ЛитМир - Электронная Библиотека

Она была круглой отличницей и лучшей студенткой факультета кибернетики и информационной безопасности. Её ждали в аспирантуру при кафедре криптологии и дискретной математики. Она была звездой университета, пока кто-то из курирующих университет штабистов не усомнился в её лояльности к стране и партии. «Все-таки наполовину француженка…» – стали шептаться за спиной. Как её допустить до секретов страны! С такой-то биографией и родословной! Мать – портниха, отец – француз без постоянного места жительства, гастролирующий по миру фотограф. «Знаем мы таких гастролёров! Французский шпион – никак не меньше!» – добавляли другие.

И Вивьен перевелась. Стала биологом. Потом по-настоящему заинтересовалась, втянулась. После учебы устроилась лаборантом в биомедицинскую компанию, специализировавшуюся на ДНК-диагностике. Первое образование удивительным образом пригодилось в работе – случился прорыв: когда сумма знаний и природный талант слились воедино и родили новый подход к ДНК-исследованиям.

Вивьен премировали, повысили оклад. А потом пришли штабисты, которые когда-то испортили ей все вероятное научное будущее, и предложили работать на правительство, в суперсекретном институте, в суперсекретной лаборатории. Все амбиции Вивьен самым неожиданным образом реализовались.

Вот уже семь лет она являлась руководителем научной группы, и её направление исследований считалось одним из наиболее перспективных и приоритетных. И если Вивьен что-то задумала, все вокруг знали – вставать у нее на пути себе дороже!

– Мы изучаем способности… – продолжала Вивьен свою линию, но уже более спокойно, – сверхспособности, которые открываются после… клинической смерти, перенесенного тяжелого заболевания, аварии, пожара, автокатастрофы… Есть статистика, и она очень убедительна! Люди меняются… Меняются параметры их биополя, поведенческие особенности, предпочтения в еде, одежде… Перенесшие клиническую смерть или катастрофу люди начинают по-другому смотреть на мир, у них изменяется система ценностей, и в 1,5–3 % случаев появляются особые способности. Нам нужен механизм появления сверхспособностей! Мы обязаны этот механизм раскодировать и подчинить себе! И эта девочка – отличный экземпляр!

– Ты в своем уме?! – переходя на личности, уже прорычал хорек.

Теперь на хорька он был совсем не похож. Директор лаборатории Степан Светлов весь как-то разом подобрался, напрягся в пружину. Глаза сузились и стали колючими до невозможности.

– Как я объясню своему начальству, что все хорошо, если им САМ Президент по голове настучит? Мол, зачем трогать детей моих советников? Вам что, других мало?!

– То, что девчонка оказалась дочерью советника Президента, не снимает с нее обязанностей как с гражданина…

Вивьен даже договорить не успела. Степан Степанович Светлов с силой грохнул принесенной Вивьен папкой об стол и процедил:

– Ксения Аполлинарьевна, чтобы ты знала, не просто советник Президента. Она советник Президента по межнациональным вопросам – по нестандартным межнациональным вопросам! Именно она возглавляла комиссию по проблеме Тро-ка-ти. И именно она курирует наш институт! Если ты ошибешься, что-то пойдет не так, у нас у всех полетят головы! В самом лучшем случае нас лишат финансирования. Я повторю: в самом лучшем случае… О худшем я даже говорить не хочу!

Вивьен принялась задумчиво грызть ухоженный, наманикюренный ноготок.

– Именно поэтому я не предлагаю обследовать её сына или её саму… – Вивьен усмехнулась.

– Поговаривают, что отношения с дочерью у советника Президента по нестандартным вопросам… – Вивьен старательно передразнила интонации директора при произнесении должности – не самые лучшие. И это мягко говоря…

Взгляд Степана Светлова продолжал буравить Вивьен, но директор чуть подался корпусом вперед, в знак невербальной заинтересованности.

– Я предложу не просто обследовать дочь Ксении… – продолжала Вивьен. – Я предложу постараться сделать её нормальной. Моя знакомая из университетской клиники Мюнхена рассказывала: матери совершенно наплевать, что дочь стала видеть ауру, в разы повысилась интуиция и умение предугадывать… Её больше всего волновало… Они в Мюнхене назвали это «мерцающим сознанием». Больше это похоже на непродолжительное выпадение из реальности. Девушка столбенеет, а потом рассказывает о том, что видела, но на самом деле не могла видеть… Её поведение – не первый случай. Такое проявление способностей после аварий вполне распространено. Но у нее данные способности выражены чрезвычайно ярко. Потому нам она и нужна…

4. Станция: Сектор 101-54

«…Появление Воина Духа не может быть спонтанным. Оно подчинено строгим законам Вселенной, законам по которым существует все вокруг. Космос – это не Хаос, это уникально стройная и последовательная система сил и их взаимодействий. Появление сверхновой или черной дыры – вычисляемая физическая закономерность. Появление Воина Духа – такая же величина и такая же закономерность. Верная формула дает точные координаты выхода и входа. Воин Духа – формула Вселенной, психо-физико-математическое образование, способное поддерживать план и порядок…

Это могут быть совершенно разные выходы. Воин Духа может оказаться жертвой, палачом, учителем, врачом, святым, преступником… Социальные клише той или иной планеты неприемлемы. Важно лишь то, что точка выхода и действия Воина Духа приводят к стабилизации пространства и снижению энтропии. Законы причинно-следственных связей начинают работать более четко и эффективно. Линии вероятностей ведут к гармоничному развитию мира Идеи и Мира Материи».

Кхаакр закончил цитировать ученому сектора 101-53 Теллури Ли одну из древнейших книг Силирии – одну из наиболее загадочных и закрытых к прямому доступу.

Сегодня они позволили себе встретиться в нерабочей обстановке – на станции 101-54, в зоне отдыха для силирианцев. Умение работать с подпространством надежно отделяло их от суеты, царящей на Станции в обычном пространстве. А там прилетали и улетали торговые и военные корабли, работали круглосуточно увеселительные заведения, продавалось и покупалось все, что только можно найти во Вселенной, ремонтировались корабли, случались свадьбы, праздновались торжества. Силирия со времен начала Вселенной хранила нейтралитет и строго следила за соблюдением принципа неприкосновенности: на Станцию не распространялись никакие военные конфликты, каждый гражданин Галактики, находясь на Станции, мог быть уверен в полной своей безопасности.

Теллури Ли, один из лучших ученых 53-го сектора, постарался пригладить свои, как всегда, всклокоченные серебристо-белые волосы. Его умные глаза на красивом, с легким голубоватым оттенком, лице недовольно прищурились.

– А вот этот вопрос я предпочел бы обсудить на гостевой палубе, – прокомментировал он, разводя руками.

Кхаакр удивленно приподнял брови, но ничего не ответил. Просто произвел привычную трансформацию тела. Теперь Ведущий Сектора напоминал фаэта или очень высокого антарийца, или землянина (хотя его подопечные из 54-го еще не вышли в космос). Теллури Ли повторил выбор Кхаакра. Такой выбор был не случаен. Внешний вид этих рас являлся максимально близким к Силирианцам. Кхаакру и Теллури пришлось только чуть уменьшить рост и сменить цвет кожи на бежевый.

Воспользовавшись пространственным модулем, силирианцы уже через мгновение пробирались сквозь пеструю толпу существ, бурлящую на гостевой палубе Станции. Большинство из них были гуманоидами в среднем от полутора до двух с половиной метров ростом. Лица вполне напоминали силирианцев, но вот что касается цвета и формы глаз, размера клыков, хвостов, ушей, крыльев, цвета кожи, волосяного покрова – все это являлось верхом разнообразия и неиссякаемой фантазии природы.

Пока Ведущий Сектора и ученый двигались к неприметному кафе для фаэтов, Кхаакр внимательно оглядывал вверенные ему владения на предмет чистоты и порядка. Дойдя до кафе, Кхаакр довольно крякнул. Силирианцы, хоть и были незаметны для многочисленных гостей, предпочитая трансформировать свои тела под другие расы, содержали свои территории в идеальном порядке. Трансформировать свои тела их заставляла вовсе не скромность или желание поиграть в шпионов, а очевидная необходимость – для большинства рас Галактики они являлись почти богами. Так что спокойно пройти хотя бы несколько шагов в истинном своем виде значило для силирианцев собрать толпу зевак, некоторые из которых обязательно бы попытались бухнуться на колени или прикоснуться к «богам» руками, точно к святым мощам.

4
{"b":"582956","o":1}