ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Тудой, – в тон мне сообщил Старый и ткнул пальцем в сторону холма, где мечи звенели почти уже у самого флага Мак-Праттов. – Нужен дембельский аккорд, дружище.

– Я с вами, – Маниякс, охнув, встал на ноги и обратился к Тиссе: – Шустрая, бафни меня еще раз, а то эта зараза из «Буревестников» напоследок меня редкой пакостью попотчевала, до сих пор здоровье снимается.

– Никогда не видел, чтобы мага вот так, запросто, придушили, – с уважением сказал Лоссарнах гному. – Они вообще-то народ живучий.

– Не так уж и запросто, – возразил ему Маниякс. – Она из меня чуть жаркое не сделала.

Король без королевства засмеялся и похлопал его по плечу, выбив из него тем самым полетевший в разные стороны прах и пепел, после чего двинулся вперед. Маниякс чихнул и последовал за ним.

– Ты, конечно, меня использовал, – негромко сказал мне Гедрон, шагая рядом со мной. – Я это знал, ты это знал, так что без претензий. Больше скажу – по идее, я тебе еще и должен теперь. Пока вся эта катавасия происходила, я от твоего приятеля-потенциального самодержца две обычных цепочки квестов принял и одну репутационную. А ведь это он еще корону на голову не надел даже.

– В чем же дело? – глянул я на него. – Принимается, будешь должен. Мы теперь соседи, в одном краю живем, так что мне это лишним не будет.

– Шустрый ты парень, Хейген из Тронье, – Гедрон засмеялся. – На ходу подметки режешь.

– Есть такое, – не стал скромничать я. – А мы, собственно, туда идем зачем? Полную и безоговорочную капитуляцию принимать или все-таки добить врага окончательно?

Вопрос был не праздный, и ответ на него меня крайне интересовал.

– Добить, добить, – порадовал меня Старый. – Наш король – он полумер не приемлет, и это мне очень нравится. Так что – и головы рубить будем, и флаги в грязь втаптывать. Чур, стяг «Буревестников» – мой. Элину ты порешил – ладно, это твои дела. Но вот флаг их – он мой. Я ему в своем новом замке уже и место определил.

– В сортире? – утвердительно спросил я.

– А то где же, – приобнял меня за плечи Гедрон. – Идея не свежая, но есть в ней что-то такое, приятное. Слушай, война с «Гончими» после сегодняшнего дня – дело почти решенное. Пойдешь против Ведьмы со мной?

Ага, так я тебе и ответил. Не то что честно, а вообще.

Но так – интересные у него планы. Сам он против «Гончих» никак не сдюжит, это понятно. Значит – есть у него союзники в этом благом деле. В другой ситуации я бы предположил, что это «Двойные щиты», но в свете дня сегодняшнего это маловероятно. Тогда – кто? Ну, не Лоссарнах же.

– Когда мы завалим старика Макмиллана, купол исчезнет, – добавив в голос тревоги, поведал Гедрону я. – На поле сразу рванут эти трупоеды в рванье, а там куча коконов людей и из моего, и из твоего кланов. Жалко вещички-то.

– Не хочешь отвечать вот так, сразу? – вполне миролюбиво сделал абсолютно верный вывод Гедрон. – Ну и ладно, наша любовь впереди. А за вещи не беспокойся, у меня за холмом три десятка бойцов в резерве было, я их к границе купола уже отправил, никого не пропустят. На край – пробьют черепа парочке этих обсосов-флибустьеров, да и все. В штрафы залезут, понятное дело, но это ничего, чай не в первый раз.

И он ускорился, догоняя Лоссарнаха.

Ну и ладно, ну и славно. А если король без королевства еще и сам Макмиллана прикончит, так это вообще замечательно будет. Мне драться ну вот совершенно неохота.

– Д-держись меня, – прошелестел сбоку голос брата Юра. – Все глупости, к-которые сегодня можно б-было совершить, ты уже с-совершил, так что послушай меня х-хоть сейчас. П-представление почти закончено, осталась п-пара реплик до занавеса, и одна из них т-твоя. Она не очень б-большая, но очень от-тветственная. И ты лучшая к-кандидатура для того, чтобы ее п-произнести.

– Хорошо, – покорно ответил ему я. – Надо что-то будет сказать – я скажу.

Чудно. Я – игрок, он – НПС, и что в результате? Он, порождение графики и программного кода, похоже, знает лучше меня, живого и настоящего, что следует дальше делать.

И вообще – он был как-то недоволен мной. Брат Юр, неигровой персонаж, поглядывал на меня так, как смотрят на человека, нарушившего твои планы своим бездумным поведением. Бред. Если о таком рассказать психотерапевту, то меня могут и в дом скорби закрыть. Имени Петра Петровича Кащенко.

Подножие холма было завалено телами и коконами, последних, правда, было на порядок меньше. То ли наши разошлись, то ли игроков осталось не так много.

А вот успели мы вовремя, Лоссарнах как чуял. Он остановил наших бойцов в последний момент, когда те уже собрались дорезать у флагов остатки вражеского воинства, от которого осталось человек двадцать, не больше.

Они столпились вокруг рослого кряжистого старика с длинными седыми волосами и изрезанным шрамами лицом, который обеими руками сжимал рукоять клейморы. Это, надо полагать, и был тот самый Макмиллан Мак-Пратт, мой недоброжелатель. Да что там – давний и явный враг.

– Дядюшка Макмиллан, – Лоссарнах, совершенно ничего не боясь, подошел вплотную к вражеским воинам, которые, озираясь, выставили мечи перед собой. – Ты постарел.

– Так мне и лет сколько, Мак-Магнус, – ответил ему тот. – Я ведь даже постарше твоего отца, славного бейлифа Сэлора, буду. Причем лет на пять, не меньше. Вот только он давно уже в Последнем становище обитает, а я все как-то туда не доберусь. Заплутала где-то моя смерть, заблудилась.

– Ну да, ну да, – покивал король без королевства.

Ой, не нравится мне это. Как бы он сейчас какую-нибудь ересь благородную не выкинул, вроде: «Так бери свободу непрошенную» или «Дай мне слово, что не станешь злоумышлять против меня». Это будет самый паршивый из всех вариантов, поскольку он перекроет мне путь к голове Макмиллана. Поди убей его после королевской амнистии.

– Да не так уж она и заплутала, – как-то по-свойски сказал Лоссарнах, внимательно глядя на Мак-Пратта. – Дядюшка, ты же понимаешь, что вдвоем нам на холмах Пограничья будет тесно. Прости уж за возвышенный слог.

– Это все тлетворное влияние Запада, – наставительно сказал ему Макмиллан. – Третесь там, а потом на нашу землю заразу всякую тащите.

– Кто бы говорил, – подал голос кто-то из гэльтов. – Сам нас продал той бабе, что у них на троне сидит, и на тебе – теперь Мак-Магнус виноват.

– Не писал я этого, – хрипло рыкнул Мак-Пратт и мотнул головой. – Не писал! Вон тот паршивец эту пакость состряпал, который клан Линдс-Лохенов к рукам прибрал. На крови поклянусь! Если хотите – могу палец указательный себе отсечь в доказательство.

Забавные тут у них аргументы своей правоты. Отрезал себе палец – не врешь, значит. Если продолжить этот логический ряд, то отсечением руки можно будет даже доказать ложь собеседника. Вот же дикие люди.

А так – дурак он, этот патлатый старик. Теперь даже если король без королевства сваляет дурака, играя в благородство, то я смогу потребовать его крови, как платы за оскорбление. Уровень у него наверняка неслабый, да вот только построгали его уже здорово, так что – управлюсь как-нибудь. Ну, а если нет – то его всяко наши потом добьют, успею я Гедрону про это на ухо шепнуть. Не уйти Макмиллану Мак-Пратту нынче с этого холма, теперь уже по любому не уйти.

– Утопающий и за гадюку схватится – проорал кто-то из рядов нашего воинства, и я с удовлетворением узнал голос Флоси. Жив мой туалетный.

– Да теперь это не столь и важно – писал ты это или не писал, – негромко, но так, что его услышали все, произнес Лоссарнах. – Теперь важен только тот факт, что мы друг другу живыми не нужны. Ты – здесь, я тоже здесь, мечи при нас. И в живых должен остаться только один.

– В чем же дело? – Мак-Пратт снова мотнул головой и его седые патлы подхватил ветер, который невесть откуда взялся здесь, под куполом. – Давай закончим эту тяжбу. Только пообещай мне, что отпустишь моих людей, тех, что уцелели.

– Ты не можешь ставить мне условия, – жестко произнес Лоссарнах. – Я тебе ничего не должен и поединок даю только из уважения к твоим сединам. И не более того. Хотя мог бы просто позволить своим воинам зарезать тебя как корову на бойне. Твои люди умрут, все до единого. Но – в бою, а не от руки палача, это все, что я могу тебе обещать.

11
{"b":"579394","o":1}