на время не попадали под его влияние».

Слава Уотсона росла от успеха к успеху. Его собрания уже стали охраняться специальными полицейскими подразделениями, сдерживающими напор толпы. Народ буквально осаждал переполненные залы, стремясь услышать его хотя бы из динамиков. «Общество Противников Инкубаторов» сумело развить в Шотландии активность, превосходящую самые смелые мечты его руководителей. Деньги лились рекой в его фонды, пока Общество не превратилось в силу, с которой были вынуждены считаться. И сложилось такое положение, что все, пожинающие этот золотой урожай, зависели от слов Уотсона.

«Это является правом природы!» – ревел Уотсон и затем бичевал вивисекцию, вакцины, контроль за рождаемостью, любителей алкоголя, курильщиков, игроков и, в первую очередь, своих старых врагов – сторонников инкубаторов.

В конце каждый встречи он внезапно утрачивал свой свирепый пыл и, вечно заставая аудиторию врасплох, падал на колени в молитве.

Три года спустя в его сторонниках энтузиазм достиг такой силы, что маленькой Шотландии их было уже не удержать.

В Глазго толпа прямо с собрания направилась в местный Дом Инкубаторов и разрушила его от подвала до крыши. Мало того, что был причинен значительный материальный ущерб, это стало прецедентом, который принялся горячо обсуждать весь цивилизованный мир. Если коротко, то предмет спора можно было сформулировать так: «Является или нет убийством уничтожение плода, который вынашивается в инкубаторе?»

Затем подобное нападение было предпринято в Эдинбурге. Толпу там, правда, удалось разогнать, но были жертвы как среди нападавших, так и в рядах полиции.

В Данди слишком восторженные последователи Уотсона попытались ввести «сухой закон», при помощи разгрома всех лицензированных питейных заведений. По улице лились реки напитков, а головы полицейских казались самым удобным местом, о которое можно разбивать бутылки.

Правительство стало принимать меры, и было выписано множество ордеров на арест как последователей Уотсона, так и самого адепта, как подстрекателей волнений в большинстве городов Шотландии. Правда, Уотсона так и не удалось арестовать, он попросту исчез. И правительство избавилось от множества проблем, вызванных его действиями.

ЗАТЕМ ЛЕТ СЕМЬ спустя он появился в Америке. Точная дата его прибытия, как и то, чем он занимался эти семь лет, навсегда остались тайной. Кроме того, он больше не был Джозефом Уотсоном, а выбрал себе новое имя – Ной Уотсон, хотя никто так же не знал, чем он руководствовался, выбирая себе это прозвище. Однако, было точно известно, что Джозеф и Ной Уотсон один и тот же человек, так как любой, кто хоть раз видел его, уже никогда бы не смог перепутать.

Он все еще бичевал различные организации и общества, которые пытались изменить природу к лучшему, но теперь стал более расплывчатым в обвинениях зла, и более яростным в своих предупреждениях о «грядущих испытаниях». Всего лишь за несколько лет, он бросил благодатное семя идеи, которое в его кипучем уме выросло в мысль, что мир вскоре рухнет или, по крайней мере, будет «наказан за творимое зло» какой-то всеобщей катастрофой.

Теперь нам может показаться странным, когда человек не только сам верит в подобные вещи, но и убеждает других в своей правоте. Однако нужно помнить, что в двадцать втором веке наши знания об окружающем мире, как и многие другие знания, находились в крайне рудиментарном состоянии. Любой человек мог предсказать конец света и обнаружить, что даже образованные люди верят в его пророчество, не требуя особых доказательств.

1
{"b":"579392","o":1}