ЛитМир - Электронная Библиотека

Я очень медленно приблизила камеру. Не то, чтобы я действительно ожидала лучшего от обычной веб-камеры, но она все еще раздражала меня после плавных, отзывчивых движений, на которые способна карта моего сенсора. Я сосредоточилась на том, что в настоящее время является самым важным устройством, из всех сделанных мной. Моя нано-кузница, как я ее называю. Это основа для всего, что я создавала, превращающая любой материал в тягучую, похожую на ртуть жидкость, на которой основывались мои технологии. Сиропообразная серебристая масса наномашин в виде суспензии, состоящей из различных полезных молекулярных строительных блоков. Я назвала ее нано-пастой.

Жаль, что она генерировалась крошечными капельками, как в засорившейся кофеварке. Тем не менее, я гордилась фактом того, что смогла ее собрать, пусть и не самой машиной. Это был приземистый, уродливый агрегат размером примерно два на три фута. Верхняя половина сделана из ржавых металлических балок разного размера, которые я стащила отовсюду, соединенные кучей пружин с нижней половиной для повышения устойчивости, и большая воронка из изогнутого алюминия наверху, куда я складывала все, что хочу трансформировать в нано-пасту. Воронка попадала в единственную действительно красивую часть устройства, чистый белый цилиндр, покрытый светящимися зелеными узорами и соединенный с несколькими серебристыми сферами - аналогичные тем, что входят в комплект моего сенсора, но больше размером. Цилиндр создавал внутри два объединенных энергетических поля, куда медленно загружалось сырье, будучи сначала разобранным, а затем снова собранным на, я уверена, молекулярном уровне. Результат медленно капал в контейнер для хранения из полированной стали. Я проследила, чтобы внутри резервуара не было даже намека на загрязнение, так как весь удивительный потенциал нано-пасты очень легко разрушить. Слишком долгое нахождение в контейнере также плохо сказывается на результате. Я прикрепила ряд больших магнитов вокруг резервуара, которые удерживались металлическими кронштейнами, привинченными болтами к нижней раме. Они были рассчитаны наилучшим образом, чтобы попытаться держать нано-пасту как можно дальше от стенок резервуара. Мне бы очень хотелось создать вакуум внутри бака, но это было просто непрактично. Для этого надо устанавливать гибкий воротник между разборщиком/сборщиком и резервуаром, чтобы предотвратить от попадания пыли или ржавчины.

Рядом с нано-кузницей стоял мой резервуар постоянного хранения. Я еще не придумала ему отпадное имя. Может быть, нано-сдерживающий-блок или что-то в таком духе. Это гораздо более простая машина, хотя для создания функциональных компонентов потребовалось почти в пятнадцать раз больше нано-пасты. Он выглядел как простой трехфутовый цилиндр из алюминия, который держался в ржавых скобах с бело-зеленой крышкой и серебристой цапфой, выходящей наружу. Внутренности были пронизаны сплошными квантовыми микросхемами и усеяны сферическими квантовыми и временными механизмами. Большинство моих технологий, похоже, полагаются на эти две концепции, хотя с другой стороны моя специальность, вероятно, выглядела со стороны как нано-технология. В поддержку последнего говорили придуманные мной имена для устройств.

Я выключила воду и вышла из душа, вытираясь и продолжая осматривать лабораторию через камеру. На другой стороне от резервуара-хранилища находилась единственная причина, по которой я вообще смогла запустить лабораторию. Первый и самый большой генератор энергии, который я построила. Он также выглядел достаточно просто, если игнорировать светящуюся серебристую сферу, которая хаотично вращалась в воздухе над блоком, в футе от основания. При таком размере, около четырех дюймов в поперечнике, была хорошо заметна огранка сферы с необычными угловыми каналами на ее поверхности. Вес агрегата достигал двадцати фунтов и, безусловно, потребовал наибольшее количество нано-пасты из всего, что я построила, почти в два раза больше, чем мне понадобилось для резервуара. Это если не учитывать вогнутый диск ниже сферы и другие детали, разбросанные по всей раме. Тем не менее, это было абсолютное чудо, служащее источником питания всем другим машинам в моей лаборатории на полностью беспроводной основе. Насколько я знаю, он передавал энергию с помощью квантового туннелирования, только через пространственную структуру, а не твердый материал. Фактически, любая из моих машин в зоне действия генератора была полностью работоспособна, находясь в постоянном контакте и получая питание точно так же, как если бы они были установлены прямо рядом с ним. Генератор обеспечивал также и весь свет в моей лаборатории.

Я обернула полотенце вокруг себя, направляясь в свою спальню, чтобы переодеться в домашнюю одежду. На сегодня я выбрала удобные штаны и бесформенную футболку вместе с тапочками. Не думаю, что до завтра куда-то отправлюсь. Я потратила немного времени, копаясь в своем шкафу, чтобы открыть небольшой прибор, который я спрятала за стопкой книг по электронике, сварке и технике. Довольно простое устройство по сравнению с тем, что я еще сделала. Всего лишь полудюймовая сфера, установленная в тонкой сетке проводов, встроенных в металлический блок, и спрятанная в обувной коробке. Почти близнец другого устройства, который я подключила к веб-камере в моей лаборатории, только не имеющая USB-порта. На самом деле они были крошечными квантовыми шлюзами, которые соединялись на большом расстоянии с другими устройствами в моей лаборатории, давая мне, как я надеялась, неотслеживаемую связь, чтобы я могла подключаться к своей лаборатории из любого места в городе.

Одевшись, я спустилась на кухню, порылась в холодильнике, продолжая проверку. В десятке футов от трех больших машин стоял мой верстак. Он был покрыт небольшими приспособлениями всех форм и размеров, конечными продуктами моей инженерной линии. Я назвала их нано-станками, понаблюдав за тем, как они наносили тонкие слои нано-пасты, один за другим, что напоминало снятие стружки, только наоборот. Устройства второго поколения, и в отличие от моих первых они были модульными. Сначала мне нужно было делать новый нано-станок каждый раз, когда я хотела что-либо собрать, и их было очень сложно переориентировать. Эти же могут соединяться друг с другом в разных вариациях и собирать всевозможные вещи, хотя мне все же обычно приходится делать один или два новых станка для каждого нового дизайна. Я также смогла отделить программное ядро, которое нельзя назвать компьютером, строго говоря, от самих станков и просто подключала его по мере необходимости. Это был большой шаг вперед, поскольку на каждое ядро уходило немало нано-пасты, и любая экономия была более чем полезной, учитывая, как медленно создается паста. Однако программирование их с новыми шаблонами все еще оставалось непростой задачей. Занимало дни или недели каждый раз, и мне пока так и не удалось сделать интерфейс к обычному компьютеру, что бы значительно ускорило процесс. Лучшее, что я пока смогла собрать в данном направлении, это моя веб-камера, и для этого пришлось добавлять дополнительные компоненты.

Прямо в середине беспорядка неиспользуемых нано-станков находились две сборки, над которыми я в настоящее время трудилась. Одна из них была тонкой, длиной около четырех футов. Другая по форме походила на куб шириной около двух футов. Между отверстиями в корпусе я могла наблюдать, как нано-станки работают. Бледные энергетические поля тянутся и движутся по поверхности двух плавающих объектов, покрывают их слоями блестящей серебристой нано-пасты, которая медленно меняет цвет и текстуру, становясь двумя моими последними творениями.

Закончив делать бутерброд, я села за стол и уменьшила масштаб камеры, чтобы посмотреть на всю лабораторию целиком, одновременно принимаясь за еду. Хотя на самом деле выглядело не столь впечатляюще: всего три приземистые машины и захламленный верстак. Вот и все, что мне удалось собрать за три месяца работы. Три месяца исследований в области электроники и инженерного дела, сбор любых полезных материалов, которые я могла бы использовать, со свалок или иных мест, из испытаний и неудач. Из постоянных разочарований, когда я осознала, насколько трудно воплотить мои идеи в реальность. Но теперь я была почти готова. Оба моих текущих проекта должны быть закончены к выходным, и тогда я могла бы, наконец, в первый раз выйти в костюме. Оставалось еще миллион и одна вещь, которые я могла и, вероятно, должна сделать, но окончательное решение принято. Я выйду на следующей неделе. Нет, больше никаких задержек. В эти выходные я буду готова.

4
{"b":"582923","o":1}