ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ребята, дело говно, — тихо сказал он. — На кладбище поднялись мертвецы.

Стражи вокруг начали приглушенно перешептываться, но мгновенно замолчали, едва только следователь продолжил:

— Нет информации о том, сколько именно мертвецов ожило. Одно знаю точно — в городе объявлена боевая тревога. Всем отдан строжайший приказ быстро, но, не привлекая к себе внимания стягиваться к кладбищу. Сейчас к нам присоединиться несколько боевых групп, вместе с которыми нам придется продержаться до подхода основных сил. Может быть, мы справимся сами, так как, я повторюсь, точное количество зомби не известно. Однако готовимся к самому худшему. Все ребята, поехали, и да поможет нам Бог!

Он тронул своего коня вперед, сразу пуская его в галоп.

Дмитрий прижался к лошадиной шеи, и вцепился в вожжи., подгоняя несчастное животное.

Стража невольно позабавила формулировка «не привлекая к себе внимания». То, как сами передвигались по городу, сложно было назвать тайной поездкой. По городу уже наверняка успели поползти слухи, что случилось нечто ужасное, раз всех стражей в одно место стягивают. Для пущего запугивания и привлечения к себе большего внимания, не хватало разве что духового оркестра.

Мысли не очень умные и почти не забавные, потому Дмитрий оставил их при себе, лишь чуточку усмехнулся краешками губ.

По пути, на самом деле, встретились еще две группы стражей, с которыми слились в один поток. На глаз Дмитрий прикинул, что теперь общая численность стражей составляет примерно сто человек. Грозная сила. Если мертвецов, на самом деле, поднялось не очень много, то их действительно, можно будет задавить числом, особо не напрягаясь.

Еще один поворот и пошел спуск вниз. Скорость вообще стала фантастической. Мокрый асфальт перед глазами Дмитрия слился в одну сплошную серую линию, которая проносилась вперед с пугающей скоростью. Малинин даже глаза зажмурил, так как чувствовал, что если будет смотреть, то пальцы точно разожмутся.

Над головой, тихо урча, пролетел дирижабль, с яркой, горящей серебристым светом эмблемой совета магов. Дело закручивалось все серьезнее и серьезнее. Раз уж выскочки сменили удобные кареты на грузовые дирижабли, в которых главное не комфорт, а вместимость, значит они чем-то, кране серьезно обеспокоены.

Вообще воздушный транспорт в городе использовался крайне редко и только в чрезвычайных случаях. Гражданский аэропорт располагался за пределами города, следовательно, и за пределами аномалии, где риск случайной гибели в воздухе был сведен к минимуму, и не превышал такой же вероятности в любой другой части страны. В городской черте воздушным транспортом пользоваться было просто небезопасно. Все те выкрутасы, которые постоянно выкидывала погода, отнюдь не способствовала продвижению воздушного транспорта в массы. Непрекращающийся почти никогда дождь, снижавший видимость, и резкий, постоянно меняющий направление ветер, делали воздушные суда детской игрушкой в руках природных стихий. Лишь усилиями мощного волхва погоды, можно было добиться относительно ровного полета. Да и то, скорость, все равно оставляла желать лучшего. Всадник, на средненьком скакуне, с легкостью мог бы дать фору дирижаблю, считавшемуся самым быстрым транспортом в мире.

«Надо прикинуть, — думал Малинин, — нас около ста человек, плюс те, кто мог приехать на кладбище раньше. Получается минимум сто двадцать клинков. Прибавим двадцать-тридцать волхвов и, что получается? А, получается, что с такими силами можно начинать войну. По крайней мере, город, типа родного, если уж не захватили, то разрушили бы стражи основательно». В душу стал вкрадываться, нет, даже не страх, а ощущение, что должно случиться что-то мерзкое. Шестое, девятое, сто двадцать первое чувство, которое нашептывало об опасности, и деликатно намекало, что лучше развернуться и поехать в обратную сторону, пока не стало слишком поздно.

Кладбище было не просто большим, а огромным. Ни одно поколение горожан, было захоронено в этой земле. По периметру кладбище окружала высокая, в два человеческих роста, ограда из железных прутьев. Сквозь почерневшие от времени прутья, просматривались могилы. Старые, уже покосившиеся памятники, деревянные кресты, граничили с совсем новыми, увитыми траурными венками и полузасохшими цветами надгробиями. Над кладбищем волхвами была раскинута сеть, не позволявшая дождю добираться до земли. По невидимому куполу, вода потоками стекала на землю, превращая участки земли, возле ограды, в не проходящее грязевое болото. Эта мера была предпринята давным-давно, и действовала без сбоев, иначе многочисленные дожди, уже размыли могилы. Благодаря этой мере, среди могилок и возле ограды росли деревья. Тонкие, кроны, которых едва достигали высоты нескольких метров, имевшие грязно-серый цвет, и никогда не знавшие листьев на своих ветвях. Их тонкие черные веточки нависали над дорогой, предавая местности жуткий оттенок. Это было единственное, после городского парка, местом, где можно было посмотреть на простое дерево. Правда, в парке, деревья были настоящими, такими, какими они росли на территории всей Империи. Они были живыми. И неудивительно, что парк был излюбленным местом для отдыха горожан.

Дорога сделала еще один поворот, и всадники выехали к открытым вратам кладбища. Возле ворот стражники оказались в одно время с магами. Дирижаблю удалось обогнать стражей, срезая углы, только вот борьба со стихией безжалостно уничтожила их, и без того незначительное преимущество во времени.

Первыми из открытых дверей дирижабля вышли два старца. Похожи были словно братья, даже одевались будто у одного портного. Оба седые, обоим слегка за восемьдесят, оба одеты в достаточно теплые, скорее зимние, чем осенние, плащи. Шеи их были укатаны теплыми, шарфами, в красную полоску. Эта незначительная деталь прибавляла их облику сумасбродства и чудаковатости. Наверняка эти шарфы были связаны их внучками, и носились с особым трепетом. Оба опирались на массивные трости, темного цвета, с серебряными набалдашниками. Единственной разницей между ними было то, что дед справа носил длинную, до груди седую бороду, второй же ограничился пышными усами и бакенбардами. Несмотря на почтенный возраст, в их движениях, выражениях лиц и глаз не чувствовалось старческой немощи. Жесткие, уверенные в себе люди, которые точно знают, чего хотят, и непременно этого добиваются. Вообще возраст для мага не проблема, если при этом сохраняется ясность ума. Не один молодой и безумно талантливый волхв, не сможет заменить такого вот старичка по одной простой причине — опыта нажитого годами маловато.

Следом за первыми двумя волхвами последовали остальные. В основном, столь же преклонного возраста, а то и постарше. Многие из них спускались по ступенькам, поддерживая друг друга, либо заручившись поддержкой молодых магов. Последних, к слову, было не так уж и много, едва ли десяток наберется. В основном старики, скорее всего боевые волхвы, лучшие силы, так сказать. Колдовать, и убивать подобных себе, используя магические способности, способны сколько угодно, но вот просто ходить уже сложнее, как и для любого другого человека их возраста. Кряхтение стояло такое, что его, должно быть, было слышно на другом конце города.

Наконец, последний волхв, по трапу, спустился вниз.

Возле ограды, на асфальте, сидели два стража. Оба раненные. У одного из них, бледного толстячка, была забинтована голова, второй же держался за ребра и при каждом вздохе хмурился, исторгая из себя зубовный скрежет.

— Наконец-то, — радостно возвестил полный страж, — подкрепление!

— Что тут у вас случилось? — спросил капитан, проигнорировав такое вопиющее нарушение субординации.

— Дык, а то вы не знаете? — несколько удивился страж. — Хотя все правильно, мы ж сюда первые прибыли, закрыли собой, так сказать амбразуру. Мертвецы встали, вот что случилось! — сорвался внезапно на крик страж.

Случай был экстраординарный, и срыв стража был совсем не удивителен. Вряд ли хотя бы один житель Империи застал время, когда в последний раз оживали мертвецы. Около столетия минуло после последнего аналогичного случая. С той поры и пришла традиция окружать кладбища высокими стальными заборами, отрезая мертвякам пути к бегству. Ожившие трупы, в силу не вполне понятных причин, не переносили железа. Единственным путем, оставались, опять же единственные ворота, ведущие на кладбище. Но пока мертвецы сообразят, куда нужно идти, пока дойдут — успеют подоспеть волхвы и жертвы среди мирного населения будут сведены к минимуму.

14
{"b":"582964","o":1}