ЛитМир - Электронная Библиотека

Эндрю Мортон

Диана. Ее истинная история

От автора

Когда берешься за жизнеописание члена королевского дома, всегда сталкиваешься с одной и той же проблемой: как убедить читателя в достоверности рассказа? В ряде случаев автор получает информацию от лиц, которые соглашаются дать интервью, но просят не упоминать их имени в печати. Поверит ли читатель анонимным цитатам? Другое дело, если книгу заказывает Букингемский дворец. В этом случае автор получает допуск к официальным архивам, берет интервью у высокопоставленных придворных и именитых друзей царствующей особы, но у читателя нет-нет да и шевельнется сомнение: пусть автор говорит правду, но до конца ли правдивы источники?

Книга о принцессе Уэльской, которую я предлагаю вниманию читателей, не является официальной биографией. Она написана без «благословения» Букингемского дворца на основании рассказов многочисленных друзей, сторонников и родственников принцессы. Некоторые факты звучали, как откровение. Люди, хорошо знающие принцессу, говорили о ее жизни абсолютно искренне, хотя обычно, когда речь заходит о королевском семействе, все невольно настраиваются на почтительный лад и предпочитают умалчивать о неприятных вещах. Я отдаю должное их мужеству и выражаю сердечную благодарность за содействие в создании этой книги.

Хотелось бы особо поблагодарить брата принцессы Уэльской, 9-го графа Спенсера, который поделился воспоминаниями о детстве сестры и тонкими наблюдениями за ее характером, внеся, таким образом, весомый вклад в этот труд.

Я выражаю искреннюю признательность также баронессе Фокендер, Кэролин Бартоломью, Сью Бичи, Джеймсу Колтэрсту, Джеймсу Джилби, Малколму Гроувзу, Люсинде Крейг-Харви, Питеру и Нейлу Хиклингам, Феликсу Лайлу, Майклу Нэшу, Делиссе Нидгэм, Адаму Расселу, Рори Скотту, Анджеле Серота, Мьюриел Стивенз, Уне Тофоло, Стивену Твиггу.

К сожалению, нельзя назвать всех имен: многие из тех, кто любезно согласился дать интервью, в силу занимаемого в обществе положения, не могут афишировать свое участие в работе над книгой. Тем не менее, я от души благодарю их за помощь.

Спасибо моему издателю Майклу О'Мара, чьи мудрые советы помогли преодолеть тернистый путь от идеи к ее воплощению. Благодарю также мою жену Линн за моральную поддержку и терпение.

Эндрю Мортон. Апрель 1992 года

1. «Это только начало…»

Голос на другом конце провода звучал резко и тревожно. «Идите к скремблеру», — коротко приказал голос. Только не подумайте, что это происходило в рубке военного корабля или в какой-нибудь засекреченной комнате Белого дома. Скремблер (кодирующее устройство против прослушивания) был предусмотрительно вмонтирован в обычный телефонный аппарат, стоявший в моем скромном офисе в северной части Лондона. Мне сообщили подробности о причинах отставки личного секретаря принца Чарльза сэра Кристофера Эри.

Мой осторожный собеседник воспользовался телефоном-автоматом на одном из шумных перекрестков столицы островного государства на северо-западе Европы, и этот звонок стал первым шагом по извилистой тропинке, которая вела к самому сердцу британской монархии. Этот разговор послужил толчком к началу расследования с целью установить истину о личности принцессы Уэльской, истории ее брака и жизни в королевском семействе. Мне не пришлось сожалеть о выборе предмета расследования: история жизни моей героини оказалась на редкость поучительной и полной драматических коллизий.

Лет десять я посвятил изучению современной монархии, написал немало книг, прослыл знатоком в этой области на радио и телевидении. Мне казалось, что я действительно досконально изучил этот предмет. Однако последнее исследование, на которое ушел год, показало, как мало я, в сущности, знаю о том, что происходит за чугунными воротами Букингемского дворца и какие тайны скрывает кирпичный фасад Кенсингтонской резиденции членов королевского семейства.

Материал об отставке секретаря появился на страницах «Санди-Таймс». Спустя неделю я опубликовал более подробную статью, посвященную проблеме соперничества между офисами принца Уэльского и его жены, принцессы Уэльской. Прошло еще несколько недель, и в прессе поднялся шум в связи с 30-летним юбилеем принцессы Дианы. Я откликнулся очередной статьей о закулисных маневрах, призванных примирить супругов после скандальной публикации об отказе Дианы отметить этот праздник вместе с мужем в Хайгроуве, их загородной резиденции.

Публикация статей в «Санди-Таймс» повлекла за собой целую цепочку событий. Прежде всего началась «охота на ведьм» в кулуарах Букингемского дворца: искали источник утечки информации. Впрочем, я не новичок в своем деле и был к этому готов. Ричард Эйлард, новый личный секретарь принца Чарльза, пристально изучал статьи, в надежде найти какую-нибудь зацепку, а личный секретарь королевы сэр Роберт Феллоуз утверждал, что предатель — из служащих Кенсингтонского дворца.

Предположения переросли в уверенность после краткого разговора по телефону с Артуром Эдвардзом, опытным фоторепортером из газеты «Сан». Артур — тертый калач, и своей удачливостью он во многом обязан отличным информаторам из придворной среды. «Я было решил, что твоя последняя статья — блеф, — сказал Артур, — но потом поговорил с одним хорошим знакомым, и он подтвердил, что за информацию хорошо заплатили. Я звоню, чтобы предупредить: будь осторожен, они ищут источник информации». Любопытно, что эта история повторилась спустя несколько месяцев, когда я обнародовал материал о том, что герцогиня Йоркская собирается покинуть своего супруга, младшего брата наследника престола. Тогда мне тоже позвонил надежный друг и сообщил, что в Букингемский дворец был вызван офицер службы безопасности королевского дома и дипломатического корпуса, который получил специальное задание разыскать источник утечки информации. «Телефонные разговоры прослушиваются», — утверждал мой хорошо информированный знакомый. Через несколько дней мой офис взломали и подвергли обыску.

Вместе с тем эти первые публикации привлекли внимание друзей принцессы Уэльской. У них появилась надежда, что теперь ее роль в семейной драме может быть освещена объективно и беспристрастно. Эти люди (многие из которых впоследствии окажут мне большую помощь в работе над книгой) были возмущены тенденциозностью многочисленных статей и книг, выпущенных к 10-летней годовщине свадьбы принца Уэльского и в связи с 30-летним юбилеем принцессы Дианы. В этих изданиях, как правило, рисовался портрет наивной и легкомысленной девушки, чьим эмоциональным и интеллектуальным развитием заботливо руководил мудрый супруг. Рассуждая о семейной жизни принца и принцессы, сочинители сходились в одном: несмотря на некоторое несходство характеров и периодически возникающие размолвки, принц и принцесса являются в настоящее время хорошими партнерами, которых объединяет общая цель, хотя каждый идет к ней своим путем.

Вскоре мне стало известно, что те, кто близко знает принцессу, считают эти благостные рассуждения карикатурным подобием правды. Решающее значение для меня имела встреча с одним из старых друзей Дианы, которая состоялась в будний день в скромной рабочей забегаловке на окраине Лондона — подальше от любопытных глаз. Пока посетители за соседними столиками жадно уписывали яичницу с беконом, мой собеседник посвящал меня в драматические подробности жизни Дианы в клетке Кенсингтонского дворца.

Вопреки хронологическому порядку всплыла характерная деталь из давнего прошлого — и сразу померк радужный блеск красивой сказки о любви принца и принцессы. Под дружный стук ножей и вилок и звяканье стаканов мой собеседник поведал мне, как Диана собиралась разорвать помолвку накануне свадьбы. Это было за два дня до торжественной церемонии в соборе св. Павла. Поводом послужила привязанность принца Чарльза к Камилле Паркер-Боулз, супруге одного из придворных королевы. Когда-то, задолго до женитьбы, у Чарльза был роман с этой дамой, и, по мнению Дианы, странная дружба между Камиллой и ее будущим мужем представляла серьезную угрозу ее браку. Диана расстроилась до слез, обнаружив случайно, что принц Чарльз собирается послать Камилле весьма символический подарок: браслет, украшенный монограммой в виде инициалов их прозвищ — Фред и Глэдис. К тому времени Диане уже было известно, что так называли друг друга в узком кругу ее жених и его старая подруга. Ей рассказали об этом, когда Чарльз послал заболевшей Камилле букет цветов с запиской «Глэдис от Фреда».

1
{"b":"582559","o":1}