ЛитМир - Электронная Библиотека

До Дмитрия долетело горячее дыхание жены, когда она, склонившись над ухом. Стало противно. От дыхания ее ощутимо разило алкоголем, сигаретами и мятной жвачкой, при помощи которой она тщетно пыталась скрыть запахи изо рта. Еще она вылила на себя, наверное, целое ведро духов, запах которых перемешался с тяжелым табачным духом. От такого амбре стало подташнивать. Волнение улеглось, теперь в страже клокотала самая настоящая злость, которую пока удавалось в себе сдерживать.

Малинин не выдержал и закашлялся.

— Да проснись же ты, наконец! — Малинина теперь мотало из стороны в сторону, как в качку.

Страж все так же лежал и претворялся спящим. Не было никакого желания разговаривать. Во-первых, Дмитрий был слишком зол, и в нем все еще теплилась ревность. Во-вторых, о чем можно говорить с пьяной женщиной? Точнее, говорить можно о чем угодно, только вот ничего путного из этого не выйдет. Не получиться конструктивного диалога между злым ревнивцем, и его пьяной женой. Ни как не получиться. По-мимо всего прочего Малинин просто ненавидел пьяных женщин. Ничего кроме омерзения они у него никогда не вызывали.

Юля поднялась с кровати и вышла из комнаты. Снова шлепанье босых ног по паркету. На этот раз она зашла в ванну. Глухо щелкнула защелка. Полилась вода из душа.

Дмитрий лежал на кровати и скрипел зубами. Ну почему же так больно и обидно?! Почему?!! Почему, то хочется встать и ударить ее, то обнять, прижать к себе и приласкать?! Сидеть, обнявшись, и не о чем не говорить. Просто быть вместе.

Страж пытался заставить себя уснуть. Ведь это так просто. Закрыть глаза. Расслабиться. Прогнать прочь все посторонние мысли и чувства. Отрешиться от всего. Вслушаться в расслабляющую мелодию, которую играет дождь по стеклам. Вслушаться в стук капель по стеклу. Погрузиться в этот шорох. Раствориться в нем. Стать его частью. И уснуть.

Сколько страж не лежал, до боли сжимая глаза, и пытаясь расслабиться, ничего не помогало, сон все не шел. Все равно, мысли возвращались к жене. Страж просто не знал, как ему поступить. Оставить все как было раньше? Трусливо промолчать сейчас, бездарно претворившись спящим? Это проведет черту между супругами, за которую не будет хода обоим. Или, поговорить как раньше и планировать. Выслушать ее объяснения и попытаться понять. Объясниться самому. И кто знает, что тогда будет? Ясно одно, все изменится.

Щелкнул выключатель — Юлька приняла душ и теперь возвращается обратно в спальню.

Что же делать?

Открылась дверь. Юлия прошла через комнату, и залезла под одеяло к Малинину. Прижалась к нему всем своим разгоряченным телом, и обхватила рукой. Дмитрий чувствовал спиной все ее изгибы. Ее жаркое дыхание щекотало ему ухо. Создавалось впечатление, что в ванной она смыла с себя противные запахи духов и водки. Теперь от нее исходил возбуждающий запах чистого тела. Дмитрий чувствовал, как ярость в нем испаряется, словно воздух из проколотого шарика. Еще от нее исходил тонкий запах духов. Но не тот противный, что был до того, вызывающий отвращение, а мягкий, который усиливал возбуждение и заставлял кровь по венам бежать быстрее, а сердце биться чаще.

Малинин лежал не шелохнувшись, хотя ему очень хотелось повернуться лицом к своей жене. Он ждал, что она скажет.

И Юля начала говорить, довольно сумбурно и сбивчиво:

— Дим, спасибо за цветы, они очень красивые. Правда, мне очень понравились. И ужин тоже… великолепен. Ты так старался, а я… — тяжелый вздох, — а я все испортила. Но спасибо тебе за него. Я знаю, что ты имеешь право на меня злиться. Да. Но, пожалуйста, черт возьми, — она сорвалась на крик, — хватит строить из себя спящего!!! Хватит. Ответь мне хоть что ни будь! Пожалуйста! Ну и молчи! — ее голос снова обрел спокойствие. — Я чувствовала себя растерянной. Понимаешь, все так запуталось. Я считала, что ты меня не любишь, и терпишь только из-за ребенка. Я уже смирилась с этим, но вчера, я почувствовала страсть, и что-то еще. Такое ощущение, будто в тебе проснулись чувства, — они тихонько рассмеялась. — Смешно, правда? После столких лет брака, я почувствовала, что не безразлична собственному мужу, — снова тихий смешок. Юля не подозревала, что у ее мужа совсем недавно, в голове роились мысли приблизительно в том же ключе. — Меня это удивило. Я не была к этому готова. Мне нужно было абстрагироваться от всего и спокойно обо всем подумать. У нас сегодня банкет был. Начальнику пятьдесят исполнилось. Ты же знаешь, что острее всего я чувствую одиночество, среди большого скопления людей. Так же как и ты впрочем. Я сидела там и думала. Находилась в поиске истины в вине. И слегка перебрала. Блин, что я несу?

— Почему? — спросил Малинин, повернувшись лицом к жене.

— Что, почему? — удивилась Юлия.

— Почему тебя удивило, что у меня есть чувства? Почему в тебе это вызвало смятение?

— Потому что их у тебя, по отношению ко мне никогда не было! — выкрикнула Юля. Собственно весь разговор проходил шепотом, но если бы разговаривали в полный голос, то получился бы крик.

На это замечание Дмитрию нечего было ответить, так как оно было абсолютно справедливо.

— А ты меня разве когда-нибудь любила?

— Мне наша беседа напоминает разговор двух первоклашек о любви, — грустно улыбнулась Юлия. — Да, любила, всегда любила, и люблю, как бы это пафосно не звучало. Я надеялась, что со временем мы сблизимся, что я смогу пробудить в тебе ответные чувства. Что совместный ребенок, совместное жительство, и я, пробудим в тебе хоть что-то. Зря я так думала. С каждым днем ты все больше и больше от меня отдалялся. Для тебя было лучше остаться на работе, чем провести вечер с семьей. Меня ты вообще не замечал.

— Я сейчас прям расплачусь! — не смог сдержаться от ехидного замечания Дмитрий.

— А супружеский долг исполнял, только когда тебя особенно сильно прижимало, — она продолжила, как ни в чем не бывало, будто и не услышала замечания мужа. — Я ведь взрослая женщина, мне ласки хотелось и тепла. Но ты мне ничего этого не давал. Никогда. Я бегала возле тебя, и чего-то ждала. Ждала, что ты наконец-то образумишься.

— А потом, тебе надоело ждать, и ты завела себе любовника? — предположил Малинин.

— Да, — ответила Юля, и упрямо посмотрела в глаза мужа. Глаза уже привыкли к отсутствию света, поэтому страж вполне сносно видел в темноте. Нельзя сказать, что, как это пишут в книгах, пол ушел из-под ног Дмитрия. Скорее, вдруг все сразу стало просто безразлично. Все слова уже не имели значения. А Юля, тем временем, продолжала говорить. — Да, у меня появился любовник. Пускай я была с ним совсем не долго, пускай была противна сама себе, но зато почувствовала себя за это время настоящей женщиной!

— Ты изменяла мне. За какими бы красивыми словами ты не пряталась, какие бы оправдания себе не находила — измена есть измена! Ее невозможно оправдать.

— И это ты мне будешь говорить про измену?! Ты?!! — Юля рассмеялась. — Кому я изменяла, мужу, который меня никогда не любил?

— С чего это ты взяла?

— Ты, что считаешь меня круглой дурой? По-твоему я не способна понять, что ко мне испытывает человек, с которым я много лет живу под одной крышей? Сначала, когда я была молодой и восторженной восемнадцатилетней дурочкой, я действительно ничего не замечала. Для меня существовал только ты, меня переполняло гордостью, что из всех моих подружек, ты выбрал почему-то меня. И когда ты сделал мне предложение, я еще больше поверила тебе. Откуда мне было знать, что ты считаешь себя обязанным жениться на мне, раз я залетела? Какое благородство! Только я ведь этого не понимала твоих мотивов. Но, знаешь, когда я все узнала? В день нашей свадьбы, ставший самым прекрасным, и самым ужасным днем в моей жизни! Я услышала твой разговор с братом, который разбил мне сердце. Это ты мне изменил, когда в церкви поклялся любить до самой смерти. А сам, что при этом думал? Ты мечтал, чтобы скорее прошло время, и ты бы смог со мной развестись! Я слышала, что ты говорил брату о том, что я тебе теперь всю жизнь испортила. И как сложно, тебе жить с нелюбимым человеком. Как невыносимо исполнять супружеский долг с человеком, который ничего кроме отвращения у тебя не вызывает. Как ты меня ненавидишь!! Что вместе нас держит еще не рожденный ребенок, которого ты любишь и просто не хочешь, чтобы он рос без отца. Что ты проклинаешь тот день, когда напился и сделал из меня женщину. Знаешь, каково все это было слышать? Я ведь влюблена, тогда была в тебя, как кошка. Я жить без тебя не могла! Плакала, что ты никогда не обратишь на меня внимание, из-за того, что я слишком юная. Знаешь, как я радовалась, когда это впервые было между нами? Я была просто на седьмом небе! Точно так же я была счастлива, что у меня будет твой ребенок! Мне не нужна была твоя подачка в виде свадьбы, сама бы его прекрасно воспитала! Я всегда терпела тебя, потому что любила. Я не замечала, твоего отношения ко мне, потому что была счастлива от того, что ты со мной. А потом, услышала, твой разговор с братом. Да мне жить после услышанного не хотелось! — Юлия начала плакать, но продолжала, сквозь всхлипы, говорить. — Я чувствовала себя настоящим ничтожеством, раздавленной и с дерьмом смешанной. Ты же, блин, бедненький, как же тебе нелегко было жить, с человеком, который тебе всю жизнь испортил! Ой, как мне тебя жалко стало! Но я смогла взять себя в руки и забыть о том случайно подслушанном разговоре, будто его никогда и не было. Я тебя всегда любила, даже зная правду. Мне было достаточно, того, что ты иногда со мной. Что принадлежишь только мне. Что позволяешь себя любить. Я заставляла себя поверить, что и ты меня тоже любишь. Но раз за разом реальность показывала мне истинное положение дел. А потом, по прошествии лет, мне стало жалко саму себя. Я тебе посвятила всю жизнь, всю себя тебе отдала, а ты мне, что взамен дал? Ты просто неблагодарный, эгоистичный, самовлюбленный сукин сын!

49
{"b":"582964","o":1}