ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Стань в очередь, парень, стань в очередь, если хочешь выпить. Все становитесь в очередь.

— Стать в очередь за _ч_е_м_? — уставился на него Эд.

— За выпивкой, за выпивкой. Каждый может зайти внутрь, чтобы взять две порции, или на полчаса — смотря что исчерпается раньше. Так что стань в очередь.

— Какого черта? — возмутился Эд. — Я не настолько хочу выпить.

Кто-то в очереди обиделся на это.

— Ага, как же, — грубо отозвался он. — Так что ты будешь делать, парень, весь день разгуливать по улицам туда-обратно? Телевизор не работает уже…

Кто-то еще присоединился к его протесту, и прежде чем первый закончил свою жалобу, чей-то более сильный голос перекрыл его.

Эд отправился прочь, пораженный до глубины души. А ведь все случилось только лишь прошлой ночью. Еще и двадцати четырех часов не прошло.

Когда он шел назад к стоянке, где припарковал Фольксховер, то заметил, что такое творится не только около баров. Рестораны, кафе-мороженые, аптеки, все были заполнены и переполнены, и перед ними стояли очереди. Везде, где были музыкальные автоматы, они были включены на полную громкость. Владельцы заведений быстро делали деньги, но Эд не мог понять, откуда эти деньги берутся. Даже при нынешнем уровне государственного благосостояния средний гражданин не имел средств, необходимых для беспрерывного посещения ресторанов и баров.

Эд сел в свой ховеркар и некоторое время сидел, размышляя. Наконец он включил машину и направился к месту назначения. Он хорошо помнил адрес, но никогда не был там. Найдя дом, он стал перед экраном идентификации и нажал на кнопку.

Раздался голос:

— Крошка Эд! Входи, я сейчас буду.

Эд открыл дверь, вошел и прошел несколько ярдов от входа к комнате, которая явно служила одновременно гостиной и библиотекой. Эд пришел в изумлении при виде обстановки. Комната выглядела как кинодекорация, изображающая интерьер позапрошлого года. Стены были украшены репродукциями, которые Эд смутно припоминал из прошлого, но они ничем не походили на школу возрождения сюрреализма, которая сейчас была в моде. Можно было подумать, что владелец повесил картины потому… ну, не исключено, что они ему _н_р_а_в_и_л_и_с_ь_. Поступая таким образом, можно в два счета заработать репутацию психа. В том же духе были стулья, столы, фурнитура. Прямиком из лавки антиквариата, вышедшие из моды несколько декад назад.

— Здравствуй, приятель, — раздался голос. — Пришел узнать насчет Мэнни Леви для этого шоу со свами?

Эд Уандер посмотрело на хозяина дома, с трудом восстанавливая порядок в мыслях, нарушенный странным интерьером комнаты.

— Свами? — непонимающе переспросил он.

— Ходящий по огню. Ты пару дней назад упоминал о ходящем по огню. Что с тобой, Крошка Эд? Ты помнишь меня? Я Джим Уэстбрук, несколько раз участвовал в твоей передаче «Час необычного», пятьдесят долларов за участие, плата наличными вперед.

Эд Уандер потряс головой.

— Слушай, — сказал он. — Где ты был последние двадцать четыре часа?

— Здесь.

— В этом доме?

— Ну да. Я был занят работой, требующей сосредоточенности.

— Ты включал телевизор?

— У меня нет телевизора.

Эд Уандер уставился на него так, словно инженер рехнулся.

— У тебя нет телевизора? У всех есть телевизоры! Но как же ты…

Джим Уэстбрук терпеливо сказал:

— Я думаю, если бы передавали что-нибудь интересное, что мне захотелось бы посмотреть, я бы мог пойти к соседям или друзьям. Но уже много лет, откровенно говоря, я не знаю таких передач.

Эд Уандер устало закрыл глаза. Затем открыл их и сказал:

— Сейчас нет времени разговаривать о таких вещах, но что ты делаешь в свободное время? Слушаешь радио, ходишь в кино?

— У меня нет свободного времени, — спокойно ответил Джим Уэстбрук. — Один или два раза в неделю я занимаюсь лозоходством. Затем, внизу в подвале у меня есть фотолаборатория, электронная мастерская, мастерская для деревообделочных работ, и еще я устраиваю небольшую машинную мастерскую. Кроме того…

— Понятно, — сказал Эд. — Хватит. Ты и так наговорил столько, что на троих хватит.

— Сядь и расслабься, — непринужденно сказал Джим.

Эд осмотрел комнату. Он состроил гримасу, прежде чем опуститься в одно из доисторического вида кресел, сверх меры оснащенное всякими приспособлениями. К его удивлению оно оказалось удобным, несмотря на дурацкий с точки зрения моды вид. Оно, должно быть, относилось еще к пятидесятым годам.

— Послушай, Джим, ходящий по углям свами отменяется — по крайней мере, откладывается. Ты потом поймешь почему. Прямо сейчас мне некогда объяснять тебе подробности, которых ты наверняка потребуешь. Вот что я пришел спросить у тебя: чудеса возможны?

Джим Уэстбрук сел в кресло напротив гостя, лицо его стало крайне внимательным.

— Чудеса какого рода?

— Ну, нечто, затрагивающее всех. Скажем, универсальное проклятие.

Инженер пожевал губу.

— Понимаешь, разговор о таких вещах сразу упирается в трудности с терминологией. Стоит только использовать термин «чудо», «магия», «проклятие», как интеллектуалы моментально приходят в ярость, как будто у них здесь кнопка. Но если не вдаваться в семантику, то ответ на твой вопрос будет «да». Похоже, чудеса происходили, и не исключено, что они происходят и сейчас или могут происходить.

Эд поднял руку.

— Погоди минутку. Назови хотя бы одно.

— Хоть дюжину, если хочешь. Моисей, перед которым расступились воды. Иисус, накормивший множество людей несколькими рыбами и семью хлебами.

Эд разочарованно произнес:

— Но ведь даже неизвестно, жили ли они на самом деле.

Джим Уэстбрук пожал плечами.

— Мусульмане точно так же убеждены, что Магомет творил различные чудеса, а того, что он реально существовал, никто не отрицает. Или возьми для примера Святую Терезу из Авилы. Она, судя по всему, умела левитировать. Думаю, что это назвали бы чудом или магией большинство ее современников, да и большинство наших. Я всего лишь настроен против использования этого термина. Я полагаю, что левитация — это, ну, нормальное свойство некоторых определенных личностей. То, что этого никто не понимает, еще не делает это чудом, когда кто-нибудь, например, Святой Дунстан, Архиепископ Кентерберийский осуществляет данное действие. Без подготовки я могу тебе назвать такие имена тех, кто умел левитировать: Святой Филипп Бенитас, Бернард Птолемей, Доминик, Френсис Ксавье и Альберт Сицилийский. Потом еще Савонарола, которого видели парящим в паре футов над полом его камеры в подземной тюрьме как раз перед тем, как его сожгли.

— Все это религиозные фанатики, — запротестовал Эд. — Я им не верю. Помешанный на религии может вообразить, будто видел все, что угодно, когда он завелся. Я старый скептик после этой моей передачи.

Хозяин дома скривил рот.

— Хорошо. Был еще Д.Д.Хоум. Свидетели его полета никоим образом не были религиозными фанатиками, а они видели, как он вылетел из одного окна и вернулся обратно через другое, и это происходило на десятом этаже. Еще? Миссис Гаппи и Реверенд Стейнтон Мозес, совсем недавно и проверено выдающимися научными фигурами.

Эд Уандер чувствовал себя несчастным. Он потрогал кончик носа левым указательным пальцем. Ему хотелось почесать свои более не существующие усики.

Джим Уэстбрук смотрел на него, слегка подняв брови, ожидая следующего вопроса.

Просто чтобы что-то сказать, Эд обвел жестом комнату.

— Что ты пытаешься доказать этой ненормальной комнатой, Джим? — Поскольку инженер, похоже, не понял вопроса, он добавил. — Вся эта вышедшая из моды мебель, никакого автобара, никакого телевизора, примитивные картины на стенах — если ты считаешь это картинами.

Джим Уэстбрук сухо сказал:

— Веласкес и Мурильо — это не совсем кроманьонские рисунки на стенах, Крошка Эд.

— Ну да, но что твои друзья говорят об этой дикой обстановке? Уэстбрук внимательно оглядел его, слегка кривя рот в печальной

усмешке.

— У меня не так-то много друзей, настоящих друзей, Крошка Эд. А те, которые есть, обычно согласны со мной. Они находят эту комнату уютной, что самое важное, и имеющей все необходимое, что по важности занимает второе место. Кроме того… — он засмеялся, -…по меньшей мере некоторые из них предпочитают Веласкеса агониям в стиле возрождения сюрреализма, принадлежащим Джексону Сальвадору.

18
{"b":"580","o":1}