ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Потаенные места
Восемнадцать с плюсом
Город драконов
Последние дни. Павшие кони
Туфелька для призрака
Магия тьмы
Парк Горького
Дунайские волны
Кари Мора

Спешившись и едва не запутавшись в юбке, которую с каждой минутой все сильнее хотелось оторвать до самого бедра, экра направилась к ребенку, потянув за собой н’урра. То, что это агнусово создание не любило детей, ее мало сейчас волновало. Едва завидевший ее мальчишка на миг замолчал, рассматривая незнакомку, но тут же вновь зашелся в рыданиях, прижимая к себе левую руку. Нахмурившись, приблизившаяся девушка села на корточки, наплевав на все принципы леди, и, забормотав что-то успокаивающее, потянулась к малышу.

На ладони, что он так не желал позволить увидеть, четко обозначились три кровоточащие точки, расположенные треугольником. Похоже, во время игры ему не повезло наткнуться на корзунь – мелкое животное, обитающее под землей и отличающееся продолговатым тельцем и растроенным хвостом с заостренными концами. Как и стоило предполагать, эти «жала» являлись ядовитыми и служили твари способом ее пропитания. Обычно корзунь можно было обнаружить вблизи от трупов, вне зависимости от того, кому они принадлежали: питались существа именно мертвечиной. Но если попадали в руки живым, пускали в дело хвост для обороны.

Раз след на руке был свежим, да и плач раздался всего несколько минут назад, теплая «встреча» произошла недавно. А значит, время на то, чтобы вытянуть яд и обеззаразить рану есть. Правда, придется готовить смесь, потому как в уже пригодном к использованию виде у экры ее не было. Сами-то травы и несколько склянок с не внушающими окружающим доверия субстанциями, предусмотрительно полетели в сумку во время сборов: наличие тех, кому нужна помощь, раз участились восстания, предполагалось с большой долей вероятности. И, хвала Трехликой, что это был лишь маленький ребенок, а не целое село умирающих людей и нелюдей.

Заставив малыша подняться на ноги и последовать за ней, Айне стукнула пару раз тяжелым металлическим кольцом о дверь, и, не дождавшись ответа, повернула ручку. В лицо дыхнуло сыростью и прохладой, контрастирующей с нагретым солнцем уличным воздухом. Миновав темное помещение, граничившее со входом, и оказавшись в более просторном и светлом, похоже, являвшемся большой комнатой для гостей, младшая дочь рода Д’Эндарион усадила все еще скулящего от боли малыша на диван, а сама отправилась искать кухню.

Поиски не затянулись: в таком маленьком доме, судя по всему, давно не видевшем мужской руки, сложно было бы затеряться. Скромная по своим размерам спальня оказалась первым выходом из большой комнаты, занавешенным лишь короткой плотной шторой вместо двери, а кухня – проемом напротив нее. Выкладывая на стол взятые с собой травы, судорожно вспоминая, для чего эти бурые листья и насколько они опасны, девушка отвлеклась на хлопок входной двери, за которым последовал усталый вздох, и резко поднялась с шатающегося стула, обтянутого вытершейся плотной тканью.

- Вы кто? – вошедшая в дом женщина опасливо шагнула назад. Карие, чуть замутненные глаза, изучали нежданную гостью, руки, державшие ведра с водой, еще сильнее сжались в кулаки. На обезображенном глубокими рытвинами от старой болезни лице проскользнул страх. Не совсем понимая, что в ее виде такого внушающего ужас, экра поспешно заговорила:

- Я не воровка и уж тем более не убийца, - зная, чего более всего боятся люди, она пресекла не высказанные, но отчетливо читающиеся в чужом взгляде предположения, - Ваш ребенок плакал, я не смогла пройти мимо, - после этих слов ведра нашли пристанище на полу, к счастью, оставшись в вертикальном положении и лишь расплескав часть воды на тканый ковер, смешивая ее с пылью и превращая в грязь. Мать – а такой реакции более ни у кого быть не могло – метнулась через весь дом к уличному выходу, но остановилась уже в гостиной, где и узрела своего малыша. В течение минуты, что потребовалась на обеспокоенный град вопросов к дитю, на чьем лице уже подсыхали дорожки от слез, девушка наблюдала за этой картиной с какой-то тоской.

- Его укусила корзунь, - тихо, но отчетливо пояснила гостья, возвращая к себе все внимание, - Нужно обработать рану и остановить заражение, пока еще есть на это время. Все случилось не так давно, поэтому Вы можете не переживать. Если Вы не против, я воспользуюсь огнем – мне необходимо нагреть часть компонентов.

- Мне нечем Вам отплатить, - женщина, прижимающая к груди притихшего мальчишку, выглядела растерянной. Желание отблагодарить незнакомку за помощь боролось с недоверием к той, что вообще неизвестно какими Путями оказалась здесь. Вдруг, сделает еще хуже малышу. А так, есть шансы, что его кровь не возьмет этот яд. Хотя проверять на практике, рискуя его жизнью, не хотелось. И выбор сделать между двумя решениями – довериться или нет – было мучительно сложно.

- Я не нуждаюсь в плате, - слабо улыбнулась экра, - И не желаю вредить Вашему ребенку. Напротив, я хочу помочь тем, кто нуждается в этом. Мое имя Айне Д’Эндарион, - привычно склонив голову, как того требовали традиции, что было сложно выбить даже в столь не привычных для девушки условиях, она вновь встретилась взглядом с хозяйкой дома. Карие глаза чуть потеплели, хотя все еще скрывали какое-то странное недоверие.

- С чего бы вдруг лорду Ардалу присылать в это забытое Трехликой Девой место собственную дочь?

- Papa лучше бы не знать о моем визите, - буркнула себе под нос экра и добавила уже громче, - Он никого не присылал: мне захотелось узнать, как живут те, кто был вверен роду Пресветлой Матерью. Быть может, меня и не посвящают во все подробности внутренних дел, но о восстаниях я, к сожалению, слышала. И очень не хотела бы, чтобы они дошли и сюда.

Молчание, повисшее в комнате, давило на виски. Экра не могла понять, почему таким недоверием фонит от этой женщины, даже с учетом того, что она представилась полностью. Хозяйка дома изучала стоящую у дверного проема гостью, все еще не определившись в своем к ней отношении. Визиты господ обычно проходили лишь с формальными проверками, но отнюдь не с попытками лично что-то сделать для жителей. Тем более с учетом смены общественных настроений это слишком… пугало? И, тем не менее, она не ощущала лжи в словах юной девушки, кажущейся открытой и простой. Словно бы и не росла она там, где честности не место. Хотя, кто знает, быть может, это и есть – искусная маска?

Но жизнь ребенка была важнее всех роящихся в ее голове сомнений. Единственное дорогое, что у нее осталось от когда-то любимого мужа, почти полная его копия. Она не могла потерять то, что держало ее в этой жизни.

- Как много времени Вам нужно на подготовку противоядия, и что может потребоваться от меня?

***

Гнева леди Орлэйт боялись все. Даже лорд Ардал, считающийся хозяином дома и имеющий большую власть, не пугал так, как его супруга, будучи на пределе. А если дело касалось ее детей, женщина просто не могла оставаться спокойной. При этом она не устраивала скандалов, не крушила все вокруг. Но вызванные в зал слуги под предводительством старшей гувернантки мечтали уже о громком разносе вместо этих шипящих фраз, где так и сквозило обещание изощренной смерти. Тихий голос, обволакивающий каждого присутствующего здесь, забирающийся в легкие и останавливающий сердцебиение, пугал во много раз сильнее, нежели любые крики.

- Если через несколько минут моей дочери не будет здесь, вы все, поголовно, пойдете искать себе новое место работы. И будьте уверены, что ни один приличный дом вас не примет. Я позабочусь об этом, - переводя обжигающе ледяной взгляд с одного на другого, первая леди рода Д’Эндарион тяжело дышала, - Если же с ней, не приведи Пресветлая Мать, что-то случится, - еще тише, растягивая фразу и позволяя осознать каждое из произнесенных слов, начала женщина, - Ни один из вас не покинет особняка живым.

- Maman, - дверь распахнулась без предварительного стука, что сейчас, ввиду наличия более существенных вещей, осталось незамеченным, - Что произошло? – вспомнив о приличиях, влетевшая в зал Кейра присела в коротком поклоне, но тут же выпрямилась, быстрым шагом, даже быстрее, чем было принято, приблизилась к матери. Айне и ранее добавляла головной боли всем обитателям дома, но довести хотя бы одного из родителей до столь… ярко выраженного беспокойства, не входило в список ее любимых действий.

36
{"b":"582945","o":1}