ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Кирилл? - откуда-то справа раздался знакомый голос охранника.

Кирилл обернулся на звук. Мысли мешались. Он никак не мог вспомнить знакомое лицо подошедшего мужчины. Охранник же, напротив, узнал и подхватил беспомощного путешественника. Кирилл пытался проморгаться, он заметил на форме охранника нагрудный значок с тремя большими цифрами - 777.

- Счастливчик, - пробормотал Кирилл.

- Ты ужасно выглядишь, - сокрушался охранник. - Бледный как стена.

- Нет, - возразил Кирилл. Он сопротивлялся усилиям охранника отвести его куда-то. - В спальный...

- Я отвезу тебя домой, успокойся, - охранник был настойчив.

Кирилл только и смог, что пробурчать что-то невразумительное. Он ощупал свои карманы и в боковом почувствовал бугорок. Запустив руку, он вытащил оттуда электронный ключ, но без брелока. Охранник добродушно сообщил, что эту потерю придется оплатить из зарплаты. Он довел Кирилла до машины и как можно аккуратнее уложил его на заднее сиденье.

Глава 24. Выбор

Город спал. Ночь накрыла его сухим холодным одеялом. Ни ветерка, ни малейшего движения воздуха. Не было ничего, что могло потревожить уснувшие районы. Гладь каналов отражала в своей темноте огни гранитных берегов, затягивая в свою темную глубину свет, исходящий от фонарей, не выпуская обратно. Свет города тускнел. На город шел крадучись туман. Проходя тихо между домами, под арками и мостами, вдоль узких каналов, он захватывал власть над ночным городом, сжимая своих липкие объятия. Скоро воздух остановится и туман займет осажденный город. Липкая влажность проникала везде: пробиралась в каждую щель, заходила в каждый дом, через открытые окна и форточки. Невидимыми тисками туман сжимал городу легкие. Кое-где над плотным белым покровом еще возвышались самые высокие здания и шпили, коих в городе было множество. Но и эти стройные пикинеры вскоре скроются. Туман поглотит все. Тяжелый влажный воздух всей своей тяжестью давил на город.

Наступило утро, и город увидел все то, что натворила ночь. От ночного тумана осталась лишь еле видимая дымка, паутиной опутавшая улицы города. На некоторых главных проспектах города и центральных улицах, на зданиях, дорогах и памятниках были огромные черные парные выбоины, напоминавшие царапины. В некоторых дворах их было особенно много, даже на деревьях, чьи изрубленные ветви валялись вокруг.  Разные по глубине, царапины были везде. По всему городу работали выездные следственные бригады. Они пытались найти по горячим следам ночных вандалов, изуродовавших часть города за одну ночь. День предвещал быть напряженным.

Зданию Биологического исследовательского центра также досталось. Северная сторона пострадала особенно сильно. Один и тот же почерк. В некоторых местах прутья ограды были просто разорваны. Словно они были не из металла, а из веревок. На площади перед институтом попадались черные нити царапин, достигающие в длину до двух, а иногда и более метров.

Кирилл проснулся в своей кровати. Мысли неконтролируемым вихрем крутились в голове. Он никак не мог сообразить - каким образом он оказался в своей квартире. Ведь он точно помнил, что хотел вернуться в БиоНИЦ и переночевать там. Впрочем, чувствовал он себя свежо и бодренько. Никаких болевых ощущений, головокружений или других признаков недомогания. Словно и не происходило вчера ничего. Подойдя к зеркалу в ванной, Кирилл с удивлением обнаружил, что на его лице в довесок к отсутствующим болевым ощущениям нет ни единого намека на синяк. «Приснилось?», - засомневался Кирилл. Но картина мощного удара охранника клуба яркой вспышкой возникла перед глазами. Кроме мыслей о невероятном везении, в голове Кирилла ничего не возникло. Вернувшись в комнату, он обнаружил на тумбочке у кровати записку: «Зайдешь ко мне, драчун» и подпись - Петр. Кирилл улыбнулся. Вот как он попал в квартиру! Охранник со знакомым голосом был одним из немногочисленных хороших знакомых в его жизни и, пожалуй, единственным почти-другом в Химграде. Петр работал в институте уже пять лет и был старше Кирилла на четыре года. Они познакомились в первый день работы Кирилла в исследовательском центре. На удивление, сдружились быстро. Кирилл был неразговорчив, а Петр лишнего не спрашивал. Они общались лишь на объединяющие их темы - космос и хоккей. В институте их дороги пересекались редко, поэтому услуг по работе оказывать они друг другу не могли. Возможно поэтому они до сих пор держат друг друга в списках друзей. Кирилл, по сути своей, ни о ком не думал и быстро растерял возникшую к нему симпатию окружающих, когда заявил о себе, как об единоличнике во всех сферах жизнедеятельности. Петр же редко кого просил о чем-либо. Заговорить даже о маленьком одолжении для него было весьма мучительно. Он либо добивался нужного сам, либо подолгу мучил себя, пытаясь подобрать слова для просьбы. Так они и общаются, Петр и Кирилл, - не спрашивая и не прося ничего у других, изредка помогая друг другу. Кирилл оделся и вышел из дома.

На площади перед БиоНИЦ было поставлено оцепление. Прямо на дороге был установлен изоляционный карантинный купол. Охранник, стоявший у входа на территорию исследовательского центра, потребовал удостоверение сотрудника. Кирилл смотрел на купол, пытаясь разглядеть, что там происходит. Но охранник одернул его, жестко приказав проходить дальше и не задерживаться. Кирилл подумал о времени и посмотрел на часы. Он как раз успевает зайти в кафетерий и взять что-нибудь поесть.

В лабораторию Кирилл пришел первым. В руке он держал пакет с завтраком на вынос. Не теряя времени, Кирилл приступил к поеданию утреннего пайка, состоящего из: большого стакана кофе, двух сдобных булочек и сочного бутерброда. Через полчаса влетел Данилевский. От неожиданности Кирилл чуть не подавился. Данилевский был мрачен, как осенняя туча. Он, молча, прошел к своему месту, взял какие-то бумаги и вышел.

В течение часа Данилевский не появлялся. Без точных указаний Кирилл решил не соваться в дальнюю лабораторию. Он занялся приготовлением инструментов и реагентов. Работа не пыльная, даже нудная. Механические руки-помощники справились бы с ней за несколько минут. Но Кириллу нужно было убить время. Когда пришел профессор, он не увидел. Лишь когда Данилевский вошел к нему во вторую лабораторию, Кирилл дернулся от испуга.

За прошедший час настроение Данилевского не улучшилось. Он словно затаившаяся буря, полная избыточной энергии. Не сказав ни слова, профессор прошел мимо Кирилла во вторую кабину, ведущую в дальнюю лабораторию. Кирилл посмотрел ему вслед. Без защитного костюма в третью лабораторию заходить нельзя было. Войдя в первую лабораторию, Данилевский направился к пульту управления. Как ни хотел Кирилл знать, чем он там занимается, шансов узнать было мало. Войти и посмотреть - означало бы верную отставку с должности помощника профессора. А взять и прямо спросить, элементарно не хватало смелости. Да и в конце концов, у каждого своя работа. Не успел Кирилл закончить рассуждения, как из кабины вышел Данилевский. Кирилл решил не оглядываться.

- Что ты делал в лаборатории так поздно? - металлический голос профессора в ту же секунду положил Кирилла на лопатки.

Он обернулся.

- Ты не ночевал в спальном блоке, значит, ты всю ночь провел в лаборатории. Чем ты здесь занимался? - Данилевский бескомпромиссно смотрел на подчиненного.

Кирилл вжал голову в плечи.

- Я... хотел... - Кирилл рылся в голове в поисках спасительного ответа. -  Просто, я подумал, что... чтобы не терять день. Вы же ушли...

Данилевский смотрел на Кирилла так, будто читал все его мысли. Смотрел на них и знал, что каждое сказанное им слово будет ложью.

- Вот я и решил, - продолжал тихо оправдываться Кирилл, - что сам поработаю над вирусом. И... задержался...

- И что же ты делал? - Данилевский как стена - огромный и непробиваемый.

- Делал? Унции выводил...

- Где результаты? - перебил профессор.

- Что? - Кирилл почувствовал, что его зажимают.

143
{"b":"582850","o":1}