ЛитМир - Электронная Библиотека

– А не припомните ли точное время?

– Было самое начало третьего. Я встретил мистера Темплера на Бонд-стрит, прямо у выхода из Барньярд-клуба. Я возвращался с ужина домой довольно поздно и пригласил его поехать со мной...

Надо признать, что старшего инспектора Тила мулы никогда копытами в живот не лягали. Но если бы произошел такой печальный случай, можно с полной уверенностью утверждать, что выражение его лица в тот момент было бы точно таким же, как и сейчас, когда он, разинув рот, безмолвно уставился на Нордстена. Дважды инспектор попытался протолкнуть слова через голосовые связки, которые, казалось, склеились, и лишь третья попытка увенчалась успехом.

– Так вы говорите, что встретили Темплера в два часа ночи на Бонд-стрит и сразу привезли его сюда?

– Конечно, – коротко бросил Нордстен. – А в чем дело?

Тил набрал полную грудь воздуха. В чем дело? А как же таксист, которого отыскали сегодня днем и который рассказал, что человек, опознанный им по фотографии как Саймон Темплер, около двух часов ночи заплатил ему пятьсот фунтов за машину, куртку и фуражку? Правда, тот человек сказал, что покупает машину для музея...

– А такси при нем было? – едва слышно вымолвил Тил.

– Да, было, – с тенью удивления ответил Нордстен. – Он только что купил его, чтобы подарить какому-то музею. Перед тем как ехать сюда, нам пришлось отвести эту машину в гараж.

– А как вы, черт возьми, обо всем догадались, Клод? – восхитился Святой.

– Догадался, говорите? – Тил сжал кулаки. Он много чего хотел сказать, но не находил слов. Догадался! Правда, никто не сумел записать или запомнить номер его такси, с которого и начались все неприятности, поскольку задние фонари машины не горели. Никто не мог с уверенностью опознать и само такси, которое было серийной машиной довоенного выпуска. Никто не мог с уверенностью опознать и того человека, который сидел за рулем такси. Но ведь есть же предел этой цепи совпадений? Святой встретил Тила у клуба и видел, как он туда вошел. Святой купил машину-такси. Вскоре после этого Тил ехал в такси и попал в такую переделку, которую мог устроить только злой гений Святого. А они говорят – догадался! Остекленевшие глаза инспектора вновь обратились на Святого. Но какой суд Соединенного Королевства примет в качестве доказательства описание издевательски-снисходительной улыбки Саймона Темплера? Тил вновь обратился к Нордстену:

– Как долго у него уже было это такси, когда вы встретились?

– Не более нескольких минут, – ответил Нордстен. – Когда я ехал по Бонд-стрит, мистер Темплер стоял около машины. Я остановился, он указал мне на удаляющегося шофера и рассказал, что сделал.

– С вами был кто-то еще?

– Мой шофер.

– А вы знаете, что ваш дворецкий – отсидевший в тюрьме преступник?

– Не вижу здесь никакой связи, – поднял брови Нордстен, – но я, естественно, знаком с его прошлым. Если хотите знать, я интересуюсь перевоспитанием бывших преступников.

Эрик был очень утомлен, по в тот момент напряженность его голоса и нервные движения рук могли быть приняты за признаки нарастающего гнева.

– Если я вас правильно понял, инспектор, вам нужны мои показания в связи с неким преступным деянием, – несколько напыщенно произнес он, – и я буду рад дать их в соответствующем месте. Полагаю, моя репутация послужит достаточной гарантией моих свидетельств.

Саймон Темплер стряхнул с сигары пепел и поднялся с кресла. В накинутом поверх белья шелковом халате он выглядел весьма живописно, а обращенная к инспектору его улыбка была совсем ангельской.

– У меня складывается впечатление, Клод, – лениво произнес он, – что вы взяли не тот след. Будьте же хорошим спортсменом и мужественно признайте поражение. Заглядывайте как-нибудь в другой раз, и уж тогда мы все для вас устроим по полной программе: будет вам и люк под ковром, и мрачное подземелье с двумя мертвыми телами, и...

– Как бы я хотел, чтобы одно из тел оказалось вашим! – страстно пожелал Тил.

– Кстати, о телах, – сказал Святой. – Сдается мне, что ваш животик опять подрос. Если ткнуть его пальцем...

– Не надо! – проблеял разъяренный детектив.

– Что-то вы нынче раздражительны, Юстас, – вздохнув, с упреком промолвил Святой. – Ну, это не беда. Со всеми бывает. Посоветую вам великолепное средство – хорошую дозу касторки с утра... Ну а теперь спать. – И он очень вежливо проводил детектива до двери.

Безмолвствовавший все это время сержант Барроу, не имея никаких указаний, присоединился к этому великому исходу, чего инспектор Тил никак не мог запретить. Разглядывая проблему под всевозможными углами, какие и не снились даже великому Евклиду, старший инспектор Тил другого выхода просто не видел. Самым большим желанием Тила в тот момент было желание уйти из этого дома подальше, залечь на недосягаемой глубине, просидеть там целую вечность с холодным компрессом на голове и мятной жевательной резинкой во рту и посоображать, как же все это могло произойти.

– Не споткнитесь на ступеньках, – добродушно предупредил Саймон, когда они подошли к парадной двери.

– Ладно, – скрипуче отозвался детектив, – о себе я сам позабочусь. И вам советую сделать то же. Не всегда ведь вам все будет сходить с рук. Когда-нибудь я поймаю вас без алиби. Когда-нибудь я вас так прижму, что никакие ваши выдумки не помогут вам выпутаться. Когда-нибудь я...

– Покеда, – лениво процедил Святой и захлопнул дверь.

Он повернулся, увидел вышедшего в холл дворецкого и сунул руки в карманы халата.

– Как я понял, Троцкий, вы неплохо сыграли роль.

– Да, сэр, – ответил тот, глядя на Саймона убийственным взглядом.

Саймон задумчиво улыбнулся ему и пошевелил рукой в правом кармане халата.

– Надеюсь, вы будете продолжать играть ее так же хорошо, – очень легко произнес Святой. – Эта шутка с Викери закончилась, но все остальное пойдет своим чередом. Если хотите, можете уносить отсюда ноги как можно скорее, да заодно прихватите с собой и других своих головорезов. Но запомните: вы единственный в мире, кто знает, что Ивар Нордстен – это другой человек, так что если это станет известно кому-нибудь еще, то я буду точно знать, кого искать. Вы меня знаете, а средства обеспечить ваше вечное молчание у меня найдутся.

С этими словами Саймон вернулся в библиотеку, где его ждал Эрик Нордстен.

– Как вам понравилась моя игра?

– Вы были великолепны, – ответил Святой и усмехнулся. – Но, я вижу, вам все это нелегко далось. Так что на сегодня хватит. Горячая ванна и хороший сон в чистой постели сделают из вас совершенно другого человека. И вы действительно будете другим человеком. Но я хочу, чтобы завтра вы в первую очередь сделали еще одну вещь.

– Какую же?

– У меня в доме находится довольно симпатичная девушка по имени Аннет Викери. Именно она и вывела меня на это дело, если вы еще не забыли. Я могу без труда вывезти ее из страны, но ей надо на что-то жить. Если вы прикажете, то для нее наверняка отыщется место в одной из ваших шведских контор. Помнится, вы говорили Клоду Юстасу, что интересуетесь перевоспитанием бывших преступников. Вот вам отличная возможность.

– Думаю, это можно устроить, – кивнул Нордстен. Он встал, чувствуя себя очень непривычно в отличном вечернем костюме, который Саймон нашел для него в гардеробе. И наверное, впервые за два года на его губах мелькнула усталая улыбка. – Полагаю, вас перевоспитывать – дело безнадежное?

– Тил обещал попробовать, – благочестиво отозвался Святой.

Часть третья

Искусство алиби

Глава 1

Старший инспектор Клод Юстас Тил медленно развернул жевательную резинку и глянул через стол фарфоровыми кукольными глазами.

– Я, конечно, понимаю вашу точку зрения, – сказал он. – Я же не дурак. Я знаю, что вы не совершили ничего такого, на что я мог бы пожаловаться, будь я простым наблюдателем, Я знаю, что все те люди, которых вы ограбили и... – тут он сделал намеренную паузу, – ...и убили, в какой-то мере заслуживали этого. Но я также знаю, что с технической стороны дела вы самый опасный и неумолимый преступник, по которому давно тюрьма плачет. Я ведь полицейский, и моя работа – именно техническая сторона дела.

30
{"b":"5803","o":1}