ЛитМир - Электронная Библиотека

Главными участницами этого действа, помимо самой невестки, становились мать невесты и её будущая свекровь. Также, как правило, около десяти "весталок", облачённых в традиционные голубые платья, призывались засвидетельствовать сие таинство.

-Проходи, дитя моё.- позвала невестку Фригг, ласково улыбнувшись.

Сигюн ретиво проскользнула за полупрозрачный заслон и с укором посмотрела в глаза матери.

Принцесса Ванахейма считала этот обряд весьма унизительным, но отказать королеве Асгарда не посмела. Надев на себя чёрную рубашку, смущённая богиня удручённо направилась к позолоченному чану с водой. Присутствующие девушки равнодушно смотрели на жену Локи, и только Сиф ей сочувствующе улыбнулась.

Около ванной Сигюн тут же окружила стая прислужниц, поочерёдно начиная расплетать ей косы и развязывать узлы её облачения. Впервые принцесса Ванахейма была рада своим длинным волосам, хоть частично скрывшим её наготу. Обнажённую Сигюн услужливо погрузили в золотой сосуд с холодной водой. Видимо её поиски затянулись, и если бы она случайно по пути в темницу не услышала о планах свекрови и не явилась на обряд, то мог разразиться жуткий скандал!

Далее по этикету её 'грязное' одеяние незамужней было сожжено, а пепел передан Фрейе, обозначая её 'смерть' для своей семьи. Царица Асгарда по традиции омыла невестку из кедрового ковша. Далее прислужницы -'весталки' облачили принцессу в её 'новый' наряд в виде "савана" светло-молочного оттенка. В завершении дискомфортной церемонии свекровь собственноручно заплела ей причудливую косу и покрыла плетение вуалью с полевыми цветами. Смена облачений знаменовала начало её новой жизни в царской семье Асгарда. Теперь она официально считалась частью её семьи и своего рода 'дочерью'. К несчастью, для Сигюн такой обычай проводился только в монарших семьях.

Наконец, рыжеволосая невестка Фригг уже было хотела перевести дух, но на этом злоключения бывшей принцессы Ванахейма не закончились. Вдруг парадные двери банной комнаты почему-то распахнулись, и вся процессия участниц ритуала во главе с царицей Асгарда двинулась на выход.

Синие глаза вопросительно уставились сначала на Фрейю, затем на Фригг.

-Королева решила провести также брачные проводы.-пояснила Сиф.

С этими словами сердце Сигюн ушло в пятки. 'Только не это!'

Паника охватила каждую клеточку её тела. Брачные проводы тоже были 'чудесным' обычаем. Пожалуй, даже более унизительным, чем 'инициация'. Вся суть его заключалась в том, что после свадебного пиршества семейная свита и гости с факелами в руках провожают молодожёнов до спальни, затем запирают её на замок, выбросив ключ, закрепляя тем самым союз между новобрачными.

Не успела она переступить порог коридора, как тут же наткнулась на своего муженька. Локи, по видимому, это внезапное торжество тоже не сильно обрадовало, учитывая их 'милый' разговор накануне, но вежливая полуулыбка и протянутая рука говорили о том, что не только ей приходится играть в 'счастливый брак'.

Волевым усилием Сигюн заставила себя положить свою руку на вытянутую ладонь принца и снова ощутила этот ужасающий холод. Вырваться из жёсткого захвата Лофта ей мешало шествующее рядом с ними сопровождение. Если прошлой ночью принцессе Ванахейма чудом удалось убежать в темницу, то теперь, когда рядом было столько свидетелей, эта возможность таяла с каждым шагом.

Слишком скоро они оказались перед входом в опочивальню. Двери громко захлопнулись за её спиной, словно дверца в клетке, затем послышался скрежет металла. Каждый щелчок магического замка отзывался гулким ударом её сердца. Вот и закрылась её золотая клетка. Отсюда ей не сбежать до самого утра.

'Теперь я в ловушке и меня ничто не спасёт'

Не успела она приготовиться закричать, когда ледяная рука насильно закрыла ей рот.

'Боже помоги мне...'-мысленно взмолилась Сигюн.

Урок пятый 'Покажи кто здесь хозяин'

Первородный инстинкт

Сердце испуганной принцессы готово было в любой момент покинуть свою хозяйку. Все её мысли спутались в одночасье. Разум кричал, что ей нужно бежать, но бежать было некуда. Оказавшись зажатой в тиски без пути отступления, она ощущала себя в полной безысходности. Животный страх сковал тело Сигюн. Не в силах противиться этому гнетущему чувству, дочь Фрейи оставалась неподвижна, смиренно ожидая своей трагичной участи. Каждая прошедшая секунда казалась ей бесконечно долгой. Скатывающаяся вниз капелька пота застыла на виске возле приставленной к губам ледяной ладони асгардского принца. Хладнокровный взгляд изумрудных глаз с нескрываемым маниакальным наслаждением пристально изучал её. Лафейсон поднёс указательный палец свободной руки к лукавой усмешке, озаряющей лицо коварного божества, велев соблюдать тишину.

Когда звук уходящих шагов за дверью стих, Локи неожиданно отпустил принцессу.

Её взгляд затравленного зверя сперва, конечно, доставил ему немного удовольствия, но затем выражение синих небосводов потемнело и приобрело холодный ненавидящий оттенок. Привычный для него. Даже слишком привычный. С лёгким разочарованием Лофт направился к постельному ложу, которое, кстати говоря, уже было новым. Так что дважды фокус с 'кроватью' у неё бы не получился.

Поначалу Сигюн ошарашенно замерла у дверей. Глядя в сторону своего мужа, со спокойной миной, стягивающего сапоги, а затем и другую одежду. Он вёл себя так, словно её нет в комнате. Будто она пустое место. Одновременно с ужасом и в тоже время под каким-то странным гипнозом пламенная принцесса наблюдала, как постепенно освобождается бледно-белая кожа из оков одеяния принца, как притягивающе играют рельефные мускулы на вылепленном неведомым гением теле божества обмана и лжи.

Зачарованная его красотой ванка не могла заставить себя отвернуться, пока утончённые аристократические пальцы не дошли до брюк.

Лафейсон задумчиво остановился, искоса глянув на двери. Рыжеволосая бестия смотрела подчёркнуто куда-то вправо, однако предательски-яркий румянец с головой выдал её наблюдения. Лофт не сдержал насмешливую ухмылку. Конечно, будучи в тени Тора, Локи не пользовался огромным спросом у женщин, а выйдя из 'тени' своего брата приобрёл отталкивающий образ для всех жительниц Асгарда и за его пределами. В конце концов, кому нужен осуждённый отступник?

Испустив усталый вздох, златорогий бог опустился на кровать. Его жена всё так же пятилась в самый дальний угол комнаты, ожидая внезапного нападения. Мнимая незаинтересованность своего супруга лишь подогревала её опасения.

Локи было безразлично проведёт ли она ночь в углу или на кровати, ведь вопреки всему он действительно устал, и тратить драгоценную ограниченную браслетом силу вторую ночь подряд на укрощение строптивой девицы отнюдь не собирался. Ведь до его освобождения осталось меньше недели, и тогда уж он примет решение: оставить ей жизнь или убить, а пока ему необходимо восстановить силы для следующего дня 'счастливой семейной жизни'.

9
{"b":"582934","o":1}