ЛитМир - Электронная Библиотека

– Дети Солнца. – заметив их, поморщился Ялазар. – Какого черта они тут делают? И с каких пор эти мясники стали наемниками?

– Дети Темного Солнца. – поправил его невозмутимый Торунг, старательно огибавший психованных берсеркеров.

Повелитель костей, не отрываясь, разглядывал буйную группку, чем вызвал глухое рычание тех самых «детей» и шелест вновь доставаемого оружия. Даже на приличном расстоянии эти звери явно не терпели лишнего внимания.

– А в чем разница? – наконец отвернувшись, поинтересовался Ял.

– Бездна их знает. Как по мне, никакой, но эти себя называют именно так и работают они не за звонкую монету, а за молодых рабов. – ответил Торунг, явно кого-то ища глазами. – Они забирают пятую часть товара за сопровождение и охрану, и уже который год ходят вместе с Воландом. Тот их очень ценит, хотя при этом побаивается.

Ял усмехнулся:

– Разумно, этих психопатов стоит опасаться. – он видимо хотел добавить ещё что-то из своего прошлого в ордене, но вовремя спохватился и закончил новым вопросом. – И тем не менее, я ни разу не слышал, чтобы они служили кому бы то ни было. На кой ляд им это, если они могут и так купить рабов без лишних трудностей? Судя по тому, как они одеты и вооружены, в чем в чем, а вот в деньгах у них нужды точно нет.

– Это Дети Солнца. – пояснил, как бы само собой разумеющееся, их проводник. – Ну, то есть Темного Солнца, в общем, неважно. Главное то, что у этих буянов всегда были большие проблемы с нахождением общего языка со всеми, кроме себе подобных. Им проще прийти и устроить тут резню, при этом в итоге сдохнув самим, чем бросить перед купцом мешок монет и увести невольников. Так что Воланд для них эдакий посредник между их кровожадностью и цивилизованным миром. Предвидя твой вопрос, на кой им вообще нужны рабы, того я не знаю, да и не особо хочу знать. В своей жестокости эти твари мало чем отличаются от некромантов, а потому я даже не спрашивал. Каждый раз, когда мы прибываем в полис, они забирают положенное им и исчезают на некоторое время, а после, возвращаются весьма довольными, уже без скота.

В этот момент они проходили мимо второй группы стражей, скорее напоминавших охотников из Храма Бога Вечной Переправы. Обмотанные в рваные шкуры, скрепленные гнилыми бечевками и вооруженные корявыми дубинами из шип-древа. Эти немытые и крайне зловонные дикари не обратили на них особого внимания. Они больше напоминали свору оборванцев, непрерывно рыгающую и портящую воздух вокруг себя. При этом, к какому роду они принадлежат, разобрать под коркой засохшей грязи на их лицах, не представлялось никакой возможности. Парни миновали дикарей как можно быстрее, ибо терпкий запах мочи, исходящий из булькающего над их костром котелка. отбивал всякое желание присутствовать рядом, когда те наконец начнут свою трапезу.

– Впрочем, если вы собираетесь покинуть Рабский Рынок с парнями Воланда, то скоро узнаете, среди них не только Дети Солнца работают за живую плоть.

– Ты часто ходил с этим караваном? – поинтересовался Вик, стараясь хоть как-то отвлечься от непереносимого зловония.

– Почти весь последний год. Платят исправно и требуют просто, чтобы выполнял свою работу, без всякой дурости, которой нередко страдали иные мои наниматели. Хозяин даже предлагал мне присоединиться к его постоянному, если можно так сказать войску. – Торунг кивком указал вперед, где располагался очередной отряд стражей.

Группа самая многочисленная и одетая в однотипные, кожаные туники, обшитые нахлёстками из сероватого, стального древа, окружала цветастый шатер. Тот оказался установлен на подвижной основе и в него были впряжены пара мощных кобу: крупных, безрогих животных, под шерстью которых скрывалась твердая, словно камень, кожа. Стражи окружали пристанище своего господина несколькими кольцами и возглавлял их здоровый, седой мужчина, закованный в полный, боевой панцирь. Стальное дерево, по прочности, не уступало железу, но при этом гораздо лучше выдерживало удар дробящего оружия, было крайне лёгким, из-за чего толщина пластин могла достигать фаланги пальца. Такую броню силой пробить почти невозможно, а весила она раз в десять легче стали. Но был у него и минус, в отличие от изделий кузнецов, повреждённые элементы нельзя было перековать, а потому, даже с немалого расстояния, Викар видел насколько сильно посечены старые доспехи командира, больше напоминая кору древнего дуба.

– Я так понимаю, ты отказался? – снова заговорил парень, мимоходом отметив, что Торунг ведет их к одному из охранников, держащему в руках восковую табличку. – Но почему?

Тот пожал плечами:

– Если бы я хотел служить кому-нибудь, давно бы подался в стражу полиса, там и работа безопасней, и денег, если знаешь как, награбить с путников можно на порядок больше. Но это не по мне.

За душой у этого человека таились свои секреты. Как и Викар с Ялом, он был обречен скитаться, движимый лишь ему одному ведомой нуждой. Несмотря на их недолгое знакомство и довольно мрачную манеру общения, парни отчего-то чувствовали что-то, вроде доверия, к их новому знакомому. В Торунге без труда угадывался бывалый воин, привыкший полагаться на себя и живущий не ради денег, потакания своим желаниям или тому, что движет большинством детей Кеплера. Молчаливая целеустремлённость вела его к чему-то большему, чем просто жизнь ради себя.

К этому моменту они преодолели остаток пути и оказались возле стражника с табличкой. Тот стоял рядом с растопленной жаровней. Короткий, стальной стилус, наконечником зарытый в алые угли, то и дело вынимался им из огня и что-то черкал на тут же плавившейся восковой поверхности. Холодные, серые глаза придирчиво оглядели новоприбывших:

– Странник, мы уходим лишь завтра, какая нелегкая тебя сюда привела? Дебилушки тока приперлись, вон до сих пор бесятся. – он кивнул на Детей Солнца. – И наш набольший ещё кхаз свой полирует с тремя шлюхами.

Вик наклонился к Ялу и тихо спросил:

– Что такое «кхаз»?

– Помнишь я тебе говорил, что такое прак, так вот кхаз, это тоже самое, только у самца между ног.

Их короткий разговор привлек внимание стража и тот, не дав Торунгу рта раскрыть, спросил:

– А этих ты зачем притащил? У нас уже достаточно дармоедов.

– Охраны много не бывает, особенно по-нынешнему времени, Орт. – спокойно ответил Мрачный. – Я пришел раньше, чтобы, как в прошлый раз, вы не ушли без меня, а насчет этих, спроси у хозяина, вряд ли он будет против.

Но державший табличку, лишь покачал головой:

– Говорю же, мест нет. Я спрошу, но на сотню монет в день старик не подпишется и так вон уже больше полсотни стражей на примерно столько же телег. Да и сам подумай, ежели к концу, как в прошлый раз, сдохнут лишь двое, то Воланд погонит караван рядом с Долиной Столпов или того пуще, Логовом Чертей, чтобы как можно меньше нас добралось до Кхидрина. Оно тебе надо, башку в петлю добровольно совать?

Видя, что разговор не складывается, Ял решил вмешаться, по своей привычке нацепив на лицо очаровательную улыбку, которая растапливала женские сердца и пугала мужчин:

– А что, если мы по прибытию в Кхидрин поделимся с тобой половиной нашей доли? – и видя, что страж хотел снова возразить, быстро добавил. – А Воланду ты сообщи, что мы готовы работать за пятьдесят монет в день.

Так и не издав ни звука, охранник с щелчком захлопнул рот, надолго задумавшись. В конце концов, жадность пересилила и он, шмыгнув носом, приказал ждать тут, а сам отправился к шатру на колесах, по пути о чем-то быстро переговорив с командиром.

Долго ждать не пришлось, видимо начальник каравана все же оказался не прочь пары лишних клинков, да ещё пожелавших присоединиться к ним за полцены.

– Ладно. Странник, ты как всегда идешь в отряде с Клахом, а вот с кем пойдут твои дружки, сейчас узнаем. – Орт развернулся к Ялазару с Виком и окинув их взглядом, с пренебрежением продолжил. – Ты, блондинчик, явно чего-то стоишь, броня сгодится, да и оружие твое вижу. А вот этот вспотевший кусок свалявшейся, кровавой шерсти, меня что-то не впечатляет. Как по мне, ему с одичалыми самое место, покажи хоть, чем биться будешь.

198
{"b":"579398","o":1}