ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Тем временем все уже надели скафандры, приладили запасные кислородные приборы и ранцы с небольшими «ракетными» баллонами. Ведь добираться на Розу надо по безвоздушному пространству.

Милько и Загорский знали, что им делать. Они должны обеспечить зарядку пустых баков водой. Геолог Петров горел желанием ознакомиться с оборудованием искусственного спутника. Ну, а Ольга - спецкор газеты «Звени, наша песня!», журналов «Бодрая старость» и «Агу» - должна была вовсе оставить космический корабль, чтобы стать членом коллектива Розы.

Первыми через герметическую камеру возле люка вышли из ракеты Загорский и Милько. Вслед за ними бросился Петров. Иван Макарович приладил ранец и через очки в шлеме посматривал на дочь. Уж не боится ли она? Что-то долго возится…

- Ольга!

- Готово!

Вдвоем с отцом Ольга вошла в камеру. Плотно закрылась дверь. Иван Макарович включил насос. Когда он перекачал воздух в ракету, открылся наружный люк, Ольга стала на пороге и с ужасом посмотрела в черную бездну, отделяющую их от Розы. Как туда прыгать? Знала, что тела здесь не имеют веса, что упасть никуда нельзя, но все же… жуткая пропасть, в которой роятся звезды, вызывает головокружение и… тянет к себе! Надо слегка нажать кнопку, из баллончика на спине вырвется струя газа и толкнет вперед… А там - ухватиться за поручни… Все это Ольга хорошо знает…

- Почему ты остановилась? - послышался в наушниках шлема голос отца.

- Любуюсь! - иронически ответила Ольга и, закусив губу, решилась - тронула кнопку. Показалось, будто кто-то легонько толкнул ее в спину, и она поплыла, поплыла, никуда не падая!.. Вот и поручни шлюза Розы. Ухватилась, легко вошла в довольно просторной круглое помещение. Не успела и оглянуться, как возле нее встал отец.

- Ну, как, Ольга?

- Невероятно!

- Боялась?

- Очень! - голос ее звенел возбужденно и… весело.

Герметическая дверь за ними закрылась. Шлюз наполнился воздухом. Сняв скафандры и держа их на руках, как плащи, Ольга и Иван Макарович пошли в шахту с лифтом. В лифте их ожидал Петров. Геолог почему-то не снял скафандр, а только откинул шлем. Сидел, ухватившись за левое колено. Лицо его перекосила болезненная гримаса.

- Что с вами? - заволновался Плугарь.

- Понимаете ли, Иван Макарович… Колено… Не рассчитал прыжка и стукнулся.

Плугарь помрачнел. Это уже чрезвычайное происшествие! И сколько раз напоминал он об осторожности… Повернулся к микрофону, вмонтированному в стенку лифта. Нажал кнопку.

- Товарищ директор! Случилось несчастье. Петров повредил себе колено.

- Ермил Ермилович? - откликнулся бас. - Жаль. Подниметесь - я прикажу уменьшить вращение, чтобы ему легче было добраться в санчасть. Наша астромедицина подремонтирует его!

Петров, преодолевая боль, улыбнулся.

- Быть может, у вас обыкновенный вывих, Ермил Ермилович, - успокаивала его Ольга, - так это не страшно.

- Да оно-то ничего не страшно. Вот только не вовремя все это…

Лифт поднял их по «стеблю», и они вышли в дуговой коридор самого «цветка». Там их встретил загорелый человек в белом халате. Поздоровавшись, легко взял Петрова под руки и почти понес по коридору. Ольге было жаль Петрова. Такой живой, подвижной, крепкий человек - и на тебе… Бедняга, он не может ступить на ногу.

Слева в иллюминатор были видны высокие овальные щиты, справа - в коридор выходили двери служебных помещений, лабораторий, жилых комнат. Все помещения, очевидно, были целиком изолированы: на случай попадания метеорита. Вместо огнетушителей в коридоре краснели запасные баллоны с кислородом. Висели также скафандры.

Дверь директорского кабинета открылась внутрь, и навстречу Ивану Макаровичу и Ольге вышел маленький человечек с большой гривой огненных волос. Слыша директорский голос по радио, Ольга представляла себе великана. Теперь, увидя этого щупленького, подумала, что это кто-нибудь из лаборантов, но ни в коем случае не директор.

- Прошу, дорогие мои космонавты! - прогремел доброжелательным басом человечек, слегка наклонившись и показывая рукой на открытую дверь.

Это был директор!

Иван Макарович поздоровался с ним, как с давним знакомым, и отрекомендовал Ольгу.

Директорский кабинет был, очевидно, и лабораторией. Большую его часть занимали длинные столики и стеллажи с разнообразными приборами, поблескивавшими никелем и стеклом. Посредине, в большой кадке, стояла широколиственная пальма. Ольга заметила, что над нею в потолке находится иллюминатор, сквозь который на растения льются потоки солнечного света. В углу к стене приделана кровать-гамак на металлических кронштейнах. Видно, каждый кубический метр здесь используют максимально…

Директор сел за свой рабочий стол, коснулся пальцами каких-то кнопок, и на стене вспыхнул экран телевизора. Показалась нижняя часть «Кометы» и рядом две фигуры в скафандрах они приспосабливали толстый шланг к круглому люку ракеты.

- Ваши баки наполнят своевременно, - пробасил директор, так что вам не придется вместе с нами облететь вокруг матушки-Земли…

- Да, времени не хочется терять, - сказал Иван Макарович, - хотя у вас тут и много интересного. Пока что я хотел бы побывать в обсерватории и поглядеть на нашу прекрасную Селену.

- Прошу! Здесь вам не будет мешать атмосфера. А когда вернетесь, покажу такое, что вы ахнете! - засмеялся директор, потряхивая своей рыжей шевелюрой.

Он рассказал, как пройти в обсерваторию, и, прикрыв за Плугарем дверь, обратился к Ольге:

- Надеюсь, вы устроитесь у нас хорошо. Вы, кажется, работаете над кандидатской диссертацией? - Ольга кивнула. - Ну вот и чудесно. Тут есть над чем поразмыслить. Советую вам исследовать новую болезнь, которую мы условно назвали «Боязнь пространства». Оказывается, на нервную систему человека отрицательно влияет безграничность космического простора. Он привык к Земле…

Ольга сидела, положив руки на колени, и с интересом слушала соображения директора. Она почувствовала, что этот внешне неказистый человек увлекает ее широтой своего мышления, многогранностью восприятия мира.

- Видите ли, - гудел директорский бас, - условности земной жизни сложились исторически. Чувство веса, ограниченность горизонта… А здесь - все непривычно, все иное! Да вот побудете, - сами почувствуете, Ольга Ивановна! Это я, так сказать, в порядке профилактики.

О, если бы он знал, какие мысли роились в голове Ольги! Наверное, не рисовал бы научных возможностей Розы космоса. Краска залила лицо Ольги так, что и веснушек не стало видно. Несколько раз начинала она говорить, но все не решалась. А время шло, скоро вернется отец - и тогда будет поздно…

- Я хотела попросить вас, товарищ директор, помочь мне в одном деле…

И она рассказала о своем замысле.

СЮРПРИЗЫ ДИРЕКТОРА РОЗЫ

- Ну, что вы скажете о нашем инструменте? - спросил Плугаря директор, когда Иван Макарович вернулся из обсерватории.

- Это какое-то чудо! - восхищенно промолвил космонавт. - Сила его необычайна. Я читал, конечно, что здесь применяются увеличения в тысячи раз, но такого… Скажу откровенно, такого увеличения и такой четкости я не ожидал.

Директор улыбнулся:

- Да, условия наблюдений за планетами и даже звездами превзошли все наши ожидания. Садитесь, пожалуйста!

- Уже только из-за одной обсерватории стоило запустить этот спутник, - продолжал Иван Макарович, садясь на металлический стул, прикрепленный к полу возле стола. - Я рассматривал место нашей посадки. Видно, как на ладони! Считаю, что выбор правильный.

Они заговорили о допускающей силе телескопа, о посадке на Луну: уточнили порядок радиосвязи с Розой, которая будет служить ретрансляционной станцией между Луной и Землей. Радиоволны с «Кометы» понесутся к ее антеннам и, усиленные во много раз, будут штурмовать воздушный панцырь Земли, чтобы там потечь в репродукторы…

- Ax, и хозяин же из меня! - поднялся директор. - Гостей ведь, кажется, следует угощать! - Он снял салфетку, и Плугарь увидел на столе горку… бананов. - Прошу, это из наших тропиков… Скоро будут и ананасы!

66
{"b":"579421","o":1}