ЛитМир - Электронная Библиотека

Сам собой подкрался конец января. Сессию я каким-то чудом сдала неплохо, поэтому, вместо переэкзаменовки, все каникулы пришлось думать, чем себя занять. Не торчать же на Крестовском, в самом деле. У нас дома тоже не посидишь - какие-нибудь полчаса, и становится так больно и тошно, что хоть на стенку лезь. Только Оксана с Ирой и спасали. Больше Оксана, конечно. После занятий мы гуляли, где-нибудь сидели, несколько раз оставалась у неё ночевать. А вот мадемуазель Балашова, как оказалась, решила Макса утешить. Я как это услышала от Рудаковой, так чуть не села прямо в сугроб. Первым порывом было желание позвонить Ирке и подробно рассказать, кто она после этого. Но я сдержалась. Всё-таки, мы с Максом и впрямь расстались, а значит, он может встречаться с кем хочет. И если это будет Ира... Что ж, пусть так. Может, она и впрямь сумеет облегчить его боль. Мои же чувства здесь роли не играют.

- Ну как учёба?

Иногда вместо Оксаны я гуляла с мамой. Так было и сегодня. Воскресенье, наш общий выходной. Сначала мы погуляли в центре города, сходили в Эрмитаж и Кунсткамеру, а потом засели в ближайшем кафе.

- Да нормально, - пожала плечами я. - Катьку отчислили, вместо неё теперь к нам подсаживается Никита.

- Хоть симпатичный?

Анастасия Павловна в своём репертуаре.

- Так себе. Смазливый больно. И на меня вечно пялится.

- Видимо, нравишься. А он тебе?

- Не смеши! - Я улыбнулась. - И вообще, что за провокационные вопросы замужней женщине?!

Мама, конечно, тоже посмеялась, но получилось как-то вымучено. И взгляд странный. Устала, что ли?

- Простите великодушно, замужняя. Больше не буду.

- То-то же.

Тут принесли наш заказ: чай с пирожным маме и "Греческий" салат мне. Достав зубочистку, я тут же приступила к своему излюбленному занятию - изготовлению канапе из огурцов, перца, оливок и сыра.

Несколько минут мама наблюдала за моими извращениями, а потом вдруг тяжело вздохнула.

- Ань, вообще, я с тобой поговорить хотела.

Та-ак, опять что-то начинается...

- О Никите?

Сердце пропустило удар, но на переживания сил уже просто не оставалось. Мне уже просто-напросто плевать. На всё. И даже если мама сейчас скажет, что они с папой купили меня у работорговцев с Альфа Центавра, я только пожму плечами и спрошу, во сколько им это обошлось. Не могу больше. Не железная.

Мама покачала головой. Вид у неё был очень серьёзный, даже мрачный.

- Нет. О... подарке.

Нет-нет-нет! Хватит нервов! Хватит! Только не опять!

- Каком? - на всякий случай спросила я, едва сдерживая истерический смех.

- От Саши.

Ого! А вот это неожиданность.

- Саши? Короля, что ли?

Мама вскинула бровь.

- Короля?

- Ну да. Снежного. Извини, мои ассоциации.

- Не удивительно. Саша всегда был очень серьёзным и сдержанным. С самого детства.

Теперь вскинула бровь я.

- Ты знаешь его так долго? Откуда?

Несколько секунд мама молчала, глядя на меня этим своим странным взглядом. А потом вдруг достала из сумки... ту книгу! Так она всё время таскала её с собой?!

- Смотри.

Книга легла на стол передо мной. На обложке картинка - две волчьи головы, тянущиеся друг к другу.

- К-как?.. - только и смогла выдавить я.

Мама слабо усмехнулась.

- Игорь отдал.

- А... а он знает?..

- Нет. И папа не знает.

- Тогда почему?..

- Потому что ты имеешь право знать.

- Что?..

- Открой. И всё поймёшь.

Сказать, что я была в шоке, значит вежливо промолчать. Что, зачем, как? Мама смотрела на меня. Молчала. Только сейчас я заметила, что она вся какая-то замученная, бледная, с кругами под глазами. Плохо спала? Почему? Чёрт подери, вот же я дура! Так ушла в себя, что не замечала очевидного! Идиотка!

- Мам, что случилось? - Я чуть не всхлипнула. - Тебе плохо?

Она покачала головой.

- Нет. А тебе? Не хочешь открывать?

- Хочу, но ты такая...

- Со мной всё в порядке, солнышко. Не переживай. - Ещё одна вымученная улыбка. - Просто слишком много думала.

- О чём?

- О том, стоит ли тебе показывать.

- Папа был против, да?

- Да. Но я не настаиваю. Ни в коем случае. Если не хочешь или боишься...

- Нет уж! - Смахнув подступившие было слёзы, я придвинула книгу к себе. - Хватит с меня тайн.

Мама кивнула.

Что ж, была не была.

Я открыла "гримуар"...

...и тут же убедилась, что это вовсе не он, а...

- Фотоальбом?!

- Да. - Мама внимательно на меня посмотрела. - А ты что думала?

Я замешкалась.

- Ну... он просто так сделан... похож... в общем, я думала, что это какая-то книга.

Она вдруг кивнула и улыбнулась.

- Можно сказать, что книга. Здесь история одной семьи, которая... В общем, смотри сама.

А ничего другого мне и не оставалось.

Сначала фотографии были чёрно-белые, явно не новые. Чья-то свадьба. Темноволосая невеста в красивом, но строгом платье, и светловолосый жених в чёрном. Очень светловолосый. Очень-очень...

Нет. Нет-нет-нет. Не может быть. Не может.

- Только не говори, что это... Александр?! - выпалила я, пытаясь лучше разглядеть лицо жениха.

Мама хмыкнула.

- Нет. Его отец.

- Это альбом Одинцовых?! Зачем тогда...

- Ань, давай ты сначала посмотришь. А потом я отвечу на все твои вопросы. Хорошо?

- Ладно...

Кое-как справившись с удивлением, я принялась листать дальше. Свадьбы было много, но лицо невесты разглядеть не удавалось - то слишком далеко, то размыто. Странный фотограф. Потом пошли отдельные фотографии. Разные , но ничего мне не говорящие. Снова жених, только уже не в костюме. Невеста, только уже беременная.

А потом я увидела себя. Совсем маленькой, у мамы на руках. Вот только эта фотография должна быть в нашем семейном альбоме. Здесь-то она что делает? Но потом на глаза попалась подпись...

"С племяшкой, 5 мес."

- И как это понимать? - всё-таки не сдержалась от вопроса я. - Одинцовы крали наши фотографии?

Взгляд мамы снова стал очень странным.

- У нас похожая. Ань, присмотрись. Внимательнее.

Я присмотрелась.

Внимательно.

Очень.

А потом с треском захлопнула альбом и отодвинула его от себя.

- Всё, мне надоело. Расскажи мне. Сама. Там не ты, да? Очень похожа, но не ты. Кто? И почему я ничего не знаю?

Отхлебнув чаю, мама тяжело вздохнула.

- Папа не хотел, чтобы ты знала.

Пф, ну разумеется! Могла бы не спрашивать!

- Кто это? На фотографии?

- Твоя тётя. Лена.

- У меня есть тётя. Зашибись. И что в этом такого? Почему наш самый осторожный в мире отец не хотел, чтобы дочь знала про родственников? - И тут до меня дошло... - То есть, она... она... жена Одинцова?! Тогда получается, что Александр - мой... брат?!

Кажется, мама побледнела ещё сильнее.

- Да. Двоюродный. А Вика - сестра.

ОДНАКО!!!

- И... кхм... я... а... где сейчас... тётя? И её муж?

Новый вздох.

- Леонид Одинцов скорее всего погиб в авиакатастрофе. А Лена... - Она сглотнула. - Лены тоже нет в живых.

Ну а теперь, наверно, побледнела и я.

- Ч-что произошло?

- Тоже несчастный случай.

- Понятно...

Хотя о чём это я? Ничего не понятно. В том факте, что мой собственный отец в очередной раз закрутил все мыслимые гайки, ничего удивительного нет. Это само собой разумеется. Тут нечего даже удивляться: я же до сих пор маленькая девочка, которая не умеет думать самостоятельно.

А вот наличие тёти и родство с Одинцовыми...

Интересно, Белозерский о нём знал? Наверняка. Да что там - точно. Иначе не стал бы отбирать альбом. Почему он это сделал? Почему не хотел, чтобы я узнала про связь с этой семьёй? Подозреваю, что тут ответ в самом вопросе - дорогой супруг её ненавидит. Здесь всё более-менее ясно.

С Александром сложнее. Что-то мне подсказывает, что он тоже всё знает. Но какой резон говорить мне? Да ещё настолько завуалировано. А если бы Игорь Викторович не отдал альбом маме, а оставил себе? Если бы мама всё-таки не решилась мне рассказать? Король понадеялся на случай? Или просто опережает всех на несколько ходов? О, если так, то я в восхищении. Это же столько всего надо учесть! Хотя вполне может быть, что я и не права...

29
{"b":"579458","o":1}