ЛитМир - Электронная Библиотека

Я взял у Йонабару бумаги:

— Странно, я думал буду нервничать куда сильнее.

— Так рано? Нет, погоди до срока.

— Ты о чем? После обеда подгонять доспехи.

— Сдурел? И как долго ты будешь в них ходить?

— Ну а когда же их одевать, если не сегодня?

— Как насчет завтра, перед выездом?

Я чуть с кровати не упал. На мгновение мой взгляд задержался на солдате с соседней койки, листавшем порножурнал. Потом я уставился на Йонабару.

— Что значит завтра? Они перенесли атаку?

— Нет, парень, она и была завтра. Но наша секретная миссия ударного начала стартует сегодня в девятнадцать ноль-ноль. Мы нажремся в хлам, очнемся завтра с диким похмельем, и этот план не испоганить даже сраному генштабу!

Стоп! Мы же вломились на склад прошлой ночью. Я помнил как все было — нервничая перед боем я решил лечь пораньше, вернулся на свою койку и начал читать этот детектив. Я даже помнил, как потом помог улечься Йонабару, пришедшему шатаясь после вечеринки с дамочками.

Конечно, конечно если… мне не приснилось и это?

Йонабару ухмыльнулся:

— Что-то ты неважно выглядишь, Кейджи.

Я взял с кровати роман. Слишком занятый все время в бурлившем формировании, я никак не мог начать читать, как планировал, когда брал его с собой, и он так и лежал на дне моей сумки. Я помнил, как иронически подумал, что это забавно — единственное время, чтоб начать читать, я смог найти лишь накануне дня, когда, возможно, мог погибнуть. Я открыл книгу на той странице где остановился. Американский сыщик, якобы эксперт по востоку, рассуждал о тонкостях зеленого чая, в точности, как я это помнил. Если сегодня день перед битвой, то когда же я это читал? Бессмыслица!

— Слушай, в завтрашней операции нет ничего такого.

Я моргнул:

— Ничего такого, да?

— Просто вернись домой, не прострелив никому случайно спину, и ты — в порядке!

Я хмыкнул в ответ.

Йонабару сложил пальцы пистолетом и приставил их к виску:

— Я серьезно. Будешь заранее слишком трястись — потеряешь голову еще до того, как у них появится шанс выбить из нее мозги.

Парня, на чье место я пришел, вывели с передовой, потому что он немного тронулся. Говорят, он начал все время слушать передачи про обреченность человечества. Не лучшее дерьмо для тяжеловооруженных солдат ОСС. Может и не приносящее таких потерь как враг, но в любом случае нездоровое. В бою, кроме своих тела и разума, надо прислушиваться и к голосу долга. А я только прибыл на передовую, еще даже не видел ни одного боя, и уже вижу галлюцинации! Что же за предохранители перегорели там, в моей башке?

— Если вы спросите меня, то я считаю, что любой, кто после битвы не ведет себя немного странно — не дружит с головой. — Усмехнулся Йонабару.

— Эй, без запугивания свежего мяса, — Запротестовал я. На самом деле, я не был запуган, но все больше запутывался.

— Вот посмотри на Феррела! Единственный способ не тронуться — это забыть обо всем человеческом. Чувствительные и сострадательные натуры, вроде меня, не созданы для войны. Вот в чем правда.

— Не вижу ничего ненормального в сержанте.

— Вопрос не в этом. Главное — чтобы сердце было из вольфрама, а мышцы были такими огромными, что перекрывали бы доступ крови к мозгу.

— Я так далеко не зайду.

— Ты еще скажи, что и Бешеная Бронерита — просто такой же солдат, как мы все.

— Ага, ну у нее просто… — и разговор пошел по накатанному пути. На самом пике перемывания Ритиных костей показался сержант.

Сержант Бартоломе Феррелл пробыл на передовой дольше любого другого в нашем взводе. Он пережил множество боев и был больше, чем просто солдатом, он был тем клеем, который держал нас всех вместе. Про него говорили: «Сунь такого в центрифугу, получишь 70 процентов старшего брата, 20 процентов муштрующего сержанта, и 10 процентов армированного углерода». Хмуро глянув на меня, он перевел взгляд на поспешно складывавшего наши признания Йонабару, и нахмурился еще сильней:

— Это ты взломал склад, солдат?

— Ага, это был я. — Без тени вины, признал мой друг.

Увидев выражение лица сержанта, все вокруг попрыгали под одеяла со скоростью тараканов, застигнутых внезапно включившимся светом.

Я прочистил горло.

— Неужели охрана, эм… столкнулась с неприятностями?

Лоб Феррелла скрутило так, словно он пытался балансировать стопкой бронепластин, лежащих у него на голове. А я чувствовал сильнейшее дежа вю — все это было в моем сне! У Йонабару с приятелями что-то незаладилось во время взлома склада. Охрана поднялась по тревоге и кража вскрылась раньше срока.

— Откуда ты знаешь?

— Просто, эм, угадал.

Йонабару показался из-за края койки:

— А с какими именно неприятностями?

— Кое-кто по колено влип в свинячее дерьмо. Может, на этот раз, и не вы, но, тем не менее, в девятнадцать-ноль-ноль — быть на тренировочном поле номер 1, одетыми по форме 4, для физической тренировки! И передайте это всем остальным тупицам, которых вы называете взводом!

— Да вы шутите! Нам завтра в бой, а вы посылаете нас на ФТ?

— Это приказ, Капрал.

— Есть, Сэр! Тренировочное поле один, девятнадцать-ноль-ноль, полная экипировка по форме четыре, сэр! Только… тут такое дело, серж… Мы тырили этот ликер годами, с чего вдруг нас наказывают в этот раз?

— Вы правда хотите знать?

Феррелл закатил глаза. Я тяжело сглотнул.

— Не, я уже знаю ответ. — Йонабару усмехнулся. Казалось он всегда улыбался. — Командование передрочило!

— Гадай дальше сам.

— Погодите, Серж!

Феррелл прошел еще три шага и остановился.

— Ну дай хоть подсказку! — попросил Йонабару прячась за металлической рамой своей кровати и пачкой признаний.

— Генерал единственный, на пару со своими штанами, кто отвечает за дерьмовую безопасность на этой базе, так что ни на меня, ни на капитана можешь не надеяться. На самом деле, с таким же успехом ты можешь заткнуться и заняться тем о чем ты говорил. Поможет ровно так же.

Я вздохнул:

— Похоже, он нас там заставит не корзинки плести, да?

Йонабару покачал головой:

— Похоже, мы все сможем там обняться… Гребаный мудак!

Я знал, чем это закончится. Мне приснилось и это тоже.

Полтора года назад, после поражения в бою при Окинава-Бич, для Японского корпуса стало делом чести отвоевать обратно маленький остров Котойуши, торчащий у побережья полуострова Босо. Мимикам с этого плацдарма было рукой подать до Токио. Центральное правительство с Императорским дворцом были эвакуированы в Нагано и правили оттуда, но невозможно было эвакуировать весь экономический механизм, которым был этот крупнейший город Японии.

Министерство обороны знало, что будущее страны зависит от успеха операции, так что в дополнение к двадцатипяти тысячам бронекостюмов, они направили в эту маленькую базу, расположенную на Цветочном шоссе полуострова Босо, бесконечный поток престарелых генералов. И еще, в отличие от «вечеринки» на Окинаве, они даже дали добро на вступление в игру американского спецподразделения.

Американцам, скорее всего, было насрать, будет ли Токио превращен в дымящиеся руины, но вот о том, чтобы позволить Мимикам захватить индустриальную зону, ответственную за выпуск самых легких и самых прочных композитных бронепластин, не могло быть и речи. Семьдесят процентов частей, из которых состоят ультросовременные боевые костюмы, приходят из Китая, но сделать их без Японских технологий по-прежнему невозможно. Так что убедить американцев прийти было несложно.

Только вот, вместе с иностранными войсками пришло и усиление безопасности. И начали проверять вещи, такие как пропажа алкоголя, на которые безопасники базы раньше закрыли бы глаза. Ну, и когда копы раскопали, что происходит, они, конечно, обозлились.

4
{"b":"582986","o":1}