A
A
1
2
3
...
40
41
42
...
54

– Что это такое? – спросил он.

– Стадо кабанов, – ответил Чарли Холвук. – Очень плохо. Кого-то они поймали. Лучше ехать другой дорогой.

Саймон повел машину дальше, и только позже до него дошел весь смысл сказанного. Он увеличил скорость.

– Кого-то? – переспросил он, не веря своим ушам. – Ты имеешь в виду человека?

Индеец указал рукой вправо. Сначала Саймон не видел ничего; но потом резко переключил рычаги и направил машину к ручью.

– Ничто не поможет, – резко сказал Чарли Холвук. – Кабаны рвут мгновенно. Лучше не ехать.

– К черту, – сказал Святой твердо. – Я не собираюсь убегать, если кабаны напали на человека.

И вдруг он увидел прямо перед собой громаду переплетенных корней, отгораживающих островок ризосферы. На единственном росшем здесь дереве болталась человеческая одежда. У подножий дерева на открытой полянке маячили зловещие тени; и как только машина стала приближаться, послышалось грозное рычание ощетинившихся зверей.

– Эти боровы хуже диких кошек, – сказал Галлиполис, поднимаясь со своим ружьем. – Лучше я пальну разок-другой.

– Подожди минутку, – сказал Святой и повернулся к индейцу. – Сколько еще нам ехать, Чарли?

– Около мили. Или чуть больше.

– Здесь стрельбу слышно далеко?

– Далеко. Лучше не стрелять. Кабаны хуже диких медведей.

Саймон упрямо поджал губы. Если бы он повел себя так, как должен был вести, выполняя свою миссию, то ему следовало ехать дальше, ни во что не вмешиваясь и не задерживаясь. Но оставить здесь беззащитного человека один на один со всем этим стадом ревущих зверей – было не в натуре Саймона. Кроме того, спасти человека, находящегося в такой близости к тайному пристанищу Марча, тоже могло оказаться кстати.

Он развернул машину и окинул взглядом ручей. Ручей омывал корни деревьев, росшие по всему периметру островка...

Прежде чем кто-либо понял его намерения, Саймон схватил гаечный ключ и открыл крышку бака с бензином.

– Что за черт! – рявкнул Галлиполис; Саймон улыбнулся саркастической улыбкой.

– А ну не мешай, не то весь бак выпущу, – тихо сказал он, и грек отошел в сторону, когда мистер Униатц направил дуло своего пистолета ему прямо в солнечное сплетение.

Саймон выпустил около двух галлонов бензина, завинтил крышку, и ручей побежал вниз, расцвеченный всеми цветами радуги разлившейся по нему жидкостью.

Затем Саймон зажег спичку и поднес к ручью – он вспыхнул ярким пламенем. Огонь помчался к островку и стал лизать корни. Ноги зверей тут же охватило пламя, и раздался душераздирающий рев. Они бросились в воду и мгновенно скрылись из виду. Большинство из них достигло противоположного берега и продолжало без оглядки мчаться сквозь густой кустарник, визжа, как на заклании.

Огонь постепенно погас, не тронув свежий дерн. Саймон направил машину к острову, ухватился за свисавшую над головой ветку и с ее помощью перебрался на относительно сухой клочок земли как раз вовремя, чтобы поймать соскользнувшего с дерева человека, нашедшего там временное убежище.

Солнце, клонившееся к закату, бросило на землю свой прощальный луч, и рыжие волосы вспыхнули огнем. Невероятно, но это была Карина Лейс.

* * *

– А я как раз подумал, куда это ты запропастилась, – сказал Святой нарочито беззаботным тоном.

Вместо белоснежного пышного платья на Карине теперь был голубого цвета костюм, сшитый в подражание рабочей одежде. Теперь, грязный и изорванный в клочья, он представлял жалкое зрелище – в таком костюме не увидишь ни одного мало-мальски уважающего себя рабочего. И все же, к своему удивлению, он обнаружил, что это ни в коей мере не умаляло ее достоинств. Мокрая, прилипшая к телу одежда лишь подчеркивала совершенство фигуры, а грязное, усталое лицо казалось еще более прекрасным. Все это Саймон мгновенно отметил про себя, отметая холодную неприязнь, которую он должен был к ней испытывать.

А Хоппи Униатц был удивлен совсем по другой причине. Он просто не мог поверить своим глазам.

– Босс, – сказал он так, словно хотел избавиться от наваждения, – я же оставил вас с этой курицей в ресторане.

– Так точно, Хоппи, – согласился Святой.

– И вы ведь не брали ее с собой сюда?

– Нет, Хоппи.

– Тогда, – логически рассуждая, продолжал мистер Униатц, – как она оказалась здесь на дереве?

Галлиполис вытер лоб насквозь пропитанным потом носовым платком и сказал:

– Это уже, черт побери, слишком.

– У кого-нибудь есть сигарета? – спокойно спросила Карина.

Саймон достал пачку. Сигареты были сухие. Он дал ей одну, вторую взял себе. Он заметил, что руки у нее грязные, в царапинах и тем не менее не дрожали, – он пристально вглядывался, чтобы в этом удостовериться.

– Итак, – сказал он после того, как дал ей прикурить, – я знаю, что наша грешная жизнь полна таинственности, но Хоппи, по-видимому, чем-то интересуется.

Ее темно-синие глаза остановились на слегах Марча, затем она перевела взгляд на четверых мужчин: Хоппи, Галлиполиса, Чарли Холвука и, наконец, Святого. Саймон понимал, что у всех них, включая Карину, вид довольно непрезентабельный. Только что ее положение было отчаянным, но она сохраняла спокойствие и была хладнокровнее, чем когда-либо раньше.

– Похоже на то, – сказала она, – что мы в буквальном смысле слова находимся в одной лодке.

– Не совсем, – поправил ее Саймон, – слеги ходят и по земле, хочешь верь, хочешь нет. Это, конечно, не «роллс-ройс», но для Эверглейдза – лучше не придумаешь.

– По земле? – Она оживилась. – Ты хочешь сказать, что на этой машине мы можем выбраться из болот?

– Но мы на ней приехали сюда.

– Саймон, – произнесла она, – благодарю Бога, что ты приехал на ней. Не надо терять времени, я должна выбраться на дорогу...

Саймон присел рядом с машиной, положив руки на колени; выпустил изо рта большое облако дыма. Он насторожился, словно одевшись в холодную броню отчужденности. Таким она никогда прежде его не видела.

– Я думаю, что ты неадекватно оцениваешь ситуацию, дорогая, – сказал он решительным тоном. – Вопрос стоит так: взять ли нам тебя с собой туда, куда мы сейчас направляемся, или оставить здесь, предоставив тебе возможность идти пешком к намеченной цели.

Саймон читал в ее глазах мучительную боль, но она продолжала не мигая, в упор глядеть на него.

– Понимаю, – сказала она, – я должна была начать сначала.

– Попытайся это сделать, – бесстрастным тоном предложил Саймон.

Ее сигарета разгорелась.

– Хорошо, – сказала она, стараясь подделаться под его тон. – Думаю, вам известно, что капитан Генрих Фрэд является одним из главных секретных агентов фашистской организации в Соединенных Штатах?

– Я догадался об этом. – Саймон стряхнул пепел с сигареты в бегущий ручеек. – А ваш дорогой Рэндолф Марч – марионетка или своего рода повеса-финансист пятой колонны. Продолжай.

– Ты знаешь, что у Рэндолфа Марча здесь имеется гавань, которую он называет охотничьим домиком или как-то еще в этом роде.

– Хоппи догадался об этом. Сам. Могу сообщить тебе еще кое-что. У Фрэда есть немецкая подлодка, они выходят в море и торпедируют танкеры.

– Правильно.

– А ты в этом уверена? Ты видела эту подлодку?

– Видела сегодня в первый раз. Она сейчас там.

– И что еще?

– Яхта «Марч хэер».

– Мы тоже немножко в курсе дел. Ты знаешь об этом, так как была тогда на яхте. Как бы там ни было, но я видел тебя там.

– На яхте еще два человека.

– Знаю. Это мои друзья. Их арестовали подставные лица, переодетые в полицейскую форму. – Голос Святого резанул как острая бритва. – Как они себя чувствовали, когда ты уходила с яхты?

– Нормально. Все будет в порядке, судя по тому, как ты действуешь. Их взяли в качестве заложников.

– Но разговор еще не окончен. Когда ты, в конце концов, расскажешь нам все, чего пока мы не знаем?

Она изо всех сил старалась держать себя в руках.

– Что еще вас интересует?

41
{"b":"5805","o":1}