ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ваши слова принесли мне огромное облегчение, – мягко заметил Саймон.

Рядом с ними шумно сработала фотографическая вспышка. Саймон поднял голову и, жмурясь от яркого света, успел заметить удалявшегося фотографа, который оглянулся с заискивающей улыбкой.

– Это только начало, – благодушно объяснил Афферлитц. – Потом, конечно, мы сделаем гораздо больше фотографий. Но нет ничего плохого и в том, чтобы не пропускать того, что само плывет тебе в руки.

– Вы не будете против, – начал Святой, – если я попрошу вас объяснить, для чего все это?

– Для вашей рекламы. Конечно, я знаю, что вы и так знаменитость, но немного дополнительной рекламы никому не помешает. Я нанял самого лучшего пресс-агента в городе, и он уже занимается вами. Мне хотелось бы, чтобы вы встретились с ним сегодня днем... Кстати, мы уже составили для вас расписание на сегодняшний вечер.

– Да? – спросил Саймон с уважением.

– Да. Об этом было напечатано в "Луэлла Парсонс" сегодня утром. Я распорядился поместить материал в газете, как только узнал, что вы прибыли в город. Разве вы не читали его?

– Боюсь, я слишком увлекся чтением второстепенных материалов в газете. Знаете, в той части газеты, где говорится о войне.

Мистер Афферлитц порылся в содержимом своего толстого бумажника и извлек газетную вырезку. Одно предложение в статье было обведено красным карандашом.

"...Саймон Темплер (тот самый Святой, конечно же) сегодня прибывает в город и безусловно станет объектом пристального внимания самых красивых девушек. Но первое свидание он уже назначил Эйприл Квест, которую и будет сопровождать в "Чпро" сегодня вечером. Они познакомились в Йеллоустоне прошлым летом..."

– Это просто великолепно, – восхищенно произнес Святой. – Передо мной открывается совершенно новое прошлое.

– Вы будете без ума от нее, – продолжал Афферлитц. – Ангельское личико. Ножки – как у этих девушек на страницах "Эсквайра". И умна! Она прошла все эти науки в колледже и читает книги.

– Она тоже помнит о встрече в Йеллоустоне?

Впервые за время разговора по лицу Афферлитца скользнула легкая тень.

– Она будет сотрудничать. У нее истинно бойцовский дух. Вы тоже должны сотрудничать с нами. Я ведь плачу вам шесть тысяч в неделю, разве не так?

– А разве так? – заинтересованно переспросил Святой. – Я что-то не помню, чтобы мы договаривались об окончательной сумме. Возможно, мне было бы легче принять решение, если бы вы объяснили мне, чего вы от меня хотите.

– Все, чего я от вас хочу, – экспансивно заявил Афферлитц, – это чтобы вы оставались самим собой.

– Здесь кроется какой-то подвох, – возразил Святой. – Большую часть времени я остаюсь самим собой совершенно бесплатно.

– Да, но все же есть разница...

Афферлитцу пришлось прервать свои объяснения, так как к ним подошел официант, чтобы принять заказ на обед. Когда с этим было покончено, мистер Афферлитц положил локти на стол и подался вперед.

– Это самая замечательная идея из всех, которые когда-либо существовали в кинобизнесе, – заявил он скромно. – Уже было снято достаточно много фильмов о современных знаменитостях – Эдисоне, Рокне, сержанте Йорке и многих других. Но мне всегда казалось, что в этих фильмах есть что-то неестественное. Я не могу смотреть на Спенсера Тресп и думать, что он Эдисон, потому что я знаю, что он не кто иной, как Спенсер Треси. Я не могу видеть, как Тайрон Пауэр строит Панамский канал, или египетские пирамиды, или что там еще. И когда герцог Виндзорский покинул Букингемский дворец, меня осенило. Пусть он сыграет самого себя в фильме, рассказывающем его собственную историю. Это выглядело бы очень естественно. Я написал об этом Сэму Голдвину – в то время я занимался делами в Чикаго, – но он оказался слишком глупым, чтобы оценить все перспективы такой идеи. Вы можете в это поверить?

– Удивительно, – отреагировал Святой.

– Но сейчас все выглядит еще более интересным, – оживился Афферлитц. – Вы сейчас очень знамениты, и во многих отношениях у вас большие шансы на успех. Всем, чего вы добились, вы обязаны лишь самому себе. И вы все еще на многое способны. Сержант Йорк не смог бы играть самого себя, потому что он уже старик, но вы-то в порядке. А как вы фотогеничны! Ваши поклонники с ума будут сходить от восторга!

Саймон Темплер сделал большой глоток из своего стакана.

– Подождите минутку, – сказал он. – Я правильно понял, что ваша величайшая идея заключается в том, чтобы сделать из меня кинозвезду?

– Сделать из вас звезду? – презрительно переспросил Афферлитц. – Да вы уже звезда! Все, о чем я вас прошу, – это помочь мне снять одну картину. Мы напишем сценарий, основываясь на различных эпизодах из вашей жизни, и закончим его этой историей с Пеллманом в Палм-Спрингс. Я уже нанял двух писателей, которые работают над этим. Завтра они должны представить мне черновой вариант. Вы будете играть главную роль в фильме о вашей собственной жизни. Я уже собирался снимать подобный фильм, но с вымышленным героем, Орландо Флейн должен был играть его, однако эта идея представляется мне значительно более интересной. Со сценарием проблем не будет.

Лицо Афферлитца светилось энтузиазмом. Но вдруг выражение его изменилось, словно кто-то повернул выключатель и весь неестественный свет ушел из этого лица. Профессиональная восторженность, усвоенная им, когда он делал карьеру, исчезла, и теперь перед Саймоном сидел человек с грубыми чертами лица, которому удалось создать независимый профсоюз и успешно вести борьбу.

– Конечно, – сказал Афферлитц, – очень многим не понравится, если мне удастся успешно воплотить свою идею. II некоторые из этих людей способны будут на многое пойти, чтобы помешать мне. Поэтому я и не мог сделать такое предложение никому, кроме вас. Полагаю, что вы сможете о себе позаботиться. Но если вы боитесь, то можете отказаться, вам это ничего не будет стоить.

Глава 2

Внешность ее, как оказалось, полностью соответствовала столь многообещающе приятному голосу. Кроме очаровательного голоса у нее были золотисто-каштановые волосы и серые глаза, в которых плясали насмешливые искорки. Создавалось впечатление, что она способна не дать себя в обиду, не задевая в то же время чувств других людей. На ней был темно-синий свитер, выгодно подчеркивавший стройность фигуры. Она оказалась выше ростом, чем он предполагал. Кроме всего прочего, у нее были еще и стройные ноги и лодыжки.

– Кстати, а как вас зовут? – спросил Саймон.

– Пегги Уорден, – ответила она. – А что дальше?

– Пока юристы колдуют над моим эпохальным контрактом, предполагается, что вы должны познакомить меня с нашими талантливыми писателями.

– Прямо по коридору, третья дверь налево, – сказала она. – Не давайте им вывести вас из себя.

– Моего терпения хватит надолго, – сказал он. – Увидимся позже.

Он разыскал третью дверь по коридору и постучал. В ответ раздались звуки, похожие на рычание голодного волка: "Кто-о-о?!" Святой расценил это как приглашение и вошел.

Два человека сидели у одного видавшего виды стола, водрузив на него ноги. Стол выглядел так, что было понятно – он уже давным-давно отвык обращать внимание на подобного рода отношение к себе. У мужчин же был такой вид, что им все равно, как стол может расценить их манеру поведения.

Один из них был невысоким и коренастым, с седеющими волосами, с постоянно опущенными вниз углами рта. Второй был выше и стройнее, носил очки в золотой оправе, а его гладко выбритое лицо напоминало рекламный плакат фирмы бритвенных принадлежностей. Оба критически рассматривали Святого, пока тот закрывал за собой дверь, а затем дружно переглянулись, словно головы их приводились в движение одним общим моторчиком.

– Я представлял себе, что он обычно носит пулемет в кармане брюк, – произнес седовласый господин.

– Рабочие не успели вовремя повесить люстру, – откликнулся человек с рекламного плаката, – а то бы он повис на ней... А может быть, мы принимаем вас за кого-то другого?

20
{"b":"5801","o":1}