1
2
3
...
15
16
17
...
40

– Ну и что же из этого следует?

– Мы должны снова изучить все алиби, и одно из них наверняка окажется ложным.

Морщины на лбу Фредди стали еще глубже. Саймон молча наблюдал за ним. Это было похоже на созерцание вращающегося колеса. А потом лицо Фредди приняло странное выражение. Он смотрел на Святого расширившимися глазами.

– О Боже, – сказал он. – Вы думаете, что Лисса...

Саймон не шевельнулся.

– Да, – пробормотал Фредди. – Лисса. У Джинни надежное алиби. Она не могла стрелять в меня. Вы сами были с ней в это время. Эстер могла бы это сделать, если бы она заранее припрятала где-нибудь пистолет. Но она была в вашей комнате, когда кто-то бросил на меня змею. Этого она не смогла бы подстроить. А все слуги ушли... Единственное же алиби Лиссы – это то, что на нее первую напали. Но мы знаем об этом лишь с ее слов. А все нападение первой ночи было очень легко инсценировать. – Лицо Фредди возбужденно пылало, и возбуждение начинало звучать и в его голосе. – А это ее увлечение детективами... конечно... она из тех, которые вечно читают все эти книги о преступлениях, она вполне способна придумать что-нибудь мелодраматическое, вроде нападения при помощи гремучей змеи, это в ее стиле...

– Я должен извиниться перед вами, Фредди, – произнес Святой с предельной искренностью. – Я и не предполагал, что вы сможете сами до этого додуматься.

Глава 8

Он был в доме один. Фредди Пеллман повез девушек обедать в ресторан "Коралловая комната", а Саймон не поехал с ними под предлогом того, что должен дождаться важного звонка. Он обещал присоединиться к ним, как только поговорит по телефону.

– Весь дом будет в вашем распоряжении, – сказал Фредди, предложивший этот план. Он все еще излучал самодовольство от своей недавней проницательности. – Вы сможете обыскать все, что захотите. И вы обязательно что-нибудь найдете. Тогда она будет в наших руках.

Саймон закончил просматривать журнал "Лайф" и вышел на веранду. Вокруг не было никакого движения. Он закурил сигарету и принялся наблюдать за сверкающими огнями, заливавшими Палм-Спрингс в ночное время. Далеко внизу, на дороге, уходившей к востоку от подножия горы, были видны быстро удалявшиеся красные огоньки, которые могли быть светом задних фар машины Фредди.

Через некоторое время Святой вернулся в гостиную и налил себе щедрую порцию виски "Питер Доусон". Захватив с собой стакан, он отправился в комнаты Эстер, а затем и Джинни и методично обыскал их.

Он не рассчитывал найти что-либо в этих комнатах, и в конце концов так и случилось. Но он чувствовал, что обязан осмотреть все.

После этого он прошел в комнату Лиссы.

Внимательно осмотрев стенной шкаф и комод, Саймон не обнаружил ничего, кроме одежды и разных личных мелочей, как и в двух других комнатах. Затем он присел возле туалетного столика. В центральном его ящике он обнаружил удивительное разнообразие кремов, лосьонов, пудры, красок и духов, без которых даже современная богиня начинает ощущать, что утратила часть своей божественной привлекательности. В верхнем правом ящике содержалась целая коллекция носовых платков, шарфов, лент, заколок и булавок. А в следующем ящике он и наткнулся на то, что надеялся найти.

Обнаружить это оказалось очень просто, ибо его находка покоилась лишь под покровом розовой мягкой пены дорогого нижнего белья. Находка состояла из револьвера 32 калибра, маленькой аптечной бутылочки с наклейкой "Синильная кислота – яд", а также старого номера журнала "Лайф". Саймону даже не обязательно было открывать журнал, чтобы убедиться в том, что он найдет внутри, но он все же сделал это. Он нашел разрезанную страницу и но расположению остальных фотографий на ней сразу понял, что отсутствовала именно та фотография, которую он видел в письме с угрозами, полученном Фредди. Он не сомневался в том, что эта фотография в точности подойдет по размеру к вырезанному из страницы кусочку.

Саймон разложил все найденные вещественные доказательства на крышке туалетного столика и, закурив новую сигарету, принялся их рассматривать.

Возможно, что любой другой на его месте решил бы, что поиски на этом заканчиваются, но не таков был Святой. В нем все больше и больше нарастало странное чувство, что настоящие поиски только теперь и должны начаться.

Он продолжал быстро осматривать содержимое туалетного столика, даже с большей уверенностью, чем прежде, хотя теперь он имел гораздо более смутное представление о том, что же именно он ищет. Но в нем жила инстинктивная уверенность, что он должен будет найти еще что-то такое, что поможет устранить последние несоответствия в этой истории и поставит все на свои места. И очень скоро он действительно нашел то, что искал.

Это был всего-навсего потрепанный конверт, заткнутый за складную рамку с фотографией, на которой был представлен весьма приукрашенный портрет Фредди. Внутри конверта оказались банковская расчетная книжка на сумму почти в пять тысяч долларов и еще сложенный листок бумаги. Когда он развернул этот листок, то понял, что поиски его наконец завершились и появились ответы на все мучившие его вопросы – ведь он держал в руках свидетельство о браке, выданное в Юме десять месяцев назад...

– Развлекаетесь? – спросила Лисса.

Она подкралась к нему тихо, словно кошка, ведь он совсем не слышал, как она вошла, и стояла сейчас прямо позади него. И все же он не был удивлен. Сознание его наполнялось безмятежным спокойствием и уверенностью, ибо все конфликты и противоречия получили наконец свои объяснения, и он знал, что наступает последний акт этой драмы.

Очень медленно Саймон повернулся к пей, и даже блестящий маленький пистолет в ее руке, направленный прямо ему в грудь, не вызвал у него ни удивления, ни тревоги.

– Откуда вы узнали? – спросил он, растягивая слова.

– Я не настолько глупа. Мне следовало догадаться гораздо раньше, но я сваляла дурака.

– Да, должно быть, так. – Он проявлял редкую невозмутимость и уравновешенность. – Между прочим, а как вам удалось вернуться обратно?

– Я просто воспользовалась машиной.

– Попятно.

Он встал, стараясь не делать резких движений и держа руки поднятыми. Лисса быстро попятилась от него.

– Не подходите ближе! – резко бросила она.

В этот момент Святой находился на расстоянии вытянутой руки от нее. Он точно определил расстояние на глаз. Он все еще был внешне совершенно спокоен и невозмутим. То новое напряжение, которое сейчас нарастало внутри него, не было похоже на то, что он испытывал прежде. Сейчас он был уверен, что убийство совершится через несколько секунд, и именно это убийство ему во что бы то ни стало хотелось предотвратить. Все его ощущения и рефлексы должны были стать острее и надежнее, чем когда-либо прежде, чтобы почувствовать приближение этого убийства и суметь определить преступника... Каждый нерв его был натянут, словно скрипичная струна, готовая оборваться в любой миг...

И когда решающий момент наступил, он узнал об этом по звуку, столь тихому, что в любом другом случае он просто не услышал бы его. Звук был таким слабым и неясным, что Святой даже не был абсолютно уверен в том, что это было, – то ли легкое шуршание рукава одежды, то ли звук от соприкосновения руки с металлом, то ли напряженно задержанное дыхание.

Было достаточно и того, что он уловил этот звук, и это заставило его действовать немедленно и с молниеносной быстротой, так быстро, что он даже сам не успевал отдавать себе отчет в своих поступках. Каким-то невероятным рывком он бросился на пистолет, который держала Лисса, схватился за него левой рукой в тот момент, когда она выстрелила, повернул его и вырвал у нее, одновременно бросив ее плашмя на пол, когда откуда-то прозвучал другой выстрел, раскат которого затерялся в шуме борьбы. Правой рукой в это же время Святой вытащил свой пистолет из кобуры под мышкой и выстрелил, и низкий звук выстрела его пистолета смешался с отзвуками двух других выстрелов... И на этом все кончилось.

16
{"b":"5801","o":1}