ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Хотя бы в частностях, — повторил седовласый. — К сожалению, мы живем в мире, который далек от этического равновесия. Мы живем в мире, где нас обманывают. Более того, в мире, где мы вынуждены обманывать друг друга. Более того. В мире, где мы обманываем сами себя, ибо не можем отличить истины от…

Мастер предостерегающе поднял палец:

— Концепция этического равновесия в вашей интерпретации представляется более чем сомнительной, мой друг. По-моему, это — вообще уровень «око за око, зуб за зуб».

Седовласый улыбнулся:

— Вы все время стараетесь меня поставить в такое положение, чтобы я оправдывался.

— Отнюдь. Я просто хочу, чтобы вы сами для себя уяснили ценность собственных решений.

Метель за окном начала как будто бы немного стихать. В облаках появились редкие просветы. Выглянула луна.

— А если этот ваш импульсатор…

— Красная кнопка?

— Да. Выйдет из строя?

— Это невозможно, Мастер.

— Скажем, взорвется. И вы их вообще не сможете найти?

— Ну, что ж. Тогда мне придется подать в отставку. Но еще раз повторю, Мастер: трагический исход м-маловероятен.

— Сколько это в процентном выражении?

— Примерно один к двадцати.

Мастер покивал:

— В общем-то это не так и мало, если речь идет о твоем собственном сыне. Или, скажем, внуке, а? — И он пристально посмотрел на седовласого.

Тот промолчал.

— Ну, хорошо. Еще раз объясните мне, почему все-таки не направить туда обычный звездоскаф Косморазведки?

— О, на это есть несколько веских причин, Мастер. Во-первых, да и во-вторых тоже: утечка информации по официальным каналам, которая может привести…

Мастер, наклонив голову, молча слушал и, еще минут пять после того как седовласый выдохся, задумчиво смотрел в огонь, поигрывая ножкой бокала. А потом сказал:

— Расскажите-ка мне поподробней об этих ребятах.

— Поподробнее? Пожалуйста…

11

11 апреля 2188 года, пятница,

накануне Дня Звездопроходца

Это случилось в апреле восемьдесят восьмого. До зачета оставалось еще больше года. В тот день очередная попытка — теперь я могу сказать, что она оказалась самой последней из попыток «выйти на архив», — принесла наконец результат. Это вовсе не означает, что мы проникли в святая снятых Школы, просто наряду со множеством совершенно бесплодных, более того, небезопасных попыток, сопряженных с риском быть с позором отчисленными из Школы, эта попытка дала хоть какой-то результат. Мы наткнулись на характеристики курсантов Астрошколы. Частично нам помогла Женевьева, кое-что подсказала, а в общем, большей частью это была удача чистой воды.

В эту пятницу занятия окончились на три часа раньше. В актовом зале Астрошколы должно было состояться торжественное собрание, после чего начинался концерт, дальше по программе — бал, на который традиционно приглашались выпускницы Сичневого института. Коридоры Школы после полудня обезлюдели, и мы без особого труда, никем незамеченные, проникли в аудиторию, где был установлен один из периферических компьютерных терминалов, связанных с Вычислительным центром Школы.

Юра Заяц, как мне показалось, невероятно долго копался, пока, взламывая один за другим коды защиты, добрался до вожделенной эмблемы «DAS» в обрамлении черных крыльев, коронованной звездой. Эмблема — на фоне синего диска.

Конечно, хотелось бы иметь код-допуск самого директора, однако и это тоже неплохо; Женевьева сумела снабдить нас идентификационным кодом декана: БВЕ 1100785/к. Едва Юра нажал последнюю клавишу, как на экране высветилось приветственное: «ДОБРЫЙ ДЕНЬ, ВЛАДЛЕН ЕВГЕНЬЕВИЧ» и вспыхнул новый запрос. «БУДЬТЕ ДОБРЫ, ВВЕДИТЕ ДАТУ ВАШЕГО РОЖДЕНИЯ».

— Чьего рождения? — переспросил я.

Валентин присвистнул.

Этого не мог ожидать никто. Об этом не предупреждала Женевьева, об этом не рассказывал никто из старшекурсников. В правом нижнем углу экрана не спеша начали сменяться цифры: 59, 58, 57… означающие, что терпение компьютера не безгранично и что по истечении минуты, не получив ответа, программа отключится, мало того, наверняка включится охранная система перехвата, могли, например, заблокироваться двери…

— С-с-с… уходим, — прошипел Гриша Чумаков.

— У нас еще п-почти минута, — сказал Юра Заяц.

— Ну и что? Тебе известен день рождения декана?

— Он Водолей, — неожиданно сказал Валентин.

— Уходим, — повторил Гриша.

— Ст-тойте. — Юрины пальцы запорхали по клавишам.

В течение нескольких тягостных секунд я чувствовал, как от пяток все выше и выше царапают по ногам невидимые холодные коготки.

Отсчет вдруг остановился. Вспыхнуло: «ЖДУ УКАЗАНИЙ».

— Как ты это сделал? — восхищенно спросил Алексей.

— Соединил две п-программы.

Валентин хохотнул.

— Дальше, дальше, — снова занервничал Гриша Чумаков. — Ищи список курсантов.

На экране последовательно сменилось: 2184 год поступления; мастер-класс Поль Виталий Брониславович… Это было похоже на сказку, на выигрыш в лотерею, маленькое чудо…

— Да вот же, вот! — Гриша ткнул пальцем в экран со столбцами перечней файлов. — Куда вы смотрите? Вот наша пятерка!

— Спокойней, спокойней, курсант. — Валик похлопал его по плечу.

На дисплее высветился код нашей группы: 184-RD-1000012/Восток и сразу: «ЛИЧНЫЕ ДЕЛА. ВЕРГУНОВ ЮРИЙ ВИКТОРОВИЧ. ХАРАКТЕРИСТИКА.

ВЕРГУНОВ Ю. В., 29.09.68 г. р., 0 (I) группа крови, «охотник». Акцентуация стерта. Средний уровень невротизации. Эмоционально-мотивационная сторона личности скомпенсирована. IQ по Стенфордской шкале: 120. Психологическая совместимость: В, D, G, S».

— Это все не то, — пробормотал Валентин. — Глупости.

— Погодите, — Гриша оттеснил Юру и сам сел за пульт. — Это важно, тем более характеристики короткие. — К нему вернулась прежняя уверенность, даже голос изменился. — Так, дальше…

«Важной особенностью личности является смена гипертимических (эйфорических) и дистимических состояний. В фазе дистимии возможна озлобленность и подавленность, в крайнем состоянии — замедленность реакции и мышления. Физическая форма: отличная. Красный пояс до-шин-кан. Реакция на опасность адекватная. Надежен. Отличное знание техники и компьютерных технологий. Имеет педагогические наклонности. Может быть использован как в Косморазведке, так и, в дальней перспективе, как преподаватель Астрошколы». Дальше шло несколько фотографий, на которых Юра Заяц был запечатлен во время тренировок и сразу начиналась характеристика Алексея.

«ГОПАК Алексей Камиллович, 14.03.68 г. р., В (III) группа крови, «кочевник». Скрытая акцентуация. Средний уровень невротизации. Высокая социальная адаптация. IQ по Стенфордской шкале: 125 — высокий. Психологическая совместимость: В, D, Q, R.

Тип личности близок к гипертимическому, сочетается с высокой активностью, жаждой деятельности. Характерны общительность, повышенная словоохотливость, эрудиция. В критических ситуациях склонен к аферам. По биоритму — сова. Физическая форма: отличная. Красный пояс до-шин-кан. Реакция на опасность адекватная, склонен к предчувствиям. Отличное знание социологии, а также истории. Может быть использован как в Косморазведке, так в перспективе и в координационном звене Дальразведки». В конце — тоже несколько фотографий.

— Я не совсем понимаю, при чем тут аферы, — сказал Алексей.

— Дальше, дальше. — Гриша нажал смену страницы.

«ДРОБИЧ Василий Михайлович, 27.09.67 г. р., 0 (I) группа крови, «охотник». Эмотивный тип акцентуации. Стертый уровень невротизации. Склонен к сентиментальности, сочувствию, эмпатии. IQ по Стенфордской шкале: 125. Психологическая совместимость: В, Q, R, S.

Физическая форма — отличная. Красный пояс до-шин-кан. Реакция на опасность адекватная. Отличный пилот. Самый высокий балл за пилотирование на курсе. Спокоен, целеустремлен. Отличное знание биологии, физиологии и журналистики. Уравновешен. Может быть полезен как пилот в Косморазведке, так и в перспективе — в отделе по связям с общественным мнением».

14
{"b":"582821","o":1}